Самый холодный отбор

Глава 26. Фридмунд

Прощание с Росвитой вышло кратким, но изнурительным. Девица никак не желала признавать поражение. Не ожидая, что вылетит первой, она сначала глупо хихикала, а потом разразилась проклятиями в мой адрес:

— Отец этого так не оставит! Он… вы… мы обязательно пожалуемся королю!

— Буду с нетерпением ждать этого дня, — бросил я и поспешил уйти, чтобы не слышать её воплей.

Сейчас, сидя за столом в своём кабинете, я терзаюсь сомнениями. Правильно ли я поступил? Испытание было спонтанным, и я никогда прежде не слышал о подобных проверках.

С другой стороны, кто может мне запретить? Нет никакого утверждённого списка допустимых испытаний. Единственное, что от меня требуется — гарантировать безопасность девушек и защиту их чести. Всё остальное опирается на традиции, которых я, в общем-то, намерен придерживаться. Почти.

А эта прогулка по городу… Йорген назвал её «испытанием милосердия». Сейчас он сидит напротив и продолжает делать записи в одной из своих многочисленных книжек.

Эмрик у двери пытается сохранять достоинство, но то и дело шумно вздыхает, переминается с ноги на ногу и чешет нос…

— Эмрик! — не выдерживаю я. — Возьми себя в руки! Ведёшь себя как блоха на дохлой собаке.

— Простите, господин. — Он вытягивается по струнке.

Снова становится тихо. Мои пальцы отбивают нервный ритм по столу. Утреннее небо за окном настолько серое, что я невольно задумываюсь, когда в последний раз видел солнце.

Улыбка Вилмы похожа на солнце… Я тяжело вздыхаю и провожу ладонью по лицу. С каких пор все мои мысли неизменно возвращаются к ней?

Она превзошла все ожидания в испытании. Интересно, догадывается ли она, что именно её слова стали толчком к этой проверке?

…одна из главных задач настоящей герцогини — забота о народе…

Вилма доказала, что искренне верит в это.

— Я перепишу свои заметки более разборчиво и представлю их вам позже, — говорит Йорген, вырывая меня из размышлений. — Однако должен отметить, мой эрр, что эрляйн Вилма и эрляйн Маддалена проявили именно то милосердие, которое угодно всевышнему. И они не жаловались на необходимость идти пешком.

Киваю в ответ.

— Прекрасные качества. Как думаешь, кто из них более достоин?

— Обе претендентки превосходны, Ваша светлость.

— Да, но… эрляйн Маддалена кажется слишком юной.

— Она действительно моложе остальных невест, мой эрр, но не настолько, чтобы это стало препятствием для брака, если судьба укажет на неё.

Судьба… Не мой выбор. Хочется взвыть от того, что позволил втянуть себя в этот отбор. Теперь я обязан жениться на той, кто безупречно пройдёт все испытания. И если эрляйн Вилма где-то оступится, придётся забыть о ней… Проклятье, опять она. Надеюсь, она останется здесь достаточно долго, чтобы я смог разгадать её тайну. Что в этой девчонке такого особенного? Почему она так действитвует на меня?

Стук в дверь заставляет Эмрика вздрогнуть. Звук повторяется, становясь всё настойчивее.

— Войдите! — рявкаю я, поднимаясь из-за стола.

Оруженосец открывает дверь. На пороге появляется эрра Минна, её лицо выражает крайнюю степень озабоченности.

— Ваша светлость, — начинает она, тяжело дыша, словно бежала сюда, — там… прибыла целая семья из города. Они настаивают на немедленной встрече с вами. Говорят, что готовы спать на пороге замка или во дворе, даже замёрзнуть насмерть, но ни за что не вернутся домой, пока не поговорят с герцогом.

Я хмурюсь, пытаясь вспомнить, когда простолюдины в последний раз проявляли такую настойчивость. Это… довольно необычно, должен признать.

— Что им нужно? Вы пытались узнать?

— Они отказываются говорить с кем-либо, кроме вас, мой эрр. Единственное, что я поняла — их привело сюда дело чрезвычайной важности.

Вздыхаю и шагаю к двери.

— Хорошо. Я спущусь к ним. Йорген, останься здесь и продолжай работу. Эмрик, за мной.

Спускаясь по лестнице, я строю догадки. Что могло случиться? Никогда не любил неожиданных визитов. Хватит с меня и того, что со дня на день мы ожидаем короля. Наверняка он, как обычно, поставит на уши весь мой дом.

Когда мы выходим в холл, я вижу их — небольшую семью, дрожащую от страха. Женщина прижимает к себе детей, мужчина стоит впереди, его поза выражает решительность и отчаяние одновременно.

— Кто вы такие и что вам нужно? — спрашиваю я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо, но не угрожающе. Пока не выясню, в чём дело, не хочу пугать их ещё больше.

Мужчина делает шаг вперёд, его глаза полны мольбы.

— Мы пришли просить о защите. Только вы можете помочь нам.

Я жестом приглашаю их следовать за мной.

— Пойдёмте в зал. Там вы сможете рассказать всё без спешки. И в тепле.

Вопреки правилам, я пропускаю просителей вперёд, чтобы рассмотреть их получше. Женщине, должно быть, не больше тридцати, но несколько глубоких морщин на лбу делают её старше. На ней простое шерстяное платье, местами заштопанное, а на плечах — потрёпанный плащ, явно не по сезону.