Саша и Конь в тулупе

Часть 55

На столе у ректора, в поблескивающей голубоватыми силовыми линиями клетке, сидел пятисантиметровый таракан, шевелящий усами, и пытающийся шипеть на Вольдемара.

В полном списке магических и обычных животных данный вид не числился. И именно сейчас ректор размышлял, каким образом раздобыть что-то подобное, но для Земных тварей. То, что у этого насекомого земные корни, он был уверен на сто процентов. На девяносто восемь. Потому что два процента он оставлял на пресловутое «а вдруг».

То, что образчик оказался в тарелке бытовички, еще ни о чем не говорило.

- Подбросили однозначно, - вынес вердикт Дорман, задумчиво почесавший подбородок, - кого-то он мне напоминает!

Ректор не мог взять в толк, почему группе возмутителей спокойствия понадобилось проворачивать настолько сложную операцию, в попытке проникнуть в подвалы и хранилища продуктов. Они что, не доедают? Или у них снова появилась какая-то гениальная идея и, как говорит Алекса: «вижу цель, не вижу препятствий?»

— Вот зачем, все это? – спрашивал ректор у таракана, который от неожиданности перестал шипеть и уставился на мужчину маленькими глазками, - пришла бы ко мне, сказала: «хочу на экскурсию», я что бы отказал?

Таракан пошевелил усами будто соглашаясь.

— Вот скажи, что там интересного? Коридор, кладовые, и все! – насекомое приподняло голову и принялось шевелить усами, будто обрадовалось.

- Нееет, - тебя туда точно не возьмут! – ректор вспомнил визги женской половины Академии, и решил, что таракана оставит себе. В качестве морального прессинга для нерадивых студенток. Будет на отработке заставлять убирать за ним подстилку.

Вольдемар улыбнулся, предвкушая развлечение, а таракан замер и даже вздохнул, как показалось ректору.

- Назову-ка я тебя Григорием! – в этот момент перед столом ректора из портала вывалилась всклокоченная Алекса и услышав имя, тут же подскочила к столу.

- Прелесть-то какая! У нас что, появилось первое совместное домашнее животное?

У ректора уверенность возросла до девяноста девяти процентов.

- Ты что его не боишься?

— Вот еще, обожаю все то, что выводит других из себя! В этом мы с тобой, два сапога пара, - и шмыгнула на колени к ректору.

 - Вольдемарчик, меня не выбрали представителем! – надула губки уточкой, - а мне очень хочется! Хоть одним глазком!

В душе обрадованный этим сообщением ректор тут же опечалился, - но это неправильно! Я не могу влиять на решения студентов! Смирись! Значит в вашей группе лидер – другой человек! Кто кстати?

Ведьма демонстративно повздыхала, но с коленей не слезла.

- Голоса разделились, но Саша взяла самоотвод.

Ректор непроизвольно выдохнул. Он был уверен, что эта операция всецело на совести дочерей Яниса. И самоотвод девушки радовал. Хоть немного, но все же.

- И представителем от вашей группы будет Михаэль? – почему-то у ректора других вариантов не оставалось.

- Какой ты у меня догадливый, - замурлыкала ведьма, разворачиваясь к нему лицом, - за это нужно поощрять!

Обезболивающее от поцелуев действовало еще даже тогда, когда ректор спустился с представителями групп в подвал.

- Ни одной дамы, - мурлыкал он себе под нос, обозревая студентов и дивясь их малочисленности, - ого, выпускники проигнорировали инспекцию, или им глубоко наплевать какой тип белка поглощать за завтраком, обедом и ужином?

В качестве экскурсовода выступал сам шеф-повар, слегка раздосадованный происшествием, но абсолютно уверенный, что подобные твари не могли оккупировать вверенные ему закрома.

- В этих двух комнатах хранятся корнеплоды, - вещал он, мановением руки открывая двери ближайшие к «проверяющим». - Продовольственные корнеплоды хранят при температуре ноль — один градус и относительной влажности воздуха 95 процентов. Особенно важна высокая влажность при хранении моркови и других нежных корнеплодов, легко теряющих влагу. Наиболее надежный способ хранения моркови, петрушки, сельдерея, хрена, репы — в хранилищах с переслойкой песком. Прошу обратить внимание на то, что мы используем самые естественные способы сохранения корнеплодов, с минимальным использованием магии для того, чтобы даже при непредвиденных обстоятельствах эта часть Академии не требовала обновления магических артефактов или стабилизационных заклятий.

Ректор смотрел, как парни разделились на два ручейка и всосались в открытые двери. Он был уверен, что у них хватит благоразумия не рыть в песке норы, но просчитался. Семен вышел из правой комнаты, обтирая о штаны морковь и не сильно заморачиваясь ее чистотой, с хрустом откусил со стороны хвостика почти половину корнеплода!
У ректора дернулся левый глаз, когда с полным ртом тот промычал, - точно, по вкусу не отличается от свежи выкопанной!

Прожевав добычу, огласил вердикт – однозначно здесь даже грибковыми заболеваниями не пахнет.

Ректор обрадовался с одной стороны, что грызть репки никто больше не решился, а то заполненное лекарское крыло прямо перед Балом, не очень хорошая перспектива, вкупе со всем остальным.

А еще у него неожиданно заскребло под ложечкой, когда он вспомнил, что в конце коридора присутствует комната с копченостями и с молочными продуктами. И в памяти всплыло Алексовское: «не съем, так понадкусываю!»

- Так, попрошу без спроса ничего не жр…, есть! – исправился в последний момент.

- Если вы хотите продегустировать свежесть продуктов, – отмер экскурсовод, - я готов сделать для этого все необходимое! – и достал из-под фартука приличного размера тесак.

На середине коридора у ректора дергался уже и правый глаз после того, как некромант извлек из темного угла комнаты с добавками и экзотическими компонентами, несколько связок мумифицированных насекомых, отдаленно напоминающих кузнечиков.

Пришлось шефу с пеной у рта описывать несколько деликатесных рецептов подливок и соусов, в которых без перетертых насекомых не достигается гармоничность звучания всех компонентов.