Сашка, черти и другие...

Александра

Сашка сидела на кухне и пила чай с малиновым вареньем. Анна Григорьевна игриво расположилась на подоконнике и стреляла глазами в сторону Василия. Иннокентий с синяком под глазом сторожил вход в кухню, периодически отпиннывая пытающегося из последних сил вползти Петра Васильевича. Изменение диспозиции было временным, но закономерным. Очень уставшая болеть Сашка, нарыла в интернете оговор на зеркальную защиту с обращением к чертям. Черти получили откуп кровью из честно уколотого шприцом пальца и работали на полную мощность. Ну как на полную: на допустимую, согласно оговору. А там звучало четко: «други зеркальные, не пускайте ко мне тех, кто от меня питаться захочет…». Изгнать не было прописано, но хоть так. Василий блаженствовал, Иннокентий от души вспомнил всё своё боевое прошлое и отработал с появившейся энергией на Петре Васильевиче. Макс, кстати, так и не появлялся с момента предыдущей драки, что очень нервировало чертей: отброшенный мертвец вернется очень голодным и мало что соображающим. Но в данный момент все было спокойно. Домовой Шмыруныч, получив от «Алионы Тайной с почтением глубоким» чашку сливок и лично испечённую булочку, сначала откровенно поржал над именем, а теперь сидел и колдовал над чашкой девушки, усиливая лечебные способности чая. Сашка оживала на глазах и уже вполне твердой рукой листала учебник по психологии.

Неожиданно из стены позади юной ведьмы резко высунулся не к ночи упомянутый Макс и урча вцепился в хрупкую шею. Сашка ойкнула и начала тереть её. Василий не растерялся и влепил Максу в лоб сковородой. Зеркальной. Макс снова пропал.

- Вася! Какой дивный предмет кухонной утвари! Откуда у Вас такое чудо! -ахнула Анна Григорьевна.

Василий озадаченно уставился на сковородку:

— Вот ведь! А думал уже никогда ее не увижу! Я ж и забыл уже куда убрал ее… Лет так 140 назад…

- Вась! Никак твоя боевая?! Та самая, что тебе Береника создала?!-воскликнул Иннокентий. - Ты ж ее потерял?! Как нашел то?!

- Ты не поверишь: видно переволновался очень и автоматически… вот…-Василий удивлённо почесал рог.

- Ну, -захохотал сатанински Иннокентий, - теперь мы Макса долго не увидим. Это ж боевой артефакт!

- А почему в виде сковороды? -не поняла Анна Григорьевна.

- А Береника у нас очень хозяйственная женщина была. Готовить умела и любила. А как вкууууснооо…- зажмурился от приятных воспоминаний Шмыруныч. - Как вспомню ее пироги с ежевикой… Но суровая! Она всегда говорила, что женщина должна уметь за себя постоять и отбиться любыми средствами. А ловкость мужчины и скорость реакции хорошо проверяется умением увернуться от сковородки.

-Шмыруныч, так Вы эту особу тоже знали?

- Конечно знал. Я ж в этом семействе потомственный домовой. А Береника была нашей «тайной» прямой пра-пра-пра-пра-прабабкой. Знатная была чернокнижница.

При этих словах Петр Васильевич перестал отчаянно ломиться на кухню, резко сел и хрипло выдохнул:

- Береника-чернокнижница?! Это часом не из села Березовый овраг?!

Черти и домовой удивлённо воззрились на обычно молчавшего мужчину:

-Да… Она самая… А Вы...

- Да я ж историком-краеведом был! Про эту Беренику там до сих пор легенды ходят. Кто что говорит. Но все сходятся на том, что ведьма была. Вредная, суровая. Мы тогда всей экспедицией смеялись над поверьем местным: по ночам в полнолуние к озеру местному не ходить, иначе придет Береника со сковородой….

- Да… Вот это пересечения! -ухмыльнулся Василий. – А как же Вы, уважаемый Петр Васильевич, после такой работы вот на это…подписались?

- Василий, ну а как Вы думаете? Когда Вас на крови привязывают и с родного погоста тащат – вариантов много? Я б с удовольствием допил уже эту малолетнюю идиотку и вернулся домой. Я б и так ушел. Но тут без вариантов! Кровная привязка. Так что, если вы найдёте как меня от неё отцепить – я только спасибо скажу.

- Петр, что за измена в наших рядах?!

-Аня, Вы меня ещё при жизни достали до печенок, а теперь здесь наивно полагаете, что я к Вам солидарностью проникнусь?

Черти и Шмыруныч переводили взгляд с одного на другую и только успевали подхватывать с пола челюсти.

- Петя! То, что ты отчёты по своим экспедициями писал через черт знает что, (извините, Василий) не делало тебя местным гением!

- Мы работали!!! А вы все финансы перенаправляли в карманы Вашего любовника Серова!

-Михаил, в отличие от Вас проводил гораздо более продуктивные поездки!

- Конечно! Особенно после того, как ты сделала всё, чтобы он вместо нас поехал в запрашиваемые мной места!

- Да что бы ты понимал!

- Аня, не беси меня хоть после смерти. Моей. И своей! Что ж ты за стерва такая?! Ты ж мне всю жизнь карьеру и работу портила!

- Карьеру? Работу? А то, что ты Маше Винтош всю жизнь испортил – это нормально?!

- Я? Машке? Да каким образом?

- А кто её с Николаем поссорил, сказав, что она со всеми мужиками на курсе переспала?

- ЧТО????

- Или ты думал, что подлость останется безнаказанной???

Шмыруныч достал из пространственного кармана бутылку медовухи, три кружки и пирог с рыбой. Иннокентий умостился за столом. Все трое чокнулись, выпили, закусили и только успевали переводить взгляд с одного оратора на другого. Василий достал сигареты и молча протянул напарнику. Тот также молча кивнул.

- Так, Аня, я никогда ничего не говорил Кольке. У Кольки была невеста. Ещё до Машки.

- Ты хочешь сказать, что ты тут не при чем?

-Нет, конечно, а вот твой Серов!

- Не трогай Мишу!!!

Скандал вышел на новый уровень. В это время Сашка с книгой встала и ушла в комнату. Никто не обратил на это внимание.

Прошло два часа. Третья бутылка медовухи опустела. Василий потянулся и, встав из-за стола, поблагодарил домового за выпивку и закуску. Мертвые продолжали ругаться с задором и огоньком супругов, проживших сорок лет. В процессе их ругани, благодарные слушатели узнали много нового. Например, что Петр даже пытался ухаживать за Анной, но ничего хорошего из этого не вышло. Что Анна поспособствовала тому, что нравившаяся Пете девушка начала встречаться с другим, а уж особенности рабочих отношений этих двоих были способны составить конкуренцию «служебному роману» и «Москва слезам не верит». Вася прошёл к подопечной в комнату и обнаружил сообщение от Анчи. Предупредив Иннокентия, он ушел к друзьям за информацией.