Самбо белого мотылька

Глава 1. Искусство уступать, чтобы побеждать

Камилла аккуратно закрыла тетрадь по немецкому языку. На завтрашний модуль по синхронному переводу все азы и сложные идиомы отскакивали от зубов. Её взгляд скользнул чуть дальше, по корешкам книг на полке, и замер на тяжёлом томе китайско-русского словаря.

На губах появилась лёгкая, горделивая улыбка. Два года назад она полностью завершила изучение китайского. Это было её тайное хобби, страсть. Она обожала этот язык настолько, что сейчас говорила на нём как на родном.

В этот момент дверь комнаты общежития с грохотом распахнулась. Лика влетела внутрь как ураган, уже сияя ультракоротким платьем в пайетках, а в руках она держала такое же, только ярко-красное.

— Ками, спасай! — Лика умоляюще сложила ладони перед грудью. — Сегодня в «Платинуме» закрытая тусовка, а мне совершенно не с кем пойти. Пожалуйста! Ну пошли со мной!

— Лик, ну какой клуб? — Камилла устало потерла переносицу. — Мне завтра сдавать модуль, надо ещё раз повторить терминологию...

— Да ты всё знаешь, ты у нас гений! — Лика подскочила к ней, бесцеремонно пытаясь всучить красное мини-платье и туфли на шпильке. — На, примерь, тебе пойдёт! Буквально на часик, Камиш. Посидишь со мной, а потом можешь уходить, я правда не обижусь. Ну не бросай меня одну, мне там стрёмно без тебя.

Камилла посмотрела на умоляющее лицо подруги, потом на раскрытый ноутбук. Вздохнула. Поняла, что Лика всё равно не отвяжется, и проще согласиться на один час, чем полночи выслушивать её нытьё.

— Ладно, — Камилла сдалась и поднялась со стула. — Только на час. И это платье я не надену.

Она решительно подошла к шкафу, отодвинув кружевной кошмар, который ей навязывала Лика. Из глубины полок Камилла достала привычные джинсы, простую, но аккуратную блузку, а на ноги — обувь на низком ходу.

Лика, наблюдавшая за этим, обречённо вздохнула и закатила глаза, явно недовольная таким выбором.

— Ками, ну ты серьёзно? В джинсах в «Платинум»? Там же фейс-контроль, все дела! Тебя туда не пустят.

— Не пустят — поеду обратно учить немецкий, — отрезала Камилла, застёгивая замок на джинсах.

Спорить с ней было бесполезно. Камилле так было удобнее, комфортнее и… безопаснее. Глядя на себя в зеркало — метр шестьдесят пять роста, невинное кукольное личико, большие глаза, — она мысленно вернулась в прошлое. К сильным, мозолистым рукам отца.

Ей было пять лет, когда он впервые привёл её на татами. Отец, КМС по самбо, сразу отбросил все иллюзии: «Ты девочка, Ками. Ты всегда будешь меньше, легче и слабее большинства мужчин. Твой плюс — твоя слабость. Твоя масса — ничто, поэтому ты должна использовать массу противника. Сила — в рычагах. Ломается то, что не гнётся. Будь гибкой, уступай дорогу его удару, хватай за суставы и веди его силу туда, куда он сам падает».

Перед отъездом в Киев отец взял с неё слово:

«Удар у тебя поставлен насмерть. Силу используй только в самом крайнем случае. Не дай бог применишь против пьяных или неадекватных — это может закончиться летальным исходом для них, а для тебя — тюрьмой. Обещай мне».

Она обещала. И честно держала слово все три года. До сегодняшнего вечера.

До «Платинума» они доехали на такси под бесконечную болтовню Лики. Возле входа толпилась очередь, но длинноногий местный контингент на шпильках послушно ждал, пока суровые парни на фейс-контроле сканировали толпу оценивающими взглядами. Камилла в своих джинсах выглядела здесь как белая ворона, но охрана, едва скользнув взглядом по её ангельскому лицу, молча кивнула и пропустила их внутрь.

Клуб встретил их оглушительным басом, запахом дорогого алкоголя и тяжелого парфюма. Как и договаривались, Лика тут же испарилась в сторону танцпола, ныряя в гущу развлечений. Камилла же спокойно направилась прямо к барной стойке, заказав безалкогольный коктейль.

В это время на VIP-балконе второго этажа появился мужчина, и по залу сразу прошла волна шёпота. Бармен, наливавший Камилле напиток, мгновенно подобрался, а стоящие рядом размалёванные девицы взволнованно зашептались: «Смотри, это же Даян… Сам Даян спустился».

Камилла, обладавшая идеальным слухом переводчика, привычно зафиксировала эту информацию, но даже не повернулась. Она лишь мельком разглядела его отражение в зеркальной стене бара: высокий, широкоплечий бугай в кожаной куртке, из-под ворота которой поднимались замыслотые татуировки. От него веяло опасностью.

Спустя минуту он бесшумно вырос сзади, положил ладони на барную стойку по обе стороны от Камиллы, фактически зажимая её в кольцо своих рук и ломая все границы. От него пахло дорогим табаком и силой.

— Привет, куколка, — раздался прямо над её ухом его низкий, хриплый голос с ленивой грацией. — Нечасто здесь увидишь такое чистое личико. Как зовут?

Камилла медленно повернула голову, оказавшись лицом к лицу с ним. На её кукольном лице не дрогнул ни один мускул, а в глазах застыл арктический лёд.

— А что, Даян, — спокойно и с легкой насмешкой произнесла она, — больше разукрашенные куклы тебя не интересуют? Или на экзотику потянуло? Извини, я не знакомлюсь. До свидания.

Она резко, но плавно поднырнула под его руку, освобождаясь из ловушки, развернулась и уверенным шагом направилась к выходу из клуба, оставив Даяна в полнейшем изумлении. Ему ещё никто так красиво, быстро и нагло не отказывал.

На улице было прохладно. Камилла отошла чуть дальше от шумного входа, к неосвещенной парковке у дороги, и достала телефон, чтобы вызвать такси.

Тихий, синхронный шорох шагов заставил её напрячься. Из темноты выросли пять массивных фигур его охраны. А следом за ними, не торопясь, вышел сам Даян. Он шёл с ленивой, опасной грацией, пряча руки в карманы куртки. Его взгляд потемнел, а от прежней весёлости не осталось и следа.

— Вообще-то, я ещё не договорил, — холодно произнёс Даян, останавливаясь в паре метров от неё. — И обычно люди уходят тогда, когда я им разрешаю. Если я сказал, что у нас диалог не закончен, значит, он ещё не закончен.