Самый тёмный час

Размышления

Торопясь и поскальзываясь девочка вбежала в подъезд. Уже здесь была слышна музыка, громкие переговоры и пьяные выкрики. Лиза мысленно чертыхнулась и начала медленно и осторожно подниматься по лестнице. Её квартира располагалась на втором этаже. Но попасть туда после девяти часов вечера было не так-то просто…

Первым Лизиным воспоминанием из детства была бабушка. Она была высокой, худощавой, и очень строгой. Впоследствии девочка узнала, что своим появлением на свет она испортила бабушкины планы на маму. Ведь, по-человечески, нужно было сначала закончить школу, получить хотя бы среднее специальное образование, выйти замуж, а уж потом – дети.

И, пока мама, так скажем, училась, Лизу воспитывала бабушка. Как только учёба завершилась, девочка была передана в неумелые руки своей непутёвой матери, а бабушка куда-то уехала, не посчитав нужным сообщить, куда именно.

Отец свою «вину» не особо отрицал, и постоянно прибывал где-то неподалёку. Однако за семнадцать лет совместной жизни времени для свадьбы родители Лизы так и не нашли.

Оба работали. Правда девочка не особо представляла себе, где. Потому что пьяные посиделки совершались почти каждый день и большими компаниями. Поэтому Лиза старалась прийти домой пораньше, чтобы не попасться на глаза какому-нибудь «другу семьи». Иногда её задевали, и тогда спасал только тональный крем. Ведь в школе нужно было создавать видимость благополучного ребёнка из благополучной семьи. Не прогуливать. Хорошо себя вести. И, желательно, нормально учиться. Лиза понимала, что если родителей вызовут в школу, то, скорее всего, никто не придёт, и за этим последуют не весьма приятные события. В связи с этим, девочка старалась контролировать каждую минуту своей жизни. Благодаря этим стараниям у учителей сложились весьма приятные впечатления о родителях Лизы, хотя они их не разу не видели.

Девочка их не осуждала. Но и особых любовных чувств к ним не питала. Проведённых вместе «трезвых» дней было не так много, как хотелось бы. Однако дома всегда была какая-никакая еда, и за квартиру родители платили исправно. По мнению Лизы, не всё ещё было потеряно. И это мнение подтвердилось совсем недавно, около недели тому назад.

***

Тогда уже началось то, время, которое называют «глубокая ночь», но родительская вечеринка продолжалась. Лиза пыталась уснуть. У неё уже почти получилось, как вдруг в дверь её комнаты тихонько постучали. Это было странно. Обычно в многострадальную Лизину дверь грубо дубасили или интенсивно дёргали её за ручку. А этот тихий стук одновременно удивлял и пугал.

- Лиза, - позвал кто-то из-за двери, - Открой, это папа.

Голос был чётким и вразумительным. А фраза повторилась несколько раз. Лиза решила, что родной человек, в любом состоянии, не сделает ей ничего плохого. Она встала, отодвинула тяжёлую тумбочку, которая не давала прохода посторонним, и распахнула дверь.

Отец вошёл, шатаясь, и незапланированно приземлился на край кровати. Лиза подвинула тумбочку обратно к двери, и присела на неё.

- Доченька, - начал папа. От него пахло дешёвым алкоголем и сигаретами, - Прости меня.

Лиза нервно сглотнула, предчувствуя неладное, и тихо спросила:

- За что?

- Да за всё, -  он пылко ударил кулаком в грудь. Девочка вздрогнула - За нашу тяжёлую жизнь, за твоё загубленное детство…

Затем он чуть пошатнулся, но удержался на месте.

- Я люблю твою маму. И тебя люблю. Но всё так сложно…

- Что сложно?

- Работа… Проблемы там всякие. Да в общем, жизнь… Ну, ладно. Тебе не понять… Мелкая ещё.

Лиза молчала. И ждала. Зачем он пришёл? Чего ему нужно?

- Я тут тебе принёс, - папа лёгким движением руки вытянул из кармана несколько пятитысячных купюр, - Это тебе.

У девочки глаза на лоб полезли. Как? Зачем? Почему именно ей? Украл? Выиграл? Скорее всего, за деньгами придут. И тогда тональный крем не спасёт.

- Откуда? – строго спросила Лиза, пытаясь скрыть пробирающееся на поверхность чувство страха.

- Какая разница? Они теперь твои, - сказал отец, протягивая ей деньги.

- А к нам соответствующие органы не ворвутся?

Папа широко улыбнулся. И слегка качнул головой.

- Не ворв… не вовр… - попытался выговорить он, но не смог.

- Ну… Спасибо, что ли, - неуверенно сказала девочка.

- Пжалуста, - пробормотал папа, кряхтя, поднялся, и двинулся к выходу. Лиза снова отодвинула тумбочку.

«И что делать? – думала она, - Потрачу, а вдруг ворованные? Нет, лучше пусть полежат. Вдруг что.»

Но этот жест, означающий, что родители всё ещё про неё помнят, приятно согрел девочке душу.

***

Лиза наконец решилась подняться на лестничную площадку. Дверь кто-то прикрыл слегка, но она не задержалась в таком положении и широко распахнулась. В прихожей толпился народ.

Нужно было немного подождать, прежде чем все переместятся на кухню. Постепенно голоса смолкли или затерялись в недрах квартиры. Тихонько притворив за собой дверь, девочка с силой нажала на ручку и, понемногу отпуская её, дотянула до исходного положения.  Она всегда так делала, чтобы лишний раз не хлопать дверью и не щёлкать замком. Лиза убедилась, что в коридоре никого нет и быстро метнулась к своей комнате.