Самое важное подчеркну

Глава 42

Первый раз я отказалась петь в этот же вечер. Никакого настроения. А гости уже тут как тут.

Оля смеется и травит всякие байки:

– Представь, у соседки по даче над забором возникает голова, и спрашивает:

«–Галю, ти мене любиш?

  – Нi

  – Пiду у Гвоздiвку!» А Гвоздевка от нас недалеко, и там парней совсем мало, одни девчонки…

Зато у нас парней целая толпа!

У меня сложный учебник, и толпа мне мешает. И нечего на меня обиженно сопеть, отвлекаться и петь некогда. Накануне ближайшего выходного – пожалуйста. Один час.

За день до выходного Артей повел нас в ту самую аудиторию, в которой представляли магистров при поступлении.

– Здесь сможете петь?

Я скосила глазки на портальную схему, по-моему, она тут с основания академии. Такие порталы уже не строят, они выкачивают резерв будь здоров. Опустилась на пол, поправила две завитушки и закрепила магией.

– Оль, ты как? Годится нам зал?

– Споем, надо только последовательность продумать.

– Тогда сразу после ужина, но недолго. Один час. И сразу уйдем на остров.

Пока я зубрила, Оля не отвлекала, так мы договорились, иначе Семен Семенович расстроится!

Расстроится он – обидятся маги санатория, у них поползет давление и запляшет магия. Забегают отец и целители, прокиснут или пригорят продукты, замычат коровы, поникнут цветы.

Семен Семеныч расстроится – эта фраза пострашней пиратов.

А он мечтает всех знакомых потрясти своим внешним видом: загорел, подтянулся, помолодел. Но если мою подготовку сочтет недостаточной, то останется расстраиваться здесь, дома. Позора он не вынесет. Родителям очень нравится, что остров для него уже дом, но я-то прекрасно слышу и угрозы.

Учиться оказалось интересно, опять практика в обе руки, и уже понимаю, почему нам понадобилась такая разная почва. Бегаю и скрытно проверяю, точно мы состав подобрали, или где-то промахнулись. Следом, как бы невзначай, приезжает мама, а Семен Семеныч проверяет уже нас обеих.

Так что, учу каждый день допоздна, позора и испорченных продуктов мне не хочется.

Репертуар подобрали заранее, всегда стараемся включить две-три новые песни или мелодии. Приготовили сумки, у меня еще и учебник, таскаю туда-сюда каждые выходные то один, то другой.

Ого!

Зал набился полный, у нас же студентов теперь больше, полторы прежних академии. На центральный ряд устроились даже магистры, и ректор с супругой потихоньку пробрались.

Начала я с флейты, просто собирала внимание, микрофонов нет. Когда все успокоились, взяли гитары. Сначала традиционно, в полной тишине:

          В лунном сиянье снег серебрится,

          Вдоль по дороге троечка мчится…

А потом уж все подряд, по очереди: Оля начинала, я подхватывала, затем я начинала. Недавно подобрали «Из вагантов», заменив одно слово, ею и планировали закончить. Тут я солировала, лукавство и насмешка больше мне удаются:

         В незнакомой стороне,
         на чужой планете,
         предстоит учиться мне
         в университете.
                     До чего тоскую я —
                    не сказать словами…
                    Плачьте ж, милые друзья,
                    горькими слезами! (1)

Но так все хлопали, топали и подпевали, что мы решили поменять градус:

Споёмте, друзья, ведь завтра в поход
Уйдём в предрассветный туман…
 

 А здесь соло вела Оля, я подпевала. Ее высокий, чистый голос пробирал даже меня:

Прощай, любимый город!
Уходим завтра в море.
И ранней порой
Мелькнёт за кормой
Знакомый платок голубой. (2)

В финале песни, повторив два раза припев, мы спустились со сцены, встали в засветившийся портал… и исчезли под прощальные аккорды!

Встретили нас звуком сирены и яркой подсветкой – Егор с Ромкой так выполнили мою просьбу.

– А-аа! – Оля затанцевала на пятачке, – как мы исчезли классно, Наташ. Провалились! Как нечистая сила! Слышала визги?!

– Ну уж визги… так, чуток испугались девушки.

– Ага, басисто так испугались. Ой, а мы не нарушили правил?

Правда, получилось эффектно. Сама не ожидала, нужные строки я прошептала на проигрыше, а портал получился горизонтальный. С завитушками не могла намудрить, там все просто. Или мое желание так приняла первородная магия?

Подхватили сумки и, действительно, как провалились.

– А ты видела запрет на перемещение в уставе, в правилах или в приказах?

– Да кто из студентов сам переносится, кроме тебя?

– Это другой разговор. Но нам сказали, помнишь, ­«что не запрещено, то разрешено».

– Так это еще при том ректоре!

– Неважно. В новых правилах о запретах порталов силами студентов тоже ни единого словечка.

– Как, как вы провалились, куда? – подскочил Мишка, – мам, а девчонки провалились!

– На экзамене каком-то? – ахнула мама, спешно натягивая плащ сверху халатика, уже стоя у портала.

– Нет, – пыталась объяснить Оля, – мы встали в портал, как провалились.

– Ничего не поняла, а почему провал? Саша, Саша!

– Я здесь! Что, целителя?!

Все, началось. Я только рукой махнула.

– Мишка, не умеешь подслушивать – не берись. Паникер несчастный!

Засвистела сирена, закрутились прожектора. Кого еще несет? И, по-моему, все же громко. Или громкость уменьшить, или сирену вообще убрать.

На пятачке появились Егор, Ромка и наш целитель.

– Егор, мы же так весь остров поднимем!

– Перестарались?

– И даже очень. Сирену уберите. Прямо сегодня!

– Наташа, Оля! А мы с вашего концерта. О, что было! – наш целитель закрутил головой, – и ведь слышал уже вас, но вы опять потрясли, как в первый раз. А как исчезли шикарно, магистры охнули!