Сатори в Найт-сити

01 - Snag

*Snag — партнер на одну ночь на жаргоне американских индейцев.

Строки из песен: Lita Ford - Kiss Me Deadly и Jimi Hendrix - Purple Haze, упоминание в тексте Ken Ashcorp - Crazy Chicks.
TW: блядство, разврат и наркотики © (а если без шуток, то только мат, алкоголь, беспечное употребление опиоидов и измена). Reader discretion advised.

Isot ma drüe, Isot m'amie,

En vus ma mort, en vus ma vie.

Из «Тристана» Готтфрида Страсбургского

Она завопила от восторга, точно на высшей точке русских горок. Вот ради чего она всем этим и занималась — минут, когда можно было вот так купаться в адреналине, в красных огнях восторга, перемешанного с захватывающим дух страхом.

Ви сама себя не понимала. Не было у нее никакой адреналиновой зависимости. Она не любила подставляться, не любила получать по морде и рисковать своей шкурой. Она предпочла бы валяться на диване целыми днями, поглощая одну за другой серии “Игр корпоратов”. Но какое-то шило в заднице постоянно подкидывало ее из уютно-горизонтального положения и гнало на поиски приключений. Каким-то образом она очутилась сперва в армии, затем в запыленном всеми ветрами пустошей клане Баккеров, и вот теперь — в краденой машине, петляющей по ухабам. Дважды краденой, надо сказать!

Ладно, небольшая тяга к адреналину у нее была. Вот так лететь на предельной скорости ей нравилось до одурения. А вот хвост, нагоняющий их с Джеки — не нравился ни разу.

Оторваться они не могли, хотя Ви выжимала газ до предела, патроны закончились. Ныли отдавленные чужим ботинком пальцы — но она могла крутить баранку и одной рукой, все-таки большая часть ее взрослой жизни прошла за рулем.

— План-то есть, chica?

— Нету… Есть идея.

Они свернули с шоссе, потеряв львиную долю завоеванного было разрыва из-за крюка. Но оно того стоило. Если предположение Ви оставалось верным, все должно было сработать.

Был, конечно, риск, что за полгода все переменилось. Но риск всегда и во всем оставался. Ви втопила педаль газа.

— Давай, крошка. — Пробормотала она, обращаясь к почти-новенькому-нетронутому “Виллефорту”, петлявшему по пыльному шоссе под ее руководством. — Хочу слышать львиный рык.

Ее руки дружат с рулем, как говорили прежде в клане. Так и было. Кочевником ты выживаешь потому, что умеешь водить, вот только на деле это может означать что угодно: кто-то способен провезти в багажнике стакан воды и не расплескать ни капли, а кому-то давали заказы только на скорость. И наглость. Например, перекинуть контрабанду через границу. Ви знала и свои плюсы, и свои минусы.

Но, по крайней мере, колючая проволока осталась там же, где была на ее памяти. Теперь, сорванная, она протянулась поперек лобового стекла машины, наверняка оставив царапины на краске. Джеки недовольно крякнул — стоило столько потеть над этой штучкой, чтобы ее потом невозможно было загнать?!

— Водила ты от бога, конечно, — пробурчал он. — Ньярлатхотепа, вот такого бога, без сомнения.

Но Ви манило другое: шанс выкинуть трюк, по-койотьи лукавую шутку. Оставить преследователя с носом. Даже если самой приходилось рискнуть собственной шкурой… Нет, в особенности если так. Ви выкрутила руль, закладывая еще один вираж. Здорово было тут, на просторе, без риска нарваться на мусоров! Позабытое чувство свободы.

— Какой ты начитанный. У тебя поди и карточка в библиотеку есть.

Она действительно водила быстрее, чем кто-либо на памяти Джеки. И куда неаккуратнее. Иногда Ви казалось, что так в ней говорят древние гены, злость на то, что пришлось променять лошадь на бездушное ведро с болтами. Она не могла отделаться от мысли, что собирает все кактусы на своем пути намеренно. Назло. Ее предки слыли конокрадами, но и это тоже отозвалось в ее генах: симпатичная машинка, причесанная проволокой, еще полчаса назад принадлежала какой-то тетке по фамилии Коршмайшер, арасаковской условно-зажиточной шишке то ли второго, то ли третьего, если не четвертого, эшелона. Ви готова была машину вернуть — в том виде, в каком автомобиль пребывал теперь, с недорисованным на боку логотипом “Мальстрема”. Хотя бы шутки ради. Нет, она не получала какого-то особенного удовольствия от угонов. Гены остались далеко в веках. Ее не просто так дразнили “яблоком”.

Красная снаружи, белая внутри.

Она не принадлежала больше никакой группе, никакой структуре. Оторванный ломоть, щепка в водовороте. “Н.З.О.” Не зарегистрирована официально.

Разрыв с преследователями совсем сократился. По ним, по крайней мере, не стреляли: чтобы не испортить тачку. Наверное. Или у несчастных “Мальстремовцев” тоже кончился арсенал. Да, хромированные гопники решили, что им может обломиться от такого шикарного торта, как эта безупречная машина. Ви решила, что хрен им, рылами не вышли. Теперь оставалось удержать высоту.

Ладно, идея у нее была, полностью построенная на вероятности. “Или-или”, а точнее, “если-если”. Ви стрельнула глазами направо, ища стойбище “Змеиного народа”. Они могли давно укатить в другое место — кочевники есть кочевники. Но между “городскими” и одной из их породы они выбрали бы ее… скорее всего. Если ей пришлось бы просить у них помощи. Если бы первая задумка не удалась.

Она гнала на такой скорости, что у нее бы просто не вышло мгновенно затормозить. И ее преследователи могли выбрать: попробовать догнать воровку или же отстать. И если последний вариант им не нравился, то, как считала Ви, это были их проблемы. Она никого не приглашала: сюда, на край обрыва.

Она-то знала, что внизу. Заваленный остовами ржавых машин каньон. Свалка такая древняя, что на ней никто уже лет двадцать не копался. Незачем. А вот трупы туда, бывало, сваливали, и некоторые повисали на торчащих из земли арматуринах, точно средневековые воины на копьях врагов. Ви видела однажды кое-что впечатляющее… Ее держали за шею, поставив на колени, так что она нечасто вспоминала тот момент. Но мало кто знал, что там внизу. Разве что кочевники.