Самозванка

Глава 5. Ревность

Очнулась я в комнате Софии, полностью подавленная и разбитая. Первая мысль была: «Он меня ненавидит». Вторая – «Похоже, у него вся левая сторона тела в шрамах». И, наконец, третья: «Какая же я дура!»

Весь следующий день я ожидала от него известия о расторжении помолвки, а вечером прибыла портная от Киллиана чтобы сшить для меня свадебное платье. Родители Софии потирали руки, будто не замечая, что их дочь подавлена. Единственной отдушиной для меня была Китти – младшая сестра Софии. Ей всего 16, и это самый добрый и светлый ребенок, которого я когда-либо встречала. Она была со мной каждый день, развлекала по утрам, и сидела в моей комнате до позднего вечера, не позволяя грустить.

От Киллиана не было вестей и мы не виделись до самой свадьбы. Ни разу. Я столько всего успела передумать, так себя накрутить, что в день бракосочетания тряслась, как осиновый лист. А вдруг, он бросит прямо перед алтарём, в назидание, так сказать. Ходила ни жива ни мертва, всё время ожидая подвоха. Успокаивала себя лишь тем, у него достаточно благородства, чтобы не опозорить меня прилюдно. Дыхание перехватило, когда меня вели к алтарю, и там стоял он, такой красивый в черном свадебном костюме. Если он сейчас меня бросит, я умру. Серьёзно. Вздрогнула, когда он сказал «Да». Меня же священник переспрашивал дважды, потому что от пережитого стресса, в первый раз я промямлила что-то невразумительное.

- Можете поцеловать невесту, - наконец объявил святой отец. Киллиан, закрыл меня собой от гостей, его губы замерли в нескольких миллиметрах от моих, совершенно их не касаясь. Со стороны выглядело, будто мы целуемся, но он лишь вскользь, коснулся моих губ, когда отстранялся. «Ненавидит» пронеслось в голове, и ударило прямо под дых. Снова навернулись слёзы. Почему всё это происходит именно со мной?

Киллиан.

До последнего давал ей шанс сбежать. Идёт к алтарю, а на самой лица нет, вот-вот упадет. Красива и невинна словно ангел во плоти в своем белоснежном платье. Если бы я был чуточку лучше, возможно, она смогла бы меня полюбить. На вопрос священника отвечает что-то непонятное, я понимаю, что она не хочет за меня замуж. Родители её заставили, фактически продали, но почему она не ушла, когда была такая возможность?

Я её не целовал даже, только вскользь коснулся мягких губ, а она уже чуть не плачет. Хочется встряхнуть её, наорать, спросить зачем она это делает, если я ей противен, но продолжаю улыбаться и отвечать на поздравления.

Я с самого начала пытался удержать то, что мне не принадлежит. Видел, с каким отвращением она смотрела на меня, когда я впервые прибыл в их поместье. Видел, на приёме по случаю помолвки она смотрела на этого Эмиля, как они танцевали, смеялись. Они даже сбежали вместе. Так почему чёрт её дери?!

Слышу, как она смеётся, отвечая на комплименты очередного франта, с ним она раскована и весела. Хочется его придушить. И себя заодно, чтоб не мучился.

Празднование продолжается до позднего вечера. Ещё два часа назад она сказала, что очень устала, и хочет пойти отдохнуть. Не думаю, что она вернётся. Мне и самому эта свадьба, как кость поперёк горла, но ничего не поделаешь, придется потерпеть.

София

От  бесконечных поздравлений, танцев и напитков кружится голова. Платье, такое тяжелое и неудобное, что я едва не плачу от облегчения, когда Грэйс, моя новая камеристка, помогает его снять. Не понимаю, почему девушки так мечтают об этом дне, это же пытка целая. Чего стоят только шпильки в волосах? Ужасно голова от них болит.

Киллиан не пришел. Я ждала его почти до утра, слышала, как он зашел в свою комнату, они у нас смежные. Он долго стоял возле двери, ведущей в мою комнату, я так разволновалась, что чуть сердце не выпрыгнуло. Я конечно, давно уже не невинна, и мужчин у меня было достаточно в той, прошлой жизни, но так, чтоб до дрожи – никогда. А он не пришел. Ни в эту ночь, ни в следующую, ни в следующую после этой. Каждое утро, он уезжал по делам во дворец, и возвращался поздно вечером. Просто игнорировал меня.

 Я завтракала, обедала и ужинала в полном одиночестве и была предоставлена сама себе. Училась играть на пианино, занималась верховой ездой, заказала себе новые домашние платья с облегченным корсетом, без каркасов и тысяч нижних юбок, даже стала заниматься йогой по утрам. Но душевного равновесия это не добавляло. Где-то там внутри меня грыз червячок, с каждым днем всё больше прогрызая чёрную дыру. «Ненавидит» противным голосом твердил этот червячок, «презирает» раздавалось эхом, в прогрызенной им дыре.

Несколько раз мы встречались по вечерам в гостиной или в библиотеке, он неизменно вежливо здоровался и уходил, избегая моего общества. Кому нужна была эта свадьба, если всё так? Я не понимала его мотивов, не понимала и боялась, что мы проживём так всю жизнь. Ещё невыносимее делало мою жизнь то, что я влюблялась. Не смотря ни на что, его образ, те редкие слова, обращенные ко мне, навсегда отпечатывались в моём глупом сердце.

В тот вечер я от скуки, решила просмотреть приглашения, которые пришли на моё имя. Как жену герцога, меня хотели видеть во многих домах. Они же не знают, что наш брак, может закончиться не начавшись. Пожалуй, мне пора выходить в свет, пусть даже без мужа. В этом мире слишком мало развлечений, я от скуки скоро с ума сойду. Я просматривала очередное приглашение, когда услышала шум и крики в холле.

- Несите его сюда, скорее, - голос был мне не знаком, и я поспешила вниз, узнать что происходит. Двое мужчин несли Киллиана, еще один показывал дорогу. Сердце пропустило удар.

- Что случилось? – с трудом узнаю свой голос.

- Леди Льюис, не волнуйтесь, всё будет хорошо, противоядие уже действует. Ваш муж сильный, он справится. – на ходу бросает мужчина, похоже доктор.