Саша Лорски. Пламенный Факультет. 5 курс.

Глава 16. Потрясение.

Ответы на письма я все же дождалась, вернее ответ. Не два письма, как хотелось бы, а всего одно…

И оно было не от Ручейка.

Увидев, поздним вечером небольшой желтый конверт на столе с печатью канцелярии я обрадовалась, как безумная, а, когда поняла, что оно было единственным, почувствовала иглу разочарования воткнувшуюся прямо в сердце.

Бэн в своем ответном письме, как и Зак прежде, предостерегал меня и даже запрещал лезть в игры взрослых, открыто написав, что маленьким девочкам даже с огромным пламенем нечего решать проблемы взрослых. Однако, в его письме было и хорошее, он поставил меня в известность, что выполнил запрос о моей матери, если уж мне даже имя ее было неизвестно. Бэн даже укорил меня, что вообще-то я могла бы поинтересоваться этим и раньше.

Я принимала упрек – могла бы, но у меня было оправдание на этот счет, все же тогда я была убеждена, что была виновата в ее смерти, поэтому любое движение в эту сторону вызывал у меня инстинктивный страх перед Коалицией Мира. Я до сих пор чувствую, что виновата и случайно избежала наказание. Все же то, что Бэн сделал для меня, было добродушным и даже сердечным деянием. В ответном письме я от души поблагодарила его за заботу и помощь.

И больше я ни с кем из УМа не связывалась – почему-то решила, что это было не столь важным, и даже не задумалась о том, что на игры прибудут участники и от моего университета!

«Почему? Почему? Ну, почему я не подумала об этом раньше?» – возникал в голове снова и снова этот вопрос после того, как в церемониальном зале ректор Аспид торжественно объявила участников всеземельных межмагических игр.

От Академии Пяти Элементов будут выступать Кевин Фаерх и Элайза Шхейс, совпадение или же нет, я не стала гадать. Имена остальных, что перечислила ректор, я слышала впервые.

Затем, ректор Аспид назвала представителей на играх из других учреждений, их я честно прослушала. Какая был разница, если на играх я все узнаю и увижу! Но, когда она стала называть участников от родного университета, я ушки-то навострила и услышала имена, которые оглушили и заставили забыть про дыхание.

«Бэлла Асвер, Сирилл Гур, Лиорн Нэйф и Миранда Кэх!» – гремело в моих ушах голосом ректора Аспид.

Я выпала из реальности и прослушала дальнейшую ее речь, но успела отмерзнуть к тому моменту, когда ректор объявила день прибытия делегаций. Он наступит всего через три дня!

Вот так, скорая и нежданная встреча! Мне радоваться?

Три дня моих переживаний и беспокойств, которые даже Кевин не смог развеять, пролетели в привычном темпе, помимо моего эмоционального фона. Неожиданно, но Кевин стал мне, если не другом, то приятелем.

Аудитория пятьсот сорок восемь сблизила нас, потому что Кевин там проводил чуть ли не каждый вечер, и я тоже. А все благодаря госпоже Славейк и истории Дракгхила! Мы стали ладить с этим рыжим прохвостом до такой степени, что он стал вместе со мной отбывать наказание в библиотеке. Видимо посещение обители знаний сказывалось на нем благотворно, что он даже будет представлять Академию Пяти Элементов на играх.

Безусловно, это была шутка!

Техника владения воздухом Кевина была бесподобной, и уровень знаний ей вторил. Его отправляли в аудиторию к госпоже Дойл только из-за неподобающего поведения и склонности к мелкому хулиганству, баловству. Ректор на это закрывала глаза, но наказания продолжали сыпаться на голову Кевина за любую шалость.

Вообще-то Ольгус Фаерх оставался доволен своим братом, за исключением того, что ему приходилось бесконечное число раз устраивать показательное прилюдное распекание своего родственничка, но Кевин учился очень хорошо, а это было главным.

Семья Фаерхов одобряла отношения Кевина и Элайзы, ее многие считали перспективной невестой. И, по иронии всех богов, я бы уже могла догадаться, что она была дочерью кое-кого не разбирающегося в связях.

– Слушай, – как-то сказала я Кевину, – у Его Владычества столько внебрачных детей. Он, вообще, знает о них или просто бесконечно плодиться…?

Кевину пришлось призадуматься над моим вопросом. Он ответил, ставя на полку учебник по воздушному рассеиванию на выделенное в картотеке место:

– Наверное, по имени он знает лишь одну дочь, та что выдвигает Андирогана ему на замену, а, так, Его Владычество теряет интерес после рождения. Как только он узнает, что его магия не передалась, ребенок больше не вызывает интереса.

– И это нормально? – спросила я и толкнула передвижную полку, отмечая, что Бэлла у Дариуса на присмотре. Тогда, его явление в университет под видом студента было из-за нее?

Пожав плечами, рыжий ответил:

– Не знаю, нормально или нет, но финансово он своих детишек обеспечивает! Как личность бастарды его не интересуют, если они не несут пользу Дракгхилу, это да, но он обратит свой взор, если пользу разглядит. Не забывай, Саша, он правитель наших земель и трудится во имя ее блага! И, осмелюсь заметить, никогда не скрывал, что ищет достойного и правильного претендента на свое место, и под правильным Его Владычество понимает именно того, кто обладает железным кулаком и его магией, конечно же.

– Ясно-понятно.... – ответила я. Как-то так и предполагалось, Его Владычество имел свой правдивый взгляд на престолонаследие и, пожалуйста.

К теме железного дракона и его бастардов мы больше не возвращались, но отношения с Элайзой часто беспокоили Кевина. О ней мы разговаривали, иногда

Вроде Кевин был ею заинтересован, и она ему по-своему нравилась, но ее обожание пугало Кевина. Она могла согласиться на все, лишь бы он остался ей доволен.

– Это напрягает... – как-то признался он в очередной раз на отработке наказания в библиотеке.

– Просто она полностью покорена твоим очарованием! – попыталась пошутить я.

Хотя, признаться, меня бы тоже нервировало такое идолопоклонничество. Но я в любви была слишком глупой, чтобы судить. Возможно, у Элайзы были чистые чувства к Кевину, но, вспоминая то не красивое давление преподавателя по драконоведенью...