Сбежать от Тьмага, или Сверкая пятками от предателя

Глава 20.1

Иниран

— Ребёнок?

— Да, Иниран. Сначала маги разместили силу собственного камня в Колье Экбернана. Но потом они увидели, как быстро и, главное, играючи Моргана захватывает одну реликвию за другой. И тогда они решились на отчаянный шаг: маги рассеяли в нашем мире свою силу и позволили ей самой выбирать себе сосуд.

— Отлично. Но всё-таки при чём тут ребёнок?

— Откуда мне знать? Отец, прежде чем представиться, болтал какую-то ахинею. Про свет, который обратится тьмой. Про тьму, которая обратится светом. И про ребёнка, которого нужно найти и защитить во что бы то ни стало.

— Что за шарады?

— Без понятия, я так и не смог постичь сути этой тайны, — пожал плечами Октавиан.

— Ладно. И где же этот ребёнок?

— Никто не знает, но вполне возможно, что он ещё даже не родился.

— Ну спасибо, дружище, ты просто невероятно мне помог, — потёр я лицо руками и устало вздохнул.

— Ещё могу предложить вина.

Я только зыркнул на него сурово, но согласно кивнул.

— Давай, — а потом вдруг встрепенулся, — слушай, а вот ты сказал, что Моргана играючи захватила артефакты, так?

— Угу, — кивнул Октавиан, щёлкая пальцами и делая характерные пасы: и вот уже в его руках оказался сначала графин с вином, затем два фужера и наконец-то огромная ваза с фруктами.

— Значит, она чует, где именно хранится нужная ей сила?

— Да, отец и про это мне сказал.

— Так чего тогда Моргана до сих пор не нашла эту самую Светоч?

— Ну вот видишь, значит, не родился ещё этот ребёнок. А как родится, мы должны его найти и сберечь.

— И как же мы найдём его первыми, если Моргана с того света чует силу магов, а мы нет?

— Резонно, — почесал подбородок Октавиан и форменно расстроился. — И что же нам теперь делать?

— Не знаю. И никаких больше подсказок тебе отец не оставил?

— Сказал, что как только Моргана найдёт Светоч, то сразу же убьёт её. Без промедления.

— Ну супер, — хмыкнул я и опрокинул в себя вино, полностью опустошив бокал.

— Мы в заднице, да?

— Пока её Шестерни у меня — нет. А дальше видно будет.

— А где они, кстати?

— Пусть тебя это не напрягает, Октавиан, — отмахнулся я, — у тебя и так забот и хлопот выше крыши.

— Дело говоришь, — улыбнулся император и довольно огладил своё пузо. — Так ты напал на след кровавого культа?

— Почти, — навёл я тумана, а потом в голове моей что-то щёлкнуло. — Сигурд!

— Слушаю, мой стар, — вновь материализовался перед нами призрак-архивариус.

— Сохранила ли история реальное изображение Морганы Ностра-ван-дер-Эстебан?

— Королева была тщеславна, — прошелестел Сигурд и тут же двинулся в глубины своих владений, но почти тут же вернулся вновь, неся в руках многочисленные свитки, которые я тут же принялся разворачивать и форменно звереть.

— Иниран, что с тобой? — взволнованно воскликнул император, когда увидел, что я уже начал клубится своей магией.

— Она нашла меня.

— Кто?

— Моргана, — кивнул я на портрет величественной женщины, красивой, статной и стервозной, взирающей со своих изображений на меня с изрядной долей превосходства.

— Я не понимаю, — развёл руками Октавиан.

— Во снах, друг мой. Эта чокнутая ведьма начала приходить ко мне по ночам.

— И... и... что она делает... ну, там?

— Кроме того, что орёт как потерпевшая? — фыркнул я.

— Э-м-м...

— Ну, она требует подчиниться, стать её верным рабом и найти ей Светоч. Знаешь, я думал, что лживая пара, что клюёт мои мозги каждую ночь — это вышка. Но нет, оказывается, все ведьмы этого мира решили свести меня с ума!

— Кстати, о птичках: ты уже переспал с этой... ну, как её там?

— Асаей? — выплюнул я.

— Ага.

— Нет, — заскрежетал я зубами.

— Не понял? Когда в последний раз твои чары давали осечку? На моей памяти никогда, Иниран.

— Я не хочу брать её под чарами, — выдал я лишь кусочек от реальных и уже практически не обуздываемых желаний, — мне хочется, чтобы она сама захотела меня.

— Ну и дурак, — скривился Октавиан, а потом мы понимающе переглянулись и оба рассмеялись.

— Я честно предложил ей вакантное место своей содержанки.

— Тогда какого орка ты сейчас протираешь штаны тут, а не трудишься между белоснежных бёдер этой самой Асаи без штанов?

— Потому что она мне отказала, — выдавил я из себя неприглядную правду.

— Цену набивает?

— Не думаю.