Самый невезучий маг

Глава 8. В поисках кунов

– Уф! Нормально управились, – Йокрунд вытер мокрые руки о штаны и окинул довольным взором возлежащую на траве посуду. Он старался сооружать не слишком высокие башни из мисок. А ну как упадут, разобьются, и они вновь задолжают хозяевам постоялого двора? Чистые кружки стояли чуть поодаль, а отчищенные при помощи воды и Крошиной магии котлы сохли на солнышке вверх дном.

Сбоку послышался трагический шепот Крошильды, сопровождаемый всхлипом:

– Моя кастрюля погнул!

В доказательство она показала кастрюлю со вдавленным днищем.

– Что? Как? – безмерно удивился Йока. – Она же была нормальная. Только недавно отдраил ее и на травку сушиться положил.

– Кроша сесть и не посмотреть место для попа! – Кроша продолжала вещать трагическим шепотом.

Велезвёзд провел рукой по лицу и философски изрек:

– Ну что ж! Варить в ней еще можно. Скажем, что так и было. Кроша, хватит всхлипывать! Рыданиями этой кастрюле уже не поможешь. Иди лучше посмотри как там Видка, а я отнесу посуду обратно на кухню.

Огриха перестала шмыгать вздернутым носом, похожим на пятачок, и послушно потопала по указанному маршруту.

Йока вылил мыльную воду в сточную канаву, а когда вернулся, то едва не столкнулся с хозяином, пришедшим с новой порцией посуды. Стопка грязных мисок была такой высокой, что хозяин передвигался практически на ощупь.

«Красные дьяволицы! Не я первый объявил эту войну, но я попробую ее закончить», – подумал Йока, проворно подпихнув многострадальную кастрюлю под ноги хозяину. Грохот и отборный мат отзывался глухим эхом в кастрюле, лежащей возле распластавшегося хозяина, словно древний преларский шлем.

– Коровьи лепёхи! Кто это поставил сюда? Кто? – заорал подскочивший хозяин и, в сердцах наподдав кастрюле, бросился подсчитывать убытки и количество уцелевших мисок.

Йока благоразумно отмалчивался, стоя в сторонке, в тени абрикосового дерева, которое, к слову, было не намного выше него. Когда хозяин закончил с подсчетами, притопала Крошильда.

– Дядя кувырк? – с жалостью спросила она. Хотя эта эмоция в исполнении огрихи звучала как угроза.

Немного успокоившийся хозяин хмуро кивнул в ответ:

– О кастрюлю вон споткнулся.

– Дядя сила много! Кастрюля гнуть! – Крошильда правильно интерпретировал жестикуляции Йоки.

– Гнилая огородина! – Мужик сначала схватился за сердце, а потом бросился осматривать кастрюлю. – Жена теперь убьет… – его седая голова безвольно повисла, со стороны все выглядело так, как будто его уже хорошенько придушили.

Йока бросил на Крошильду озадаченный взгляд и та дернула в ответ могучими плечами.

– А давайте я скажу, – внезапно ожил мужик, – давайте я скажу, что кастрюлю погнула ваша огриха. Уж супротив нее моя Натка не попрет. Опасается она огров и этих… гвинов… или как их: гвиров. Ну не суть! Выручите, а? А я вам за это долг прощу. Можете чесать отсюда. Ну чего встали? Шевелитесь, а то мало ли что моя Натка удумает! Она ж у меня такая… Вот чует сердце, раньше с красными дьяволицами в одной шайке каталась.

Йока усмехнулся и поспешил в каморку. Нужно было забрать Видку и припасы и выдвигаться в путь. Кроша топала позади, косолапо переставляя ноги.

– Корчмарь прав, нужно спешить, – бросил через плечо Йока. – А то, не ровен час, хозяйка еще один штраф назначит.

– Куны жала!

– Жалко?

– Ага!

– Не то слово! – вдохнул Йока.

– А какое слово? – спросила озадаченная Крошильда и даже остановилась, явно намереваясь обдумать слова Йоки.

Но тот лишь махнул рукой и снова поторопил ее.

«Видку ограбили, вне всяких сомнений, – от подобных мыслей глаза Йоки потемнели насколько, что стали похожи на два бездонных колодца. – Как она могла, такая правильная староста, связаться с сомнительной компанией?.. Эх, нужно было разделить всю сумму на троих – сейчас было бы не так ощутимо!»

Йока еще раз вздохнул, потому что теперь на собственном опыте доказал правильность пословицы про «хорошую мыслю», которая «приходит опосля».

Крошильда с грациозностью бегемота навьючила себя припасами, на которые, к счастью, никто не позарился, и двинулась следом за Йокрундом, бережно несущим на руках спящую Видку. Для верности они закутали ее в походный плед. Плед был старым, с вытертыми краями, что ничуть не мешало ему исправно служить хозяину – Йоке. Видкино шерстяное одеяльце было маленьким и коротким, поэтому Йока его не задействовал. Бывшие постояльцы быстро прошмыгнули к калитке на заднем дворе. Возле калитки их встретил сам хозяин. Он ничего не сказал, а только скользнул хмурим взглядом по внушительной спине огрихи и с остервенением захлопнул калитку за студентами.

Они миновали несколько идущих в горку улиц и энтузиазм продолжать поход поутих. Меньше всего сейчас хотелось разгуливать по раскаленным дорогам. Солнце как раз вошло в зенит.

– Давай свернем туда, – предложил Йока, указав на нечто, похожее на парк – по-видимому, один из немногих островков зеленых насаждений в этом каменном мешке. Студенты МБА расположились на траве под раскидистым деревом с зелено-серебристыми листьями. Йока бережно опустил Видку на землю. Личико ее порозовело, дыхание было спокойным. Кажется, сон воздействовал на Огневушку самым благоприятным образом.