Самооценка в ж... Жена миллионера

Глава 14

В ресторане у самого окна стоял большой, красиво сервированный стол. Вокруг сидели родные мне люди. Но настроение было совсем не праздничное. Марк, Мигель, Алекса с Лео и я. Детей мы благоразумно сплавили в соседний зал, где был детский рай, парадиз с играми и аниматорами. Тяжесть и молчание окутали нашу компанию.

— Пришло время поговорить, — начал вдруг Марк.

За весь вечер не было многословных тостов, поздравлений и, естественно, никаких ярко упакованных подарков. Все знали причину, по которой мы здесь. Точнее, наоборот: даже не догадывались, но очень надеялись на мирный исход вечера.

— Первое: до меня дошли слухи, что вами был подписан какой-то сомнительный документ на тему прав на недвижимость, пока я был в туре. Так это?

Марк грозно посмотрел на меня, и я замялась. Разговор происходил на испанском, так что Мигель тоже все понимал.

— Я… — попыталась я ответить, но вмешался Лео.

— Марк, это бизнес наших девочек. Да, они что-то подписывали по совету нашего юриста. Но я ему доверяю. Он нашел какие-то защитные функции и предложил им подстраховаться.

— У Камиллы нет ничего своего. Если у вас с Алексой по-другому — то это ваше дело, — отрезал он и перевел вновь взгляд на меня. — Почему ты вообще что-то подписывала без моего ведома?

Я вновь не нашлась что сказать. Тон был таким, что если я вымолвлю хоть слово, он разорвет меня на месте за непослушание и попытку оправдаться. Я всегда была виноватой по умолчанию. И сейчас открыть рот приравнивалось к смерти.

— Теперь к вам, Мигель. Я настоятельно советую отстать от моей жены. Она женщина порядочная, умная и согласится со мной, что это было всего лишь помутнение рассудка. Вы позорите ее и нашу семью. Мы порядочные люди и не потерпим этого. Я говорю всего лишь один раз, потом я приму кардинальные меры.

Марк выглядел королем ситуации: он сложил руки на груди и демонстрировал свою расслабленность.

— Вы всегда принимаете кардинальные меры с теми, кто с вами не согласен? — зачем Мигель выводит его? Что вообще он имеет в виду? В принципе это правда, но откуда он узнал? — Именно так вы поступили с родителями Камиллы, когда те не согласились на ваши условия? Что вы им предлагали? Что стояло тогда на кону — деньги или любовь? Конечно, деньги. Именно они для вас представляют наибольшую ценность в жизни.

Беззаботность Марка куда-то разом пропала, а я напряглась, не въезжая в суть разговора.

Муж молчал, а Мигель тем временем продолжал:

— Вы хотели купить у них бизнес? Или, женившись на их дочери, просто отжать его? А когда все сорвалось, то просто расправились с ними? Убрали их с дороги? А чтобы не было лишних вопросов, все обставили как аварию? Доказательств нет — руки чисты? Так?

Желваки на скулах мужа заходили ходуном. Он даже сменил позу, при этом несколько раз схватившись за явно душивший его воротничок рубашки.

— О чем он говорит, Марк? Мои… это твоих рук дело? Ты… вся твоя помощь… быстрая роспись… переезд…

До меня постепенно начало доходить. Падонок… мои родители не погибли случайно. Это он убил их. Я была такой идиоткой, погрязла с головой в своем трауре и ничего вокруг не замечала. А они… они могли бы жить.

— А что касается ваших громких слов про общее в семье, — не останавливался Мигель, а Марк явно краснел от злости, но пока молчал. Вспомнилась фраза: «Все сказанное вами будет использовано в суде…» — Вы говорили Камилле, что ее наследство составляет пару-тройку миллионов? Или, может, больше?

Марк раскрыл рот и задышал глубоко, словно в помещении разом выкачали весь воздух. Мне тоже было нехорошо, но я не могла вымолвить и слова, пораженная открытиями сегодняшнего вечера. Корила себя и, глядя на мужа, понимала ужасную вещь — это правда. Все до последнего слова. Я слишком хорошо знала Марка. За пятнадцать лет изучила. Его ничто не могло так вывести из себя, кроме разве что обвинений в его сторону, которые, к слову, были заслуженными. И он понимал, что о его делишках узнали.

— Так вот, возвращаясь к вашим угрозам. Вы уже получили что хотели. Дайте ей развод. Отпустите ее и детей. Я уверен, что вы сможете договориться. Как вы сказали, Камилла — умная женщина.

Марк взял себя в руки, но его глаза все равно налились яростью. Предложение Мигеля явно не пришлось ему по вкусу. Он оперся на стол и наклонился вперед в угрожающей позе.

— Ты кто вообще такой, урод? Сам решил на наследство тупой миллионерши претендовать?

Оскорбление за оскорблением. Боже, и этот мужчина стал отцом моим девочкам… Сколько ненависти, сколько желчи…

— Вы позвали меня сами, если забыли. Мне не нужны деньги Камиллы. Она сама вправе распоряжаться тем, что осталось ей от родных, которых вы, между прочим, у нее отняли. Но мы сейчас не об этом. В первую очередь — о разводе, — напомнил ему Мигель.

За столом все сидели как мышки, боясь пошевелиться. Марк и Мигель смотрели друг на друга, не отводя глаз. Казалось, еще минута — и они накинутся друг на друга.

— Я не дам ей развод, — заключил зло муж.

Я сделала вдох. Оказывается, я все это время даже не дышала.

— Не понимаю смысла вашего отказа. Вы Камиллу не любите, деньги все равно получили. Что заставляет вас удерживать ее силой?

— Да не получил я ничего, — вышел из себя Марк.

Все сидящие за столом дернулись от испуга.

— Этот козел подстраховался. Я могу лишь управлять от ее имени, но не являюсь полноправным владельцем. Если бы это было так, нахрен бы она была мне нужна.

Тишина оглушала. Речь явно шла о моем отце и том единственном, что от него осталось.

— А теперь и эта коза сделала то же самое, — разоткровенничался Марк. — Кто вас всех таких лохов науськивает только.

Кулак с силой опустился на стол — все приборы зазвенели, бокалы зашатались. Окружающие стали заинтересованно поглядывать в нашу сторону. До меня начал доходить весь смысл сложившейся ситуации. Но Лео разъяснил еще подробнее:

— Защита наследства. Значит, все так и принадлежит Камилле, а ты держишь ее почти что в плену, чтобы не потерять лакомый кусок.