Сбежать от Тьмага, или Сверкая пятками от предателя

Глава 9 – О том, как хочется пособачиться…

Асая

— Ты куда это такая красивая намылилась? — влетела в комнату искрящейся золотой кометой Элли и восторженно приложила ручки к груди, часто-часто хлопая длиннющими ресничками.

— В почтовую гавань. Мне из Лорбельи пришли семена молодильного винограда.

— Он всё равно в наших краях не приживается, — посетовала феечка и покачала кудрявой головой, — какая это уже будет по счёту провальная попытка его развести?

— Четвёртая, — со вздохом выдала я, но тут же тряхнула своими кудрями и упрямо заявила, — но в этот раз я верю, что всё получится. Элли, ты вообще представляешь, как мы разбогатеем, когда дело выгорит? Это только маги эти хитрозадые почти не стареют, а вот у всех остальных жителей Арагона век не такой уж и длинный. Кстати, о птичках...

И я тут же замерла, вспоминая неожиданно моложавое лицо Инирана Бастиана Октанта. Что б его орки разодрали! И чего он сидит в моей голове, спрашивается, как шип ядовитой поющей акации?

— Ой, дорогая, думай тише, — и Элли зажала свои уши ладошками, — от тебя так и разит негодованием.

— А чего он мне снится каждую ночь? — топнула я ножкой и потрясла в воздухе кулаками.

— От страха? — пожала плечами феечка.

— Да не боюсь я этого тьмага! Но сил моих больше нет, так и знай. Хоть спать не ложись совсем — припрётся посреди ночи, встанет передо мной и давай одно, да потому вещать. Я такая-растакая, нехорошая ведьма, ненавидит он меня, видели ли, и терпеть не может. И вообще, я должна сгинуть в Костяных топях и больше не отсвечивать в его расчудесной жизни. Нет, ну ты представляешь? И это он мне! Мне, Элли! Смеет говорить подобное!

— Так, то же сны, — хмыкнула феечка и посмотрела на меня с жалостью.

— А мне от этого, думаешь, легче?

— Твои же сны, дорогая моя, вот прогони его и всего делов.

— Не могу!

— Почему?

— Потому что!

— Аргумент.

— Я как его вижу там, в сновидении, так вся аж не своя делаюсь, вот тебе моё честное ведьминское слово. Меня всю прям телепает из стороны в сторону. Хочу ему высказать предельно по списку, что думаю, но рта открыть не могу — меня просто трясёт и всё тут.

— Какая несправедливость.

— Не то слово, — насупилась я и сложила руки на груди.

— А вообще, странно это всё, Асая.

— И это мягко сказано!

— Ты видела этого тьмага всего лишь раз в своей жизни, обменялась парой фраз и чуть потискалась в его руках.

— Ничего я не тискалась! — вспыхнула я.

— Ну да. Ну да. А кто хотел назвать его няшкой и пупсиком?

— Ну я. Так это же под чарами его бесстыжими было. Сама бы я никогда!

— Допустим, что и никогда, — рассмеялась феечка и выполнила невообразимый пируэт в воздухе, — но впечатление этот тьмаг на тебя, по всей видимости, произвёл, раз до сих пор снится по ночам.

— Он снится мне по ночам, потому что я никогда не видела более чванливого, противного и самодовольного типа! — взревела я. — Он, знаешь, как на меня смотрел? Как на грязь под собственными ботинками. Да и ты сама лучше меня знаешь, какого Тень Арадона мнения о таких, как я. Он же ведьм презирает всеми фибрами своего существования.

— Есть за что.

— Всех под одну гребёнку чесать — признак скудного ума, Элли. Так что, это ещё один камень в огород господина тёмного клоуна.

— Поосторожнее, моя дорога, — зашикала на меня феечка, но я лишь отмахнулась от неё.

— Не хочу! И не буду! Ведьмы хорошо поплатились за свои чёрные дела, да и времена кровавого культа Морганы давным-давно канули в Лету.

— Но кто-то же сотворил немыслимое с Дакко и той баронессой.

— Мало ли на свете сумасшедших подражателей и преступников? Но я же тут ни при чём. Я исправно плачу в императорскую казну налоги, не нарушаю законы и веду в крайней степени благочестивый образ жизни. А тут нате — появляется какой-то там захудалый тьмаг и делает вид, что я кусок дерьма. Ну, и кто тут у нас положительный персонаж, а кто отрицательный?

— Захудалый тьмаг, — зашлась хохотом Элли, повалилась на диванчик и прижала к животу крохотные ладошки.

— Ой, замолчи, — фыркнула я и натянула новые фатиновые перчатки цвета пепельной розы, — и вообще, пора мне. Ты в лавке остаёшься за старшего. Я побежала.

Кивнула я всё ещё веселящейся феечке и припустила на выход. А там уж, петляя по городским переулкам, целенаправленно двигалась в сторону почтовой гавани, по дороге кивая многочисленным знакомым. Вот чинно и благородно проплыла мимо меня в полном сборе чета оборотней Рубелис, которая каждый месяц приходила ко мне за средством против роста волос. А вот престарелый эльф и закоренелый холостяк Дашела, опираясь на трость, проковылял мимо — ему я еженедельно заговаривала домашнюю утварь для помощи по хозяйству, за что он буквально меня боготворил. Братья-близнецы гномы Велегар и Рондар, закупающие у меня на постоянной основе пасту для роста пышной бороды. А ещё высокая, статная и до одури красивая вампиресса Роксана фон Бладморн, схоронившая в прошлом месяце своего девятого мужа и прогуливавшая сейчас, по всей видимости, с десятым — очаровательным пареньком, который в сыны ей годился.