Самый холодный отбор

Глава 17. Анна

Оружие на изготовку не сулит ничего хорошего — не нужно быть уроженкой Нордена, чтобы это понимать.

Я, Ирма и Аларик таращимся на Занза во все глаза, пытаясь взять в толк, что он задумал.

В памяти тут же всплывают слова эрры Хильды: «Владельцы соседних земель настолько его опасаются, что ведут себя тихо, как мыши под половицей. Никто не нападает друг на друга, никто никому не мешает, лишь бы не вызвать гнев герцога Кальтхарта».

Кажется, нам конец.

Занз осмелился угрожать оруженосцу герцога в его же доме!

— Что это значит? — спрашивает Эмрик, кивая на меч. Его простодушное выражение лица исчезло без следа. Даже безоружный, он выглядит готовым к битве.

— Я вынужден задать тот же вопрос, — отвечает не менее воинственный Занз. — Как вы осмеливаетесь так обращаться с благородной эрляйн, которая почтила своим присутствием этот замок?

— Боюсь, возникло недоразумение…

— Именно так. Однако подобные вопросы должен решать сам герцог Кальтхарт. Допрос, проводимый его слугой, является неслыханным оскорблением для благородной эрляйн.

Эмрик заметно теряется. Я тоже не нахожу себе места, мечтая спрятаться за тяжёлой шторой и не видеть дальнейшего развития событий.

— В настоящий момент Его светлость никого не принимает…

— В таком случае не вижу ни малейшей причины удерживать эрляйн в этом зале, — твёрдо произносит Занз. — Ей необходим отдых после долгой дороги.

— Уберите оружие, — настаивает Эмрик. — Иначе мы не сможем относиться к вам как к почётным гостям. Обнажив сталь в доме герцога, вы ставите себя в положение его врага. Не думаю, что это соответствует желаниям вашего господина. — Он вопросительно приподнимает бровь.

— Вы попрали священные законы гостеприимства, — парирует Занз. — А я здесь для того, чтобы защищать честь благородной эрляйн — именно этого желает мой господин. И полагаю, что когда Его светлость соизволит кого-либо принять, он поймёт, что у меня не было иного выбора, кроме как подкрепить свои слова блеском стали. Но вот поймёт ли он ваши действия, Эмрик? Или вы действуете от его имени, когда открыто заявляете благородной эрляйн о её нежелательности здесь? Это приказ герцога — выставить сестру эрра Донахара за ворота замка?

К оруженосцу вновь возвращается растерянность.

— Такого приказа не было, но… письмо…

— Эрляйн намерена показать письмо герцогу, она ясно дала это понять. Кто вы такой, чтобы ставить под сомнение её право? Или ваш род превосходит род Хельмиц?

Эмрик бросает на меня отчаянный взгляд, но что я могу поделать? Ситуация крайне опасная, мы все балансируем на грани, однако мне необходимо остаться в этом проклятом замке, и пока что Занз — единственный, кому удаётся продвигаться вперёд.

Тянутся мучительные секунды. Все напряжённо молчат. Напарник Занза не отрывает руки от рукояти меча, и если он тоже обнажит оружие, боюсь, нам не выбраться отсюда живыми.

Наконец Эмрик тяжело вздыхает и низко кланяется.

— Эрляйн Вилма, приношу глубочайшие извинения за эту отвратительную сцену. Вас немедленно проводят в ваши покои. Герцог будет рад встретиться с вами за ужином.

Я делаю вид, что не слышу, как он тихо бормочет себе под нос: «Надеюсь». Стараюсь держаться с достоинством и кладу руку на плечо Занза.

— Недоразумение улажено, мой… э-э… доблестный защитник. В оружии больше нет необходимости.

Меня охватывает волна облегчения, когда стражник убирает меч. Эмрик, покрасневший до корней волос, уходит позвать эрру Минну, а к Занзу бросается его напарник. В ярости он хватает его за грудки и яростно шепчет:

— Какого нечистого ты творишь?! Ты понимаешь, где мы находимся? В замке герцога чёртова Кальтхарта!

— Отцепись! Я всё прекрасно понимаю. — Занз отталкивает его.

— Сомневаюсь! В следующий раз, когда захочешь убиться, предупреди меня. Я в такие игры не играю!

— Да ничего нам не грозит! Во-первых, этот щенок явно боится своего господина больше, чем адского пламени. Намекни ему, что герцог будет недоволен, и можно верёвки из него вить. А во-вторых, твой драгоценный Кальтхарт уже не так силён, как о нём говорят. И пока у него не появится наследник, он сможет лишь с деревянным мечом сражаться — таков приказ короля.

Аларик недоверчиво прищуривается.

— Откуда ты знаешь?

— А ты поменьше болтай, побольше прислушивайся к тому, что говорят другие. Тоже узнаешь много интересного.

Приходит эрра Минна, и мы покидаем зал, вновь погружаясь в лабиринт коридоров. Ирма выглядит потрясённой, Аларик погружён в свои мысли, и лишь Занз излучает уверенность и самодовольство. Когда нас приводят к нужной двери, он галантно улыбается и целует мою руку.

— Прекрасная эрляйн, мы ненадолго покинем вас. Однако до ужина вам больше ничего не угрожает, в этом я уверен. Если возникнут малейшие трудности — немедленно позовите нас, и мы всё уладим.

— О-о… разумеется. Да, я так и поступлю.

Занз одаривает меня прощальным взглядом, в котором читается нечто… многозначительное. Стражники удаляются, а я нервно прикусываю губу. Смутная догадка, что Занз знает обо мне гораздо больше, чем показывает, готова превратиться в уверенность.