Самая сумасшедшая история попаданцев

Зверинец

Септипус-Наташа поспешила поправить Фуриоуз-Анжелику:

- При такой тряске и недурно!  С четвертой-то попытки!

Светлана неожиданно встала на сторону рыжухи:

- Нет! Она права, лучше попасть было с первого раза!

Зоя стала понемногу сбрасывать скорость, стараясь передвигать рычаги как можно более плавно.  Тридцатьчетверка замедлялась.  Танк внешне смотрелся  довольно грубовато, но зато показал свою эффективность на практике.  У немца полностью оторвало башню, и корпус раскололся от детонации на две части.

Но один фриц все же успел вылезти из машины, и притаился за кустами, притворившись мертвым.  По приказу Септипуса-Наташи, Зоя остановила танк.  Фуриоуз-Анжелика и Светлана выскочили из тридцатьчетверки.  Рыжая краля подскочила к немцу и, демонстрируя незаурядную силу, подняла его одной рукой за шкирку.  Впрочем,   фашист оказался не только маленького роста.  Это и в самом деле какой-то пацан, детское личико, худенько тело, даже усы еще не пробились. 

Мускулистая рыжуха спросила на немецком:

- Ты что такой малоразвитый дистрофик, или в самом деле шкет?

Мальчик испугано пробормотал:

 - Я не шкет.  Я из Юнгфолька, проходил на танке стажировку!

Фуриоуз-Анжелика расхохоталась:

- Из Юнгфолька?  Да тебе, что еще четырнадцати лет нет?

Мальчик кивнули и ответил:

- Мне всего лишь одиннадцать! Меня дядя взял прокатиться.  Не отправляйте меня в Сибирь! – И пацан захныкал.

Светлана, которая понимала неплохо по-немецки, предложила:

- Может, отпустим к своим ребенка?

Фуриоуз-Анжелика свирепо оскалилась:

- Отпустить к своим немца?  Никогда!

Медовая блондинка-наводчица рационально заметила:

- Если мы такого шкета приведем в качестве пленного над нами все потешаться будут!

Командир Септипус-Наташа тоже высунулась и, посмотрев на мальчика, заметила:

- Какой-то он худоватый.  – И девушка по-немецки спросила. – Ты и вправду из Юнгфолька?

Мальчишка ответил:

- Да госпожа…

Септипус-Наташка логично заметила:

- Если мы заберем его с собой, то можем отправить в хороший детский дом. А если отпустим к своим, то глядишь ребенка и убьют!

Фуриоуз-Анжелика, у которой память тоже скорректированная, неожиданно возразила:

- Где ты видала хорошие детские дома?  Я сама детдомовка, и на малолетке побывала, и хочу сказать нет разницы!

Светлана повернулась к Фуриоузу-Анжелике и рыкнула:

- Ты рыжая сидела на малолетке?  Я это всегда подозревала!

Фуриоуз-Анжелика, презрительно фыркнула и заметила:

- Наша колония была такой активной, что в ней и воровок не было! Типа пионерии, но с очень строгой дисциплиной.  Я даже бандитского языка толком не знаю!

Септипус-Наташа согласилась с этим:

- Бывает… Я тоже посещала колонию, и там все воспитанники такие культурные и аккуратные, что в пионерлагере редко таких найдешь. Ну, ладно, возможно немецкий ребенок станет у нас изгоем, и гуманнее его будет отпустить!

Фуриоуз-Анжелика поморщилась и предложила:

- Может его оставить у нас.  Пусть будет сыном полка, мы его и русскому языку научим…

Септипус-Наташка хмуро посмотрела на Фуриоуза-Анжелику и рыкнула:

- Игрушка тебе нужна?

Рыжая жестко заметила:

- А что с нами хуже, чем жить в фашистском зверинце?

Светлана случайно наступила на вылившееся моторное масло и теперь вытирала, босую, изящную ножку об траву.  Но пыль упрямо липла.  Девушка-наводчица поддержала Фуриоузу-Анжелику:

- Да мальчику и в самом деле будет лучше с нами, чем с этим гитлеровским зверьем!  Он маленький, худенький,  поместиться в танке!  Мы его воевать научим и совершать подвиги!

Септипус-Наташа хмуро заметила:

- Тридцатьчетверка и так тесный для нас четверых танк.  А тут еще мальчишку сажать.  Впрочем, дело не только в этом. Будут потом про нас болтать всякие гадости!

Фуриоуз-Анжелика сердито заметила:

- Ты слишком плохо думаешь о других людях. Не будут!

Зоя тоже высунулась из танка и просипела:

- Девчата давайте жить дружно…В конечном итоге оставить ли мальчика, это не мы решим, а командир части… Ну, а пока возьмем ребенка с собой и прокатим с ветерком!

Септипус-Наташка неохотно кивнула и рыкнула:

- Вот увидите, командир нам его таскать запретит.  Тут война, а не детский сад!