Самый невезучий маг

Глава 7. О (не)любви к мытью посуды

Концерт закончился, музыканты вышли на поклон, поблагодарили скандирующую название группы толпу и пригласили на осенний концерт в Червограде.

«Хм!.. Не иначе как решили кунов на зиму подкопить! – подумал Йока. – Академию травников к своей музыке приобщать будут».

– Ищи Видку и пойдем на постоялый двор, – сказал он вслух, обращаясь к Крошильде. Концерт ему понравился, но пора было и о насущных делах подумать.

Огриха принялась озираться, затем оглушительно чихнула, утерлась тряпицей и печально изрекла:

– Нет Вида. И моя не нюх.

– Что?! Почему?

– Ухо перца многа. Кроша недо… переел… сопля пошел. Кроша забыть от перца сопля.

– Этого еще не хватало – раздосадовано протянул Йока. Уха действительно была переперченной, и теперь на нюх Крошильды едва ли можно положиться. Где же пронырливая Видослава? С высоты своего роста ему тоже были видны макушки всех цветов и даже лысые, но знакомой, ярко-рыжей макушки не наблюдалось.

– Надеюсь, что ее не затоптали, – глубокомысленно изрек Горемыка, направляясь следом за потоком людей и нелюдей, покидающих площадь.

Крошильда подняла в воздух ближайшую арахнидку и та отчаянно замахала всеми восемью конечностями в знак протеста.

– Здеся нет Вида! – Кроша указала на пыльную брусчатку, как раз на то место, на котором стояла арахнидка.

– Скандал! Наглая молодежь! Зенки зальют, а потом на концерт приходят! – поставленная на прежнее место арахнидка по-своему интерпретировала действие огрихи.

– Простите нас, – Йока принес извинения и поманил Крошильду в сторону дороги, ведущей к постоялому двору. – Это я образно говорил. Видка умная девчонка, дорогу до «Удобного котла» найдет. Думаю, что мы просто разминулись, и она давно ждет нас там.

Однако весь путь обратно они все равно смотрели по сторонам, пытаясь углядеть потерянную подругу.

Небо стремительно темнело. Подул прохладный ветер, однако нагретые за день камни источали тепло, поэтому ощущения были самыми комфортными. Факельщики запалили городские факелы и в оранжевом свете огня улицы смотрелись как картины, нарисованные углем на ржавом листе железа. Гомон напитанного солью и солнцем города стихал под мерный шум прибоя. Набрякший сыростью ветер приятно холодил лицо.

На постоялом дворе, Видки не было обнаружено. Причем, они не поленились поискать как в таверне, так и в арендованной каморке.

– Красные дьяволицы! – выругался Йока, потемнев глазами. – Дело обретает скверный характер.

– Это Кроша не ню-ю-х! – заныла огриха, хлюпая носом.

– Да ты-то здесь причем? – отмахнулся он. Для полного счастья не хватало истерики от Крошильды. – Может она так устала, что перепутала комнаты. Погоди расстраиваться.

– Наша проверят! – с готовностью отозвалась Кроша.

– Э… Стой! – призвал Йока, прикидывая, какую отговорку придумать на случай, если постояльцы поднимут скандал. С другой стороны, им не обязательно что-либо придумывать в свое оправдание: грозный вид Крошильды не располагал ни к излишнему возмущению, ни к претензиям.

«Видка, маленькая вредительница!» – подумал Йокрунд, выйдя в коридор и направляясь к двери напротив. Он занес руку для того, чтобы постучать, как дверь сама распахнулась, явив преларца, с ночным горшком в руке.

– Вида у ваша? – тут же поинтересовалась топавшая следом за Йокой огриха.

– Мы ничего не видели! – с истерическими интонациями ответствовал преларец и, всучив Йоке горшок, скрылся за дверью.

– Вы не поняли! – крикнул Йока, наклонившись к косяку. – Рыженькая девочка не заходила к вам?

Из-за двери раздался приглушенный крик:

– Какая девочка? Совсем обнаглели, сутенеры! У меня своя есть, светленькая! Я хозяину пожалуюсь!

Пока Йока обдумывал следующий вопрос, к двери подошла дородная женщина-преларка.

– Вам чего? – не слишком дружелюбно поинтересовалась она, зыркая на Йоку и Крошу из-под светлых, насупленных бровей. Обычно преларцы разговаривали с сильным акцентом, у этих двоих акцента не было.

– Нам ничего, – нашелся Йока и, вручив женщине горшок, добавил: – Это вам муж просил передать.

Женщина заглянула под крышку горшка и мрачно изрекла:

– Вот засран… Кхм! Нехороший человек!

– Кто эта – сутенера? Кроша плохо говорит на вашем, – вздохнув, спросила огриха.

Опасаясь за здоровье преларца, Йока предпочел не просвещать Крошильду и выдал пространную фразу:

– Ну это такой человек, который… э… путешествует с девушками.

Огриха кивнула и высморкалась. Кажется, ее вполне устроил такой ответ.

Комната по соседству оказалась заперта, но надоумленная Йокой огриха использовала заклинание универсального ключа. Видки там не было. Они снова заперли дверь и пошли дальше. Из-за двери следующей комнаты раздавался плач ребенка. Йока сразу же подумал о своей младшей сестре, ибо та с точно такой же интонацией выклянчивала у родителей гостинцы. В комнате напротив спал купец. Следующие две комнаты пустовали, но, судя по тюкам и матрасам, в них кто-то остановился. В последнюю комнату друзья так и не зашли. Живущая в ней женщина почему-то считала, что Йокрунд и Крошильда подосланы одним из ее поклонников.