Сбереги мою мечту

Глава 10

ГЛАВА 10

Лето 2000 года, Подмосковье

Руслан уже третий день видел на берегу девушку с мольбертом…

Она была прекрасна, одно удовольствие было наблюдать ее за работой. Сосредоточенная, подолгу смотрящая вдаль, словно впитывающая в себя последние солнечные дни конца августа. Он завороженно следил за плавными движениями рук и взмахами кисточки по полотну.

Что рисовала очаровательная брюнетка? Он надеялся, что это были вариации на тему «солнечных дней». Возможно, ее новые работы скоро появятся возле торговых столов у станции, и тогда у него будет возможность купить еще одну картину? Он готов был увещать мрачный дом-замок картинами, несущими в себе ясность летних дней, где навечно будут запечатлены местные красоты, река, лес и берег, на который он так любил ходить.

В долгие зимние месяцы без солнца, когда серое небо надолго накрывает небосвод, он будет вспоминать с благодарностью эти теплые солнечные деньки. Конечно, существует фотография, но картина, нарисованная художником, имеет душу, она словно живая.

И еще у него будет возможность вспоминать девушку-художницу, подарившею ему на своих картинах кусочек света и добра. Руслан никогда не осмелиться подойти знакомиться, кого может заинтересовать хромой урод, с грубым выпуклым шрамом вдоль одной стороны лица? Доктор говорил, что еще несколько недель, и рубец не будет таким явным, спадет припухлость. Надо постоянно смягчать ткани кожи специальными лечебными мазями, подождать, когда лицо окончательно заживет и тогда можно подумать о пластике лица. У него было несколько необходимых операций, организм, даже молодой, должен отдохнуть от наркозов, уколов и неограниченно количества антибиотиков и обезболивающих.

Да и не особо он сейчас думал о личной жизни. Вот сделает пластику, вернется в нормальное состояние, тогда и будет думать о девушках, если будет такое желание. В данный момент даже прелестная художница вызывала, скорее эстетический интерес, не было в нем сейчас мужского позыва плоти и сексуального влечения. И насколько он чудовищен в сегодняшнем своем состоянии, что если даже Оля от него отказалась…? Вроде должен испытывать облегчение, что Оля и ее кошмарная маменька остались в прошлом. Но что стало за трагифарсом, устроенном в больнице, он так и не понял…? Все, не думать, забыть о них, как о страшном сне.

А сейчас Руслан, мог только догадываться, замечает ли его художница, или настолько увлечена своими картинами, что весь мир вокруг ей сейчас неведом?

На третий день он получил ответ на свой вопрос…

***10/2

Руслан сидел на полюбившемся месте у реки, пока домработница Клава готовила обед и строила вслух планы протереть пыль с огромной хрустальной люстры в холле. Он все равно был ей не помощник и обещал оплатить соседу Клавдии приход со стремянкой и остальные подсобные работы.

Как обычно, он сидел на берегу, натянув на голову капюшон от легкой спортивной футболки с удлиненным рукавом, пытаясь частично скрыть уродующий шрам на лице и спрятаться от излишне любопытного мира за темными очками. На нем всегда были спортивные брюки из мягкой ткани, чтобы удобнее было двигаться. Все ждал, когда уже можно будет вернуться к любимым джинсам.

Не смотря на последние жаркие дни лета, позволить себе более легкую одежду, шорты или футболку с короткими рукавами не мог, не говоря, чтобы раздеться и искупаться, хотя очень хотелось. На груди заживающий шрам от ранения навылет и уродливая кривая нога, разорванная, со шрамами, на которую ему самому было противно смотреть. Доктора уверяли, что все заживет и останутся ниточки шрамов на коже, которые можно удалить с помощью пластики. А пока он ощущал себя немного «чудовищем Франкенштейна».

Сегодня девушка-художница была в легком коротеньком сарафанчике, что делало ее фигурку еще стройнее и изящнее. Фарфоровая статуэтка, которой можно издалека любоваться. Но все же он предпочитал более фигуристых девушек, видимо, сказывалась дедушкина генетическая наследственность. Вилен Захарович признавал за истинных женщин, только дам с пышными формами, о чем неустанно напоминал бестолковому внуку и поучал советами, как выбрать себе «правильную девушку для любви».

- Привет! – неожиданно помахала ему рукой художница, привлекая внимание.

Руслан растерялся в первые моменты, когда она нарушила их обоюдную тишину своим приветствием. Не мог поверить, что она к нему обратилась, и на всякий случай осмотрелся вокруг. Нет, они были одни, значит, приветственно помахала художница именно ему.

- Здравствуйте... – кашлянув, ответил Руслан. Голос у него стал глухой, невнятный, словно каши в рот набрал. Но проигнорировать приветствие счел невежливым.

- А ты можешь мне помочь? – девушка поднималась к нему на пригорок.

- А что у вас случилось? – он тут же вытянулся в струну. Как легко и неформально у нее получается, он не мог сразу перейти на «ты». И ведь не боится, подходит к нему, и даже не кривится от отвращения.

Вблизи он искоса рассматривал ее, наконец-то получил такую возможность. Брюнетка с длинными, чуть вьющимися волосами, узкое лицо, смуглая кожа, тонкие брови, темно-карие глаза, длинные реснички, которыми она забавно хлопала. Симпатичная девушка, но не про его честь.

- Ты можешь мне попозировать? У меня задумка, нарисовать мужчину у реки, а модели нет. – охотно пояснила девушка, остановившись в нескольких метрах от него. Звонкая, тонкая, она встряхнув копной волос, подмигнула ему.

- Извините, вряд ли я вам подойду… - растерянно ответил Руслан, несказанно удивившись ее предложению попозировать. Не издевается же она сейчас над ним? Нашла модель для зарисовки…

- Подожди, что же ты сразу отказываешься? – она даже демонстративно надула губки, показывая свою обиду. – Тебе ничего не надо будет делать, просто посидеть вон там, у воды. – художница махнула рукой в сторону самого низовья реки. – Там место самое красивое…