Сбежавшая невеста

Глава 2

Веринерия

В недоумении я села на постели и, открыв глаза, увидела перед собой, вместо привычной небольшой комнаты, которую мне так любезно выделила тетушка Мирта, мшистое болото, густой лес и серый камень с сидящей на нем большой гусеницей, которая вдруг недовольно произнесла:

— Ну, здравствуй.

Я потёрла глаза, потому что до сих пор была уверена, что мне всё это снится. Что и густой лес с высокими многовековыми деревьями, и зелёный мягкий мох под руками, и сладкий запах морошки, и говорящая гусеница — всего лишь игра моего воображения. Я даже ущипнула себя за руку, чтобы проснуться. Но это не помогло: и лес, и гусеница, и мягкий изумрудный мох, все осталось на месте. А я обречённо поняла, что всё вокруг настоящее.

И вновь посмотрела на гусеницу, которая только что поприветствовала меня:

— Гусеница... — до сих пор до конца не веря своим ушам и глазам проговорила я.

— Что?! — тон моего собеседника вмиг стал ледяным и даже слегка зловещим, а чёрные волоски на спине и боках распушились, и теперь гусеница выглядела ещё больше.

— Ой, простите, многоуважаемая ... э... многоножка? — выдала я первое, что пришло в голову.

— Знаешь, так меня ещё никто не называл, — раздражение в голосе сменилось обидой, и гусеница начала отворачиваться.

Правда, чтобы полностью повернуться ко мне спиной ей понадобилось некоторое время. А когда наконец голова и задняя часть поменялись местами, раздалось обиженное сопение.

— Но, простите, я же не знаю, как вас зовут.

После этих слов гусеница перестала пыхтеть и потопталась на месте, раздумывая, стоит ли ей поворачиваться обратно или нет. Но всё-таки решила продолжить наше общение, и чтобы снова оказаться ко мне лицом, она опять начала поворачиваться. На это у неё ушло ещё где-то полминуты.

— Берт, — сказало создание.

— Приятно познакомится, Берт. А меня зовут Веринерия, можно Вери, по крайней мере, раньше дома у тётушки все звали именно так.

— Не могу сказать того же. А именно, что мне тоже приятно с тобой познакомиться. Неприятно. Прости, но не люблю врать. Я привык быть честным. Так что мне не приятно с тобой познакомиться. Понимаю, тебе от этого грустно. Но такова жизнь. Смирись. Невозможно нравиться всем. Тем более, тем, у кого как и у меня, очень хороший вкус. Нам сложно угодить. Так… что дальше?... хм.... — Берт немного помолчал и продолжил. — Ах да, точно! Твое имя! Оно у тебя дурацкое, особенно Вери, словно кличка собаки. Нет уж, я буду звать тебя или Нери, или «эй ты» . Выбирай сама, я сегодня добрый. Но Веринерией точно звать не буду, слишком долго.

— Уважаемый Берт, если вы будете обращаться ко мне «эй ты», то и я, в свою очередь, пожалуй, буду звать вас не иначе чем «гусеница». — и я сложила руки на груди, смотря на пушистого чёрно-жёлтого Берта.

— Я не гусеница! Я бабочка!

— Хорошо, пусть так. Но... пока вы гусеница, и называть я вас буду соответственно, — я выгнула бровь, по-прежнему смотря на этого вредного обитателя лесной полянки.

— Ну ладно, буду звать тебя Нери, — через несколько секунд согласился Берт. — Кстати, откуда ты тут взялась?

— Сама не знаю. У меня была свадьба, но стоило подойти к священному своду в храме, как тот засветился, и всё пропало, а очнулась я уже здесь.

— Вот как... Интересно... Кто-то решил связать с тобой свою жизнь? Да уж... Ну, это неудивительно. Вы, люди, хватаете всё, что попало. Вам без разницы: с кем жить, как жить. Вот я, в отличие от вас, очень избирателен. И даже не уверен, что в этом мире вообще есть достойная меня и моего внимания бабочка...

Берт хотел сказать что-то ещё, но в ближайших кустах что-то заухало, затрещало, и на нас вышел большой болотный кот. Ростом в холке он был около метра и примерно такой же в длину. Он зафыркал и двинулся на нас с гусеницей.

— Хватай меня и побежали отсюда быстрее! — истерично взвизгнул Берт.