Самые родные

Глава 1

Поля

Прочь из города. Подальше от них.

Размазывая слезы по лицу, выравниваю руль. Машинку мою то и дело ведет. Снегопад с каждой минутой усиливается.

Небо белое. Дорога белая. По обе стороны трассы лес, одетый в белое густое покрывало. Вообще все сливается.

Ничего, ничего. Скоро будет город. Должен быть. Я проехала указатель на деревню «Тихие Ивы» примерно час назад. Значит, осталось еще немного в пути.

Мороз усилился, аж окна заледенели. Вместо дороги теперь узкая колея из-за снегопада. Не хотелось бы потерять управление или застрять здесь.

Телефон снова разрывается романтичной мелодией. У этого козлины еще хватает наглости мне названивать.

— Я первые десять раз не взяла трубку! Намек неясен? — кричу в пустоту. Звонок резко обрывается. Ну вот! Другое дело!

Бросаю взгляд на телефон. Да это потому, что связь пропала! А снег все валит и валит. Тоскливо…

Все эти годы с Гришей оказались фальшивкой. Все его ласковые слова — ложью. Он бессовестно изменял мне с моей подругой. А я ничего не замечала, и была так поглощена им, что полностью подчинила свою жизнь его желаниям.

Квартира, в которой мы жили, его. Бар, в котором он уговорил меня работать, уйдя из моей любимой пекарни, тоже принадлежит ему. Так что я в одночасье лишилась всего. Именно поэтому решила несмотря на надвигающуюся непогоду уехать, вернуться в город своего детства. Оставить этих предателей позади.

Пытаюсь найти по радио что-нибудь веселенькое и на миг отвлекаюсь от дороги, а когда перевожу глаза на лобовое, вскрикиваю от ужаса. Прямо перед моей машинкой на трассу из леса выпрыгивает олень.

Ни в коем случае нельзя резко нажимать на тормоза, звенит в моей голове. Но, конечно, именно это я и делаю. Машину заносит и раскручивает. Широко раскрытыми глазами я наблюдаю как она подлетает и падает прямиком в кювет.

Наступает гробовая тишина. Я пробую пошевелиться. К счастью, приземление оказалось мягким в белоснежный снежок, и у меня нет никаких повреждений. А что до машины? Нужно выйти и проверить. Но снаружи жуткий холод.

Включаю задний ход и прибавляю газу, но машина не двигается. Застряла с концами.

Прижимаюсь лицом к боковому окну. Дорога пуста. Нет больше идиотов, кроме меня, кто в такую погоду отправится в путь.

Этот день не мог стать хуже, верно? Так я думала, когда утром застала своего жениха, трахающим мою лучшую подругу.

Ну вот, пожалуйста! Он стал!

Я тут замерзну и умру.

Врубаю печку побольше и откидываюсь на спинку. Помощи ждать неоткуда. Что я буду делать, когда бензин закончится?

Оставить машину и пойти пешком — не вариант.

Решаю заводить мотор каждые полчаса, чтобы экономить. От этого становится еще холоднее. Я уже не чувствую пальцев ног.

Мне так холодно. Так холодно и страшно. Странно хочется спать.

Я слабею, не в силах бороться с холодом.

Какая нелепая смерть в двадцать три года.

И никто искать меня не будет…

Отключаюсь…

* * *

Ммм, как тепло и уютно в постельке под пуховым одеялом. Но больше всего приятно, что ко мне прижимается мускулистое мужское тело. Я и не заметила, когда это Гриша успел подкачаться. Такие мускулы… с наслаждением вожу рукой по твердой груди и рельефному прессу.

Так. Стоп. Что-то здесь не так. Это не Гриша.

Медленно воспоминания просачиваются сквозь уютный кокон полудремы.

Боль предательства, спешный сбор сумок… трасса, снегопад, кювет… жгучий холод…

Я что умерла и попала в рай?

Не иначе. Потому что это мужское тело божественно на ощупь.

Ой, я что продолжаю его ощупывать?

Открываю глаз. Потом второй.

Перед моим взором мощная шея и щетинистый подбородок. Поднимаю лицо и встречаюсь с карими глазами, глядящими из-под нахмуренных бровей. Черные растрепанные кудри. Красивый...

Все больше начинаю ощущать свое тело. И понимаю, что лежу обнаженная под одеялом с незнакомым мне мужчиной.

— Ай, кто вы? Не трогайте меня! — кричу, захлебываясь от ужаса. Он сейчас меня изнасилует!

— Успокойтесь, девушка. Вообще-то это вы меня трогаете, — отодвигается и встает.

Тело спортивное, движения плавные, уверенные… зависаю.

Так! Поля! Еще не хватало очароваться насильником!

— Где я? Кто вы?

— Я спас тебя. Вытащил из того сугроба, в который превратилась твоя машина.

— Зачем ты меня раздел? — тоже перехожу на ты. — Зачем обжимался со мной голым?

— Чтобы ты кони не двинула, — раздраженно рычит. — А зачем же еще?

— Что?

— Чтоб не умерла. Ты была ледяная, — окидывает тяжелым взглядом. — И я не обжимался!