Сбежать от Тьмага, или Сверкая пятками от предателя

Глава 11.1

Иниран

— Что-то я не слышал о таком, — пробормотал я спустя пару минут томительного молчания и мыслей о том, как я медленно и со вкусом душу свою зеленоглазую ведьму за все её преступления. И плевать виновата она в них или нет.

— Том второй запрещённых в Арадоне заклинаний, страница тринадцатая, раздел «Любовная магия крови», — развела руками Селестина и, кряхтя, поднялась со своего насеста, а затем охая и ахая припустила в сторону высокого стеллажа с какими-то свитками, завешанного всего снизу доверху сушёными лягушками, ветками розмарина и пожелтевшими от старости гроздями рябины.

— Были прецеденты, значит?

— Конечно, были, мой мальчик.

— Не напомнишь, среди кого?

— Так вот, ищу же. Погоди, погоди... Где это у меня тут было? Ах, да вот же! — и старуха вытянула с самой нижней полки какую-то коробку в кожаной обивке, а затем побрела с нею ко мне. Уселась. Чинно, словно придворная дама, расправила свои перештопанные и поеденные молью юбки, а затем сама же и рассмеялась этим неуместным телодвижениям.

Но тут же смолкла и принялась что-то выискивать по мою душу.

— Тут у меня хранятся письма моей тётки к моей бабке. И где-то в них я как раз и встречала описание подобного колдовства. М-м, кажется, это было здесь, — подхватила она ветхий, осыпающийся в руках листок и принялась слепо вчитываться в его содержание.

— Помочь? — нахмурился я.

— Ну, разумеется, — тут же протянула мне письмо Селестина, и я бегло пробежал по каллиграфически выведенным буквам.

А затем в лёгком шоке завис.

— Так, это ты про маркиза сейчас прочитал или про виконта?

— Маркиза, — кивнул я.

— Был ещё виконт Пиклсби и кто-то из монархов, кажется, Литициус Светлолиций из высших эльфов. Его род потому и свергли с трона, кстати, что он стал жертвой всей этой нечестивой магии. Сейчас поищу подробности, — спустя минут пять Селестина всё-таки устало отшвырнула от себя короб и посмотрела на меня с унынием, — не нашла.

— В двух словах?

— Что ж, если коротенько, то так — данное заклинание служило способом избавиться от того или иного неугодного мужика и присвоить себе все его ценности, титулы, имущество и власть, разумеется. Такой союз никогда не давал закономерного продолжения, но мужчина, хоть и пытался сопротивляться данным чарам, со временем чах и смирялся с реальным положением дел. А затем становился верным псом своей хозяйки. И медленно умирал...

Последние слова Селестина произнесла могильным завыванием, добавляя к собственному повествованию дополнительного жуткого антуража. Зря. Я и так был чертовски напуган.

— И какой выход?

— Прибейте предмет нежелательной страсти, как муху, и дело с концом.

— Да не хочу я её прибивать, — помимо своей воли тут же возмутился я и скуксился.

Ну, приехали!

— Правильно, — кивнула Селестина, — соображаешь. Абы кто такое колдовство провернуть не может.

— Вот и я также подумал.

— А значит, за этой девицей стоит сильный маг. Или...

— Последователи Морганы, — договорил я за старухой, и та согласно хмыкнула.

— Бинго, мой мальчик!

— Но какова цель?

— Если приворот наслали на императора, то хотят занять его трон и уже на вполне себе законных основаниях возвращать Моргану.

— А если не он.

— Но ты же сказал, что он? — возмутилась ведьма.

— Я сказал: допустим, — навёл я туману, не в силах признаться, что сам же и попал впросак.

— Тогда кто?

— Орк в пальто!

— Как тресну сейчас черпаком по твоей тёмной башке, будешь знать! — грозно насупилась Селестина, и я рассмеялся в голос. А она тут же за мной. — Вот же негодник.

— Ладно. А если подобное заклинание наслали бы, допустим, на меня?

— На тебя? Пф-ф-ф...

— Понимаю твой скепсис, я крутой и всё такое. Но всё же?

— Тогда, крутой ты мой Иниран, тот, кто это сделал, в курсе, что Октавиан ничего не решает в Арадоне и реальный правитель империи — это ты. Вот и задумали убрать тебя по-тихому, а затем уже облапошить нашего пьяницу-монарха.

— Он обещал завязать.

— Врёт! Давай, я на него лучше кишечные колики нашлю?

— Слушай, — задумался я и тут же согласно закивал, — а давай. Сомнительно, что подействует, но хотя бы весело будет.

И мы снова оба захохотали до слёз.

— Иниран? — отсмеявшись, тихо окликнула меня Селестина.

— М-м?

— А можешь достать мне глаза огненного змеевика?

— Тяжело будет, но смогу. А тебе зачем?

— Зелье сварю, чтобы хоть ненадолго себе зрение вернуть, — улыбнулась ведьма, а затем задышала часто и глубоко, смахивая скупую слезу, — хочу посмотреть на тебя и убедиться, так же ли ты красив, как твой отец.