Самогонное зелье графини из трущоб

Глава 15

Я не на шутку пугаюсь. Первым делом проверяю, жив ли мужчина, но шеи мешает коснуться воротник и капюшон. Однако я касаюсь кожи на щеке мужчины и чувствую тепло, одновременно с этим замечаю дыхание. Жив.

Это хорошо, а то обвинений в убийстве мне не надо, и без этого дел хватает. Я оглядываюсь, но вижу только пустую улицу, даже в окнах свет не горит. Никого на помощь не позвать.

Значит, сама.

— Шерри, ты восстановилась? — Спрашиваю я фамильяра. — Поможешь перетащить его в дом.

— В дом? — Топорщит ушки Шерри. — Точно, Хозяйка?

— А что нам ещё остаётся? Перетащить под порог к соседям?

Шерри задумывается, ей, наверное, незнакомого человека не жалко. А я не могу просто так бросить его умирать.

Для начала ощупываю мужчину, но не нахожу на спине ран. Значит, надо перевернуть… Приложив усилие, кое-как переворачиваю бессознательное и довольно тяжёлое тело и замечаю то, из-за чего шла кровь. Ох…

Мужчина, видимо, наёмник или рыцарь, судя по телосложению, а ещё судя по тому, что он получил довольно глубокий порез, судя по всему, от меча. Порез идёт от плеча и переходит на грудь, наискосок. Если был бы выше, задело бы шею.

— Шерри, ты умеешь останавливать кровь?

— Она почти остановилась сама, но ты его перевернула, — говорит мне белочка.

“Па-ба-ба-бам”, — единственная приличная мысль проносится у меня в голове. Я была осторожна, но недостаточно. И я не могла его не перевернуть, потому что тащить его носом в пол было бы не очень удобно. Так я оправдываюсь перед совестью.

Шерри вздыхает, подлетает ближе, и колдует корочку льда, закрывающую порез на одежде. Да, это должно помочь. Я складываю руки в молящем жесте и обращаюсь к фамильяру:

— Помоги перенести его так, чтобы не потревожить рану? Я тебе буду двери открывать.

— Конечно, Хозяйка. Но будь с ним осторожна, чувствую я, что не простой он. Магия вокруг неспокойна.

Заверяю белочку, что буду аккуратна. Мы работаем как слаженная команда, переносим мужчину на диван на первом этаже (я срочно нахожу подушки и простыню). Люк в полу я закрываю паласом, который лежал у входа в комнату.

— Так, — пытаюсь взять я ситуацию под контроль. — Всё, чем я могу ему помочь, учитывая, что я не врач, это принести воды, остановить кровь и дать восстановиться самому.

А ещё лимон. Он в сочетании с чаем и моей магией сработал как лекарство от простуды. Тут другая ситуация, но зато я могу проверить, как именно это повлияет на здоровье.

— И как можно быстрее выгнать его, — добавляет Шерри. — Пусть восстанавливается дома.

Соглашаюсь с ней. Шерри убирает лёд, а я мочу в воде чистую тряпку, осторожно вытираю кровь вокруг раны. Порез выглядит неприятно, но при магическом свете, зажжённом Шерри, рана уже не выглядит такой глубокой.

Я приношу табурет, ставлю его рядом с диваном. Ставлю на него воду в стакане и чай с лимоном, на этот раз не ограничиваю свою магию. Но привести в сознание мужчину не получается.

Ладно. Можно и так немного помочь. Я набираю треть чайной ложки чая и подношу к губам “пациента”. И только сейчас замечаю его лицо. Волевой подбородок, каштановые волосы до плеч, правильные черты лица. Довольно красив и мужественен. Я могла его видеть раньше?

И тут я замечаю, что щетины нет. Наш “наёмник” гладковыбрит, а местные мужики из трущоб не слишком за этим следят. Или он шёл на свидание, или он всё же рыцарь. Может, аристократ?

Я осматриваю его одежду и отбрасываю последнюю версию. Вряд ли. И насколько я могу знать, полагаясь на память Виолетты, аристократы ночами в поножовщине не участвуют и по трущобам не ходят.

Осторожно касаюсь ложкой губ, буквально по капле вливаю “зелье”. Пациент рефлекторно глотает его, не закашливается и дышит нормально. Я повторяю процедуру ещё пару раз, и мне кажется, что дыхание стало спокойнее.

Оставляю чай на табурете и выхожу. Надо сделать ещё одно важное дело. Смыть кровь у порога.

Весёлая выдаётся у меня ночка. Ждать, когда пациент очнётся, я не собираюсь. После того, как навожу порядок, я ещё раз пробую разбудить мужчину, но не выходит. Оставляю записку на том же табурете, подпираю ручку двери метлой, и ухожу спать.

Шерри тоже не хочет, чтобы по нашему дому ходили без нас, и колдует какую-то липкую субстанцию по периметру двери. Она говорит, что теперь он точно не выберется.

— А мы зайти сможем?

— Конечно, я тролью смолу быстро уберу, — заверяет меня она.

С чистой совестью и спокойной душой я ложусь спать. Завтра надо будет поговорить с нашим внезапным гостем. Надеюсь, если он бандит, то не тронет меня.

Уже на границе сна и яви я понимаю, кого мне напоминал всё это время мужчина. Моего спасителя… Есть у них что-то общее. Широкие плечи?

Просыпаюсь я от того, что чувствую чей-то пристальный взгляд. И это не Шерри.