Сбежать от героя-дракона

5. Репутацию злодейки не отмыть

Тётя приходит позже, смотрит на нашу корявую вышивку и тяжело вздыхает:

– Сговорились что ли? Сколько раз платья свои обережным узором расшивали, а теперь и стежка сделать не можете?

Она отправляет нас к реке стирать. Я покорно встаю – кажется, в этом доме тетя за главную, её доброе отношение надо завоёвывать с усердием. Лана плетётся сзади.

Что, попаданочка, не ждала, что тебя будут ждать не только вышивка и танцы? Я вот тоже не ждала. И даже не знаю, где тут река. Пытаюсь вспомнить, как я в своей голове представляла местность. Но, кажется, никак.

Потому снова иду в Агафье.

– Совсем из ума выжила? – привычно ворчит она. Хоть какая-то стабильность. – Река там, где и была.

Я смотрю на неё. Надо бы узнать, кто она такая. А то может зря я перед ней открываю, что ничего не знаю.

– От ворот налево до первой улицы, – резко говорит она. – И прямо до реки. Если опять твои уловки, всё батюшке твоему расскажу, – под конец грозит она.

Благодарю её, хватаю корзину с бельём и иду к Лане. Та смотрит на меня с недоумением. Конечно, для неё я одна из местных, и такие вопросы кажутся странными. Может признаться, что я тоже попаданка? Хотя нет, тогда придётся сказать, что и все её злоключения придуманы мной. И я не уверена, что это ей понравится.

Реку находим быстро. Всё как сказала Агафья – стоит выйти на соседнюю улицу, видно воду и отражающееся в ней солнце.

Мы спускаемся к реке. Обувь и корзины придется оставить на берегу. Я со всем усердием полоскаю одежду в холодной воде. и ношу постиранное к корзине. Лана осторожничает – для героини стирка в реке как удар ниже пояса, ведь её готовили к интригам, танцам и любви с драконом.

От холодной воды сводит пальцы, ноги тонут в иле. Мне кажется, что от этой стирки одежда станет еще грязнее. Но продолжаю стирать. Лана косится на меня, это занятие даётся ей с куда большим трудом. Но и она наконец справляется с поставленной задачей. А я чувствую некоторое удовлетворение, что не мне одной плохо.

Мокрая ткань гораздо тяжелее, а идти назад приходится в гору. Ещё и босиком – на мокрые ноги сапоги не натянуть. Мы обе молчим. Не столько потому, что говорить не о чем, а потому что идти назад трудно.

По ногу попадает камень. Нога подворачивается, меня ведет в бок. Я плечом толкаю Лану и замираю. Вижу, как она падает. Как бельё из её корзины рассыпается по пыльной дороге. Она смотрит на него в отчаянии.

А я просто стою.

– Зачем ты это сделала? – она почти плачет.

– Прости, я просто оступилась, – бормочу я и наклоняюсь, чтобы помочь.

– Не нужно, – она выхватывает у меня из рук белье, суёт назад в корзину, разворачивается и снова спускается к реке.

Я топчусь на месте, не зная, стоит ли пойти с ней. Но решаю вернуться. Нести корзину тяжело, а мы поднялись почти до самого конца. Лучше отнесу её домой и вернусь, чтобы помочь Лане.

Но сделать это мне не удаётся. Тётя велит развесить всё сразу, а потом поручает мне новое дело. Я только успеваю удивляться, как много скрывается в авторском “через некоторое время”.

Захожу в дом, мысленно ворча: когда уже наступит время для вышивки и интриг? Но пока я этого жду, должна махать веником и наводить чистоту.

Я ещё не закончила с уборкой, в дом заходит Яровей. Кошусь на него: вообще жениху нормально так часто появляться в доме невесты перед свадьбой? Или он дракон, ему всё можно?

Он наблюдает за мной. Я делаю вид, что его тут нет.

– Будешь и дальше избегать меня? – вдруг спрашивает он.

– Ты жених моей сестры, – отвечаю я и убираю веник. – Мне теперь нельзя на тебя заглядываться.

– Думаешь, так будет проще? – усмехается он.

Я отворачиваюсь от него. Кажется, я уже сказала ему, что больше не претендую на него. Сказала два раза. Или три. Нормальный бы уже понял. Но не Яровей.

В следующее мгновение он хватает меня за запястье и тянет к себе. От резкого движения меня разворачивает к нему. Ноги путаются, я падаю. Пытаюсь за что-то ухватиться – это оказывается его рубашка. Я вцепляюсь в его плечи, чтобы не грохнуться на пол.

Именно в этот момент по закону жанра в дом возвращается Лана. В её руках корзина с мокрым бельём. Глаза расширяются, когда она видит, как я прижимаюсь к Яровею. Уверена, со стороны это выглядит, как будто я сама кинулась ему на шею.

Яровей берет меня за талию и помогает вернуть равновесие.

– Теперь я жених твоей сестры, – этот гад ухмыляется и смотрит на меня.

Вот же мстительный ящер! Да в следующей книге я напишу тебе мужское бессилие и оторву хвост!

Яровей разворачивается и уходит, оставляя меня самой разбираться с Ланой. И на что он надеется после этого?

– Если ты хотела побыть с ним, могла бы просто сказать, а не заставлять меня всё перестирывать! – восклицает Лана и ставит корзину на пол. Её губы дрожат от усталости и обиды.

Да, для неё происходящее выглядит именно так.

Для меня – Яровей меня подставил и натоптал на только что подметёном полу. А с корзины Ланы стекает вода. В моих глазах – они друг друга стоят.