Сбежать от тирана

Глава 4. Вздрослые знают лучше

— Я не выйду за него! — бросившись к бабушке и помогая встать, вопила я. — Только через мой труп, — сорвала с себя ненавистное платье.

 — Девочка моя, что случилось? — всплеснула руками мамуля. — Сергей такой хороший парень. Мы все понимаем, ты перенервничала. Отдохнешь, успокоишься, и все наладится.

— Прикройся, — отец вернулся из комнаты и бросил мне плед.

Я даже не заметила, что стою в коридоре в отнюдь не скромном белье, предназначенном для брачной ночи, кокетливой подвязке, которую должен был снять свежеиспеченный муж, и чулках.

— Прекрати истерику и благодари Сергея, что он отнесся с пониманием и перенес свадьбу, а не отменил ее.

— С пониманием?! — прижав к груди тяжелый плед, воскликнула я. — К чему он отнесся с пониманием? К тому, что я застукала его с Ксюхой в туалете?! К тому, что ударил сначала меня, а потом бабушку? Вы вообще меня слышите? Урод ваш Сереженька редкостный. Хотите, сами выходите за него замуж и живите большой счастливой семьей, но без меня!

— Алина, ты сколько выпила? — сдвинув брови, спросил папа. — От твоей Ксюхи я ничего другого и не ожидал, но не верю, что с ней был Сергей. Скорее всего, ты ошиблась. Он порядочный парень и очень тебя любит.

— Да не меня он любит! Не меня! — несмотря на безуспешность, я все-таки пыталась до них достучаться. — А те бабки, которые, как он говорит, в меня ввалил! Нравится красоваться перед друзьями с балериной! Ему не я нужна, а эффектное сопровождение!

— Ты балерина, и это неотъемлемая часть тебя, как деньги — неотъемлемая часть Сергея. У каждого свои недостатки, — усмехнулся отец.

— Вот и женись на нем сам и живи с его недостатками. Я не буду!

— Алина! — вскипел отец. — Марш в свою комнату. Успокойся и подумай хорошенько над тем, что тут устроила. Как опозорила нас.

Я опозорила?

Я опешила, потеряла дар речи и с ужасом поняла, что родители либо слепо верят Сержу и не хотят видеть очевидного, либо так хотят выпихнуть меня за него замуж, что закрывают на все глаза.

У них мне помощи не найти. Только бабушка на моей стороне, но что может немощная старушка против здоровенного амбала?

Придется справляться самой. И для начала куплю электрошокер, если женишок так и не оставит идею о свадьбе.

Сказав в театре, что приболела, я несколько дней не выходила из комнаты. Войти ко мне могла только бабуля, когда же это пытался сделать кто-то другой, я устраивала грандиозный скандал.

— Совсем довели девчонку, завязывала бы она со сценой, — вздыхала мама.

— Ничего, выйдет замуж, Сергей положит этому конец. Нечего перед всеми ноги задирать, — гудел папа.

Если бы я была настолько безумна, чтобы раздумывать простить козла или нет, то этой фразой папа решил все.

Получается, они за моей спиной решают мою же жизнь?! А то, что балет — это вся моя жизнь, никого не волнует? В качестве подруги я могу махать ногами, а в качестве жены уже нет?

Это кто так решил?

Прибегала Крис, но кого я не хотела видеть так же сильно, как бывшего жениха, так это ее.

Где-то через неделю моего добровольного затворничества позвонили из театра.

— Алиночка, — вкрадчиво начал режиссер. — Мы все понимаем, у вас был нервный срыв, и мы постарались войти в ваше положение, но завтра будут пробы для нового спектакля, и если вы не придете, то лишитесь роли.

Это не входило в мои планы и пришлось за шкирку вытаскивать себя из ямы депрессии.

Кажется, пуанты так обрадовались, что для них снова есть дело, что сами соскочили с крючка. Гетры грубой вязки скользнули по руке, лаская кожу. Обоняния коснулся ни с чем несравнимый запах театра. И они хотели лишить меня всего этого.

Пора встряхнуться.

— Я разомнусь, — крикнула родителям и, прежде чем они успели меня остановить, вылетела из квартиры