Саша и Конь в тулупе

Часть 32

Когда старые боги перестают создавать новое, и дохнут в первую очередь от скуки, на их место всегда приходят новые. Что остается после замены одних на других, зависит от многих факторов.

В том числе и от того, считают ли новые боги планету своим домом, или стремятся разрушить до основания, а затем «мы наш, мы новый мир построим».

Чмыргыкук носился клюнутым в задницу петухом по планетам и весям оттяпанного в единоличное владение пространства.

Все его планы летели по наклонной вниз, а это не могло не злить.

На приглашение Лииса он отвечал: «занят» и отмахивался от продолжения партии, которую они разыгрывали уж и не упомнишь сколько.

С тех пор, как людишки, воспользовавшись дарованными возможностями, принялись перекраивать свою сущность, то там, то тут вылазят проблемы, с которыми все сложнее работать.

- В воде не тонет, в огне не горит, - бубнил Темный создатель, отплевываясь от доклада верховного правителя. В интимной обстановке тайной часовни высокопарные слова человека заставляли бога скрипеть зубами.

- И зачем вам такое существо? – наконец задал свой вопрос бог.

- Мы напитали его ментальной магией, и оно поставит врагов на колени!

- А как вы его переместите к врагам? – задал следующий вопрос раздраженный бог.

Эти идиоты сделали существо воднозависимым, и щупальца, которые разбрасывает продукт генной инженерии, хоть и защищены от огня, но на дальние расстояния не дотягивают. И в бочку чудище не всунешь. Размер в этом случае имеет значение.

- Так мы врагов к нему привезем! – пафосно воскликнул правитель.

- Идиот! – беззвучно обматерил его бог. – С кем приходится работать. Нет чтобы придумать летучее существо, они плавучее изваяли и хвастаются потерянным временем, силами и магией, которая и так утекает сквозь пальцы.

- Летучее какает, мой бог, а это очень большая проблема, особенно из-за объема того, чем срет эта мозгоклюйка.

Бог задумался об озвученной специфике, и согласился. Видимо летать и срать такое существо могло только до поры до времени. Лично он бы не стерпел, если бы Темную Башню обосрали. Прихлопнул бы, как муху!

Чмыргыкук вспомнил сестру Лииса, из которой магия так и прет, и подумал, что пришло время заняться окучиванием данной особи вплотную. Если не получится очаровать, следует украсть, и пусть наполняет и подпитывает. Он вспомнил состояние пузырьковой помешательности во дворе Божественной Академии. Размалеванные адептки, слегка потешили своим видом сердце Чмыргыкука, напомнив монахов, строящих Темную Башню, но все же он подозревал, что изъятый этими дурами дневник с планами, еще аукнется неприятностями. И как только просочились! Нигде от них не скрыться.

Хотя странно, с планером бог не расставался, и на скачках Пегасов он у него был. Именно тогда его озарило и он записал формулу, высчитывающую вероятность победы в скачках.

А потом на него вылили нектар. Точно премиленькая чертовка, угостившая в качестве компенсации дьявольской смолой. Как же ее звали? Чмыргыкук помнил только огоньки, пляшущие в глазах этой горячей красотки, размер бюста, в своих руках, и утреннюю отрыжку какими-то полезными ископаемыми.

А вот где оставил дневник – не помнил. Вот совершенно.

Провалы в памяти несколько напрягли. Он тоскливо посмотрел на восхваляющего божественное предвиденье правителя, и вновь вспомнил размер бюста А-за-зеро. Точно, Азазеро! – протянул мечтательно.

- Зерно? – икнул правитель, - так не сеяли мы еще, а прошлогоднее все на самогон перегнали, вы же сами сказали, что напиток просветляет.

Чмыргыкук попытался вспомнить, когда это он раздавал ТАКИЕ божественные наставления, и не смог вспомнить.

В памяти шевельнула хвостом мысль, что скорее всего это было после грандиозной попойки по случаю миллиардного юбилея. Точно, именно тогда он попросил у этого червя похмелиться. Или не у этого, или это было не тогда.

- Одно и тоже, серость несусветная, - рыкнул он на замолчавшего правителя.

- Перекрасим, зачерним, - тут же начал кланяться тот, гулко стуча лбом в пол.

- Храм восстанавливайте быстрее! А то накажу! – загрохотало под сводами тайной часовни, и бог унесся в тот чудесный ресторанчик у подножия Великой Священной горы. Может сегодня дежурит Азазеро и у него с ней зайдет гораздо дальше и глубже?

В это же время Лиис взгромоздив перед собой выуженную из хранилища коробку – чемоданчик, с любовью перебирал инструменты, похожие на инструменты краснодеревщика.

Скука заставила вспомнить про хобби, которым он увлекался на заре времен. И одногруппницу, подарившую коллекцию чурочек редких пород дерева.

Некоторые боги создают населяющих планеты существ из глины. Некоторые из сажи. Были и те, кто рожали живое из собственного плевка. А вот Лиис любил вырезать фигурки из дерева.

 Почему-то именно сегодня, как нельзя остро вспомнилась та юная богиня. Акацуки с момента окончания Божественной Академии больше не возникала на его пути. Прощаясь, вручила подарок и показала рукой в направлении Великого Ничто.

- На этом поле столько места, и столько возможностей выразить себя.

«Не хочешь попробовать свои силы и посеять новое?» — спросила она тогда у Лииса.

Но в тот момент Чмыргыкук подхватил друга под локоть и утащил в мужскую компанию, предлагая поставить на Чарского Пегаса.

Скомканное вышло прощание. Обида, что Акацуки выбрала собственный путь, а не осталась на исследованном пространстве долго не отпускала бога. И подарок он забросил подальше, чтоб тот своим существованием не напоминал о первой юношеской влюбленности.

Лиис открыл длинный пенал и потянулся к прозрачному кусочку, с застывшими золотыми искрами.

«Древо жизни» - столб, на котором держаться созидаемые миры. Крона позволяет развиваться, корни держат идею создавшего вместе с искрой, не давая разрушить произведение ветрам Вечности.

«Когда корни слабы, или в них заводится червь вражды, зависти или саморазрушения, миры гибнут» - она погладила пальчиком именно этот кусочек.