Салон красоты "Коготь Дракона"

8.6

Я не видела мачехи с того дня, как покинула отчий дом, но будто бы ощущала незримо ее присутствие.

А теперь все встало на свои места.

Набрав в грудь побольше воздуха, я сделала шаг вперед. Бить надо было первой, не дать мачехе шанса.

– Не вы ли решили рассказать про меня этим уважаемым дамам, а из любви к фантазии по привычке наврали с три короба? – спросила я, гордо вскинув подбородок.

Голос мой сначала дрогнул. Но я осознала, что сейчас должна не просто отстоять свое право на новую жизнь, но и отомстить за тех, кто стал жертвой этой женщины.

Своей ли смертью умерла Малика, в чье тело я попала? Что стало причиной гибели отца девушки, который так удачно доверил не только все имущество в руки жены, но даже судьбу единственной дочери? Возможно, даже предыдущая хозяйка домика каким-то образом пострадала от действий этой злобной женщины.

Мачеха покраснела от злости, но оборотов не сбавила.

– Посмотрите-ка! Жила на всем готовом! Ни дня не работала, только деньги на развлечения и мишуру всякую тянула! – напирала она.

Но я только рассмеялась ей в лицо.

– Как же ни дня не работала, если за последние две недели у меня побывала половина женского населения Долимона? – с вызовом спросила я. – Трудилась не покладая рук!

– Трудилась?! – взвизгнула мачеха. – А много ли ты заработала?! У тебя же ни единого медяка за душой нет!

Тут она была права.

– Откуда вы знае…

Я осеклась.

Внезапно я поняла, каким образом пропадали мои деньги.

– Так вот, кто воровал деньги из моего дома! – я сжала кулаки и бросилась на мачеху. – У вас остался доступ в мой дом, и вы без стеснения забирали у меня заработанное!

Мачеха вздрогнула, но не отступила.

– Скажешь тоже! Будто у меня дел больше других нет, как за тобой и твоими клиентками следить!

И тут она попалась.

– А чего за ними следить, если у меня расписание прямо на крыльце висит! Кстати, – я обратилась к дамам, которые с нескрываемым интересом следили за нашей перепалкой. – Фиолетовый карандаш кому из вас принадлежит?

Уважаемые дамы Долимона дружно показали на одну из них. Ту, которая из-за проблем с ногами не могла нормальную обувь носить. Та побледнела, лоб покрылся испариной. Того и гляди в обморок упадет.

– Ты уж не серчай на нас, деточка! Но как нам было не поверить родной матери, которая такое про дочь говорит?! – пробормотала старушка.

Я перевела взгляд на мачеху.

– Что же вы, матушка, не рассказали своим подругам, как моего папеньку обобрали, да приданого меня лишили? И даже не поделились, как заставили отца признать вашу дочь такой же, как и родная, а потом взяли, да и лишили меня всего наследства?

Тетушки зашушукались. Эта махина раскручивалась медленно, но была неукротима в гневе. И теперь, кажется, ее разрушительная сила будет направлена не на меня.

– Как это: наследства лишила?

– Малика — такая трудяжка, за какой-то месяц стольким девушкам помогла красоту навести!

– И девочка она скромная, никто ее не заметил в необдуманных тратах!

– Неужто и правда мачеха деньги воровала?!

Возгласы неслись со всех сторон. Я чувствовала поддержку от каждой из этих женщин.

И все они угрожающе надвигались на мачеху.

Но та лишь с усмешкой посмотрела на меня. На губах ее играла улыбка победительницы.

– Что ж, можете забрать вашу Малику к себе. Потому что у нее нет денег на то, чтобы погасить выкупные платежи за дом! – заявила мачеха.

– Вам-то какой интерес с этого?! – изумилась я. – Деньги за дом я должна городу, а не вам!

Мачеха только посмотрела высокомерно.

– Ты не ровня моей дочери, – прошипела она. – Мизинца Анель не стоишь! А от нее женихи нос воротят. Ясно же, что это ты порчу навела! Такая же колдушка, как твоя бабка!

Благородная графиня Келин вела себя хуже базарной бабки. Того и гляди плеваться начнет и в волосы вцепится.

– А не потому ли приличные юноши нос воротят, что женихается ваша доченька по подсобкам и чуланам со смазливыми лакеями? – я била почти наугад, но была уверена, что в цель все же попала.

Мачеха сделалась пунцовой.

– Ведьма! – прошипела она, кипя от злости. – Сдохнешь под мостом!

Она сделала выпад и замахнулась для удара. Ей было не впервой воспитывать Малику.

Но я — не она.

Словно в замедленной съемке я наблюдала за тем, как рука мачехи взяла замах побольше и устремилась ко мне, со свистом рассекая воздух.

Я не отворачивалась, не убегала, не закрывала.

Просто смотрела и не верила, что это может произойти со мной.

Но рука мачехи так и не коснулась моей щеки.

Словно из ниоткуда появился Эдрик Таррос и ловко подставил ребро ладони под удар. Мачеха не успела среагировать на внезапную защиту, и ее рука со всей силы ударилась о препятствие.

От боли мачеха взвыла. Ее глаза налились кровью.

– Могу вас успокоить, госпожа Келин, что первые два платежа за дом внесены в казну. Ваша дочь продолжит жить в этом доме. Более того, мы инициировали пересмотр дела, касающегося ее бабушки. Если будет установлен злой умысел жителей города, то дорога будет восстановлена за счет бюджета, – Эдрик говорил с такой улыбкой, будто бы сообщал мачехе самую радостную новость.

Но та лишь таращила глаза, открывала и закрывала рот, не в силах больше ничего произнести.