Сбежавшая невеста

Глава 56

Веринерия

Я сняла платье и легла в кровать. В голове до сих пор не укладывалось, что я ответила Кристофу согласием и скоро стану его женой.

Откинулась на подушку, вспоминая лицо Ната. В нем было столько злости и... боли… А еще этот глупый порез. Я так хотела подойти и осмотреть его рану, закрыть ее повязкой и забрать себе хотя бы часть его боли, что еле удержалась на месте. Хорошо, что королева Адриана меня опередила, иначе я бы точно подошла.

Думая о событиях сегодняшнего вечера, я проворочалась в кровати ещё где-то около часа и, вздохнув, села на постели. Уснуть никак не получалось, и я вышла на балкон, чтобы подышать ночной прохладой.

Когда-то, живя у тети, я мечтала, что буду спать не в комнатке под чердаком, в которой вечно гуляют сквозняки, а во время дождя с потолка капает вода. И что однажды приедет прекрасный принц и заберет меня с собой. И тогда у меня будет не грубая сорочка, которая царапает кожу, а шелковая ночная рубашка. И я буду выходить на высокий балкон замка и вот так дышать запахом флоксов и пионов, жасмина и роз, а не запахом сырости и пыли.

Что ж мои мечты сбылись.

И принцев оказалось даже не один, а целых два. И сорочка на мне была более нежная и красивая, чем в мечтах, и балкон прекрасен вместе с замком, а ещё у меня теперь были Берт и Элвин, о которых я даже и мечтать не смела.

Мне ужасно повезло.

Но слёзы так и наворачивались на глаза, стоило только вспомнить Натаниэля и ту рыжую баронессу.

Элвин сказал, что узнал, как ее зовут: Юджина. Что ж, имя было под стать своей обладательнице: необычное, громкое и запоминающееся. Девушка была красивой, яркой, и я видела, что, когда она проходила по коридорам дворца, многие мужчины оборачивались ей вслед. Что ж, Юджина была идеальной спутницей для Натаниэля, и совсем неудивительно, что он обратил на неё своё внимание. А я … я так … мимолетная блажь…

Вздохнув еще раз, тряхнула головой, пытаясь прогнать из неё принца с серо-голубыми, словно лед, глазами, и хотела вернуться в комнату, как сзади кто-то положил мне руку на плечо, и грубый голос произнес:

— Не так быстро, леди.

А после мой рот закрыла большая мужская ладонь, и меня куда-то потащили.

Я пыталась мычать, стараясь позвать кого-нибудь на помощь, но ладонь настолько крепко сжимала мое лицо и губы, что я не могла произнести ни звука.

Пока я старалась вырваться из крепкого захвата сильных рук, почувствовала, как на мою ногу забралось что-то пушистое.

Берт!

Поняла я и стала двигаться аккуратнее, чтобы ненароком манор не свалился с моей ноги, и чтобы мы с похитителем попросту его не затоптали.

А то, что мужчина был далеко не стражем, охраняющим мой покой, а пытался выкрасть меня из дворца, не вызывало сомнений. Особенно когда на моих руках оказалась веревка, а рот закрыли кляпом и вывели в пустой коридор.

— А ну, поторапливайся, — меня грубо толкнули в спину, и мы нырнули в расположенную сбоку неприметную дверь, а после, спустившись по скрипучей лестнице, оказались на улице.

— Карета ждёт вас у западной стены, — послышался ещё один мужской голос.

— Отлично. Священник на месте?

— Да, все готово. Ждут только вас.

И раздался противный смех, от которого у меня мурашки побежали по спине.

Садясь в карету, я поняла, что меня уже ничего не спасёт. Я целиком и полностью оказалась в руках похитителей, если, конечно, не считать Берта. Но он мне никак не мог помочь. И единственное, о чем я жалела, так это о том, что мой рот был закрыт кляпом, а руки связаны. Я не могла не сказать гусенице, чтобы он уходил, ни хотя бы взять его руками и выпустить в окошко. А тот все также тихо сидел у меня на ноге.

Похитители остались снаружи, поэтому, выждав немного, Берт выполз из-под юбки и забрался мне на плечо:

— Не бойся, Нери. Я тебя в обиду не дам. Жаль, что они догадались в замке поставить покров тишины, и я не смог никого позвать на помощь. Но не переживай, мы что-нибудь обязательно придумаем.

И тут карета резко остановилась, и я слетела с сиденья, больно ударившись о противоположную стенку.

А снаружи послышались звуки борьбы.