Сбежать от героя-дракона

11. Доброе дело с подвохом

Кажется, будто всё сходится – мало ли, что там у духов на уме? Свадьбу Милены с драконом они уже расстроили – хотя это для неё скорее плюс. Но с Данимиром что-то всё-таки не так…

Агафья добавляет уже серьёзно:

– Найду завтра, где остановился. Приглашу в гости, за сарай отблагодарить. Да ты смотри, мила с ним будь. На стол накроешь, молока подашь.

– Тебе надо, ты и подавай, – не соглашаюсь я. Но Агафья делает вид, что не слышит моего шёпота.

Вскоре духи сползают со стен печи и затаиваются в углу. Краем зрения замечаю их сияющие глаза, а как повернусь – вроде и нет никого. Привыкну ли я к этому?

Агафья тем временем оглядывает печь и довольно цокает языком. После прикосновения домовых духов глина в трещинах будто потемнела. Сама бы не увидела – не поверила бы, что так может быть.

Закончив с осмотром, Агафья приносит собранный накануне хворост и оставшиеся от ремонта сарая опилки и разводит огонь. Влажный хворост потрескивает. В избе сразу пахнет дымом, и даже сырость чувствуется сильнее.

Агафья подкидывает пару взятых у соседей поленьев и проверяет пальцами глину на трещинах. Я просто сажусь на лавку и смотрю на отблески пламени. Кажется, Агафья была права, когда не дала мне помогать с плетнем – не из-за Данимира, а потому что от болезни накатывает слабость.

– Пей пока, – Агафья ставит передо мной чашку с отваром, но за то, что просто сижу, не ворчит.

Я послушно пью горячую жидкость – от неё и правда легче.

От печи расходится тепло, хоть в крыше до сих пор не заделаны дыры. Я кладу голову на сложенные не столе руки и закрываю глаза – усталость берёт своё.

– Милена! – Агафья трясёт меня за плечо.

Поднимаю голову и смотрю на неё. Что-то не так? Но за окном уже темнеет – кажется, я успела задремать. Наверное, Агафья будит меня, чтобы я легла спать нормально.

Встаю, а Агафья вдруг говорит:

– Полезай в печь.

Что? Смотрю на неё и не могу понять: может мне послышались её слова? На всякий случай оглядываюсь – может она загоняет внутрь какого-нибудь огненного духа, если в этом мире такие есть.

Но Агафья смотрит на меня.

– Ну? Чего стоишь? Лезь в печь!

Она что, решила от меня избавиться? Или принести в жертву родовым духам? Делаю от неё пару шагов назад, ищу, чем отбиваться.

– Вот дурёха, – вздыхает Агафья. – Прогреться тебе надо. Дрова перегорели – лезь, пока жар не ушёл.

С подозрением кошусь на печь, но огня в ней и правда нет. Перебираю в уме, что знаю о таком способе лечения, и не вспоминаю ничего. Эх, надо было лучше изучать матчасть, а потом уже писать книги.

Слова Агафьи вроде бы логичны, но ноги будто приросли к полу. По своей воле залезть в печь?

– Не сделаешь, завтра кашлем заходиться станешь, – ворчит Агафья, берет меня за локоть и ведёт к печи.

Успокаиваю себя тем, что Агафья хоть и ворчит, но зла мне не желает. Желала бы, уже бы давно от меня избавилась или сама бы ушла. Делаю глубокий вдох, решаясь, и сажусь в устье печи. Прижимаюсь спиной к горячей стенке.

Тепло сразу проникает под кожу. Вопреки моим ожидания, даже становится легче дышать. Агафья тут же ставит около меня чашку с размоченными пахучими травами, берет за руку и начинает растирать мои пальцы между своими ладонями.

– Прогреешься, молока с мёдом выпьешь – и спать, – поясняет она для меня план дальнейших действий. – Ежели к утру легче не станет, к знахарке схожу.

Я киваю – вроде ничего такого страшного как “греться в печи” больше нет. Хотя что там знахарка ещё предложит? Стараюсь не думать об этом. Смотрю на руки Агафьи. Хорошо, что я взяла её с собой – с ней точно не пропаду. А Агафья продолжает говорить:

– О крыше договорилась с Вольгой – муж её плотничает. Через пару дней с сыновьями придёт. Дорого просит, – она чуть морщится и берет меня за другую руку. – Да деваться нам некуда. А у Ярославы в конце улицы коза окотилась. Одного козленка продать согласилась. Как от козы отучат, так забрать сможем.

Я с удивлением смотрю на Агафью. И как она успела столько дел решить всего за день? Мне даже становится как-то неловко – она столько сделала, а я только приношу проблемы. Даже начинаю понимать, зачем она так настойчиво сватает меня Данимиру. Наверное, в её глазах я больше ни на что не пригодна. А так хоть сплавит меня первому попавшемуся мужчине – меньше мороки будет.

В доме моего отца она была обузой. А в этом – наоборот. Становится как-то грустно. Я попаданка, должна вести мир к процветанию, а ничего не могу.

Наверное, моё унылое настроение становится заметным. Потому что Агафья говорит:

– Да ты не кручинься. С домом разберемся – дальше легче будет.