Самхейн. Алый Чертог.

Глава третья. Скульптор.

Глава третья. Скульптор.

Ночные улицы города были полны огней и особых влекущих будоражащих воображение запахов, присущих лишь этому, наступающему раз в год времени. Чезарро беспечно улыбался, глядя на проходящих мимо смеющихся людей, одетых кто во что горазд. Карнавал был в самом разгаре. Жители Ноццио праздновали новый год. Именно сегодня один единственный раз в году наступала пора поистине абсолютного безудержного веселья, и стирались все и всяческие грани между людьми. Бедные и богатые, дворяне и ремесленники, обнявшись, весело отплясывали чигу, не чинясь друг перед другом рангами и сословиями. Даже заклятые враги нередко забывали старые обиды и, прилюдно побратавшись, клялись друг другу в вечном мире и дружбе. Ибо такова была традиция.

Мимо Чезарро, призывно покачивая бедрами, прошла темнокудрая красотка в облегающем красном платье. Поймав его взгляд, она наградила юношу многообещающей улыбкой и исчезла в толпе празднующих. Пообещав себе после отыскать девушку, Чезарро двинулся вглубь толпы.

-О, Чезарро! – радостно прокричал высокий хорошо сложенный шатен при виде парня. – А мы уже тебя заждались! Давай, выпей с нами. – Шатен хлопнул друга по плечу и протянул ему пузатую зеленоватую бутылку. Тот отхлебнул, с удовольствием зажмурившись. Вино оказалось просто отменного качества.

-Серко, ты знаешь, чем меня порадовать. – Рассмеялся Чезарро. – Признавайся, дорого обошлась бутылочка?

-Ты о чем? Не знаешь разве, что бургомистр расщедрился в честь праздника, и с самого утра винный погреб открыт для всех желающих?

-Щедро с его стороны,… а я целый день торчал в мастерской. Работы накопилось много.

-Да ты там постоянно торчишь. – Усмехнулся Серко. – А мимо проходит жизнь… Молодость, друг мой, надо тратить на горячих красоток и доброе вино, а не на каменную пыль и старое брюзжание.

-Брось, мастер Аброс хоть и горазд ругаться, но дело свое знает как никто. Вот увидишь, с его помощью однажды я стану великим скульптором, и весь Ноццио будет мной гордиться.

-Э, все бы тебе мечтать… - С притворной досадой всплеснул руками Серко. – Не дает покоя слава великого Масцены? Брось, старик, мы с тобой обычные люди, а не живые легенды… Давай лучше выпьем и отдадим дань уважениям вон тем милашкам, что уже пару минут как строят нам глазки.

-Ты прав, в бездну все! – рассмеялся Чезарро. – Сегодня мы будем гулять как никогда в жизни…

И молодые люди, улыбаясь, двинулись в сторону разнаряженных девиц, одетых более чем легко. Их лица были веселы и беспечны, а души не ведали зла.

***

Проснувшись, Чезарро медленно поднялся с ложа, на котором помимо него возлежала едва прикрытая простыней обнаженная красотка. В голове слегка шумело, сказывалась проведенная накануне бурная ночь. Взяв со стола объемистый глиняный кувшин, юноша жадно напился воды и подошел к окну. Солнце стояло почти в зените. Проклятье, ведь у него с самого утра намечалось много работы. Мастер Аброс убьет его. Наскоро натянув штаны и короткую льняную тунику, парень поспешил в мастерскую, даже не удосужившись разбудить подругу. О том, что та может обворовать его, он не опасался совершенно, благо красть в его лачуге было попросту нечего.

Пробежав три квартала, Чезарро буквально влетел в мастерскую. Старый Аброс как и всегда был занят делом, сосредоточенно орудуя острым каменным резцом.

-Проходи, чего встал. – Буркнул он, прерывая уже открывшего рот для оправданий юношу. – Хорошо вчера повеселился, поди… да ладно, чего уж там… сам был молодым. – Неожиданно улыбнулся мастер, отчего Чезарро едва не впал в самый натуральный ступор. На его памяти это был первый раз, когда старик улыбался, да и вообще выглядел по настоящему довольным. – Вот погляди, что притащили мне с городской свалки. – Указал он на огромную статую страшилища на трех колоннообразных ногах. Четвертая как и голова твари оказалась напрочь отбита. Чезарро припомнил, что подобных зверей называли зимнары, и они обитали где-то далеко на севере мира. – Какие-то вандалы вчера повредили одну из статуй в городском саду. Виновников так и не нашли, да и не искали особо. Карнавал, одно слово… Однако это не важно. Главное, теперь у нас будет в достатке отличного первосортного гранита. Знал бы ты, чего мне стоило выпросить ее у бургомистра… До конца дня расколешь ее на пять примерно равных частей, но это подождет, сперва заказы… И чтоб использовал инструмент из этерита, а не из железа! Поскольку…

-…Камень лучше всего поддается камню, а не металлу, сколь бы тот не был прочен. – Со смехом закончил Чезарро. – Не волнуйтесь, мастер, я все помню.

-Что-то ты стал больно разговорчивым. – Нахмурился старик. – Давай ка, принимайся за работу, не стой столбом! Через неделю должен быть готов заказ для семьи Ланчелли, и я не хочу оправдываться перед ними из-за твоего разгильдяйства.

-Слушаюсь, мастер! - улыбнулся Чезарро, отвесив стрику шутовской поклон и двинулся к полке с инструментами.

Он проработал до самого вечера, вырезая маленьких ангелочков из драгоценного белого мрамора. Их заказал старому скульптору Арвестос Ланчелли, один из влиятельнейших негоциантов города, чья семья отличалась прямо таки баснословным богатством. По слухам они были даже богаче бургомистра, который являлся первым человеком в городе хоть и не был его единоличным владыкой. Вообще Ноццио считался городом вольным мастеров, где царило народоправство. Конечно, те кто побогаче в любом случае имели определенные привилегии перед бедняками, но они носили негласный, неофициальный характер.