Сбежавшая невеста

5

Я проснулась, когда закатные лучи солнца уже окрасили комнату золотом. Судя по всему, Дин в комнате не появлялся, хотя пора бы было ему вернуться. Я привела себя в порядок и направилась вниз, нарушив тем самым запрет друга. К вечеру народу в общем зале прибавилось, слышался гул голосов, смех, звон посуды. Видимо, рабочий день закончился, и местные жители, в основном мужчины, пришли расслабиться и выпить кружечку-другую пива. Я заметила снующую между столиков давешнюю девицу, с которой я уже успела подпортить отношения. Судя по подносу в её руках, она работала здесь подавальщицей. Пират же нашёлся на своём посту за стойкой.
— Доброго вечера, — сказала я на ариаркском фразу, которую успела выучить.
Хозяин харчевни сначала нахмурился, но потом рассмеялся.
— Ты сказала что-то похожее на «дохлая ворона». Чтоб мне утонуть, этот язык невозможно нормально выговорить. Сам мучился, пока что-то путное получилось сказать. Но я рад, что книженция кому-то ещё пригодилась.
— Да. Спасибо. Обещаю вернуть в целости и сохранности, — перешла я на ийсорский. – А вы, случайно, не заметили, мой брат не возвращался? Он уже давно ушёл отправить письмо.
— Нет. Не было его тут с тех пор. Перед уходом он оплатил комнату за два дня и ужин. Изволите подать в комнату?
Я посмотрела на подвыпившие компании и решила, что находиться среди них будет выше моих сил. Аппетитные запахи уже вовсю будоражили аппетит, но мысли о Дине не давали мне покоя.
— Да. В комнату. Но позже, когда вернётся мой брат.
Я снова поднялась к себе и принялась терзать себя разными жуткими предположениями, что же могло случиться с моим другом. Если он попался в лапы разбойников, то неизвестно, что хуже: что он выдаст моё местоположение, и я снова составлю ему компанию в неволе, или что он ничего им не скажет, и мне придётся остаться совсем одной. И я не представляла, что в таком случае мне делать дальше. До Ольшска-то, может быть, и добралась бы. Но я ведь совершенно не знала, к кому там Дин собирался обратиться за помощью. Да и кто я тому кузнецу, чтобы мне помогать?!
На улице совсем стемнело. При свете одной свечи читать стало невозможно, и я совсем приуныла. Когда в комнату постучали, я обрадовалась, решив, что Дин наконец-то вернулся. Но, отворив дверь, обнаружила за ней лишь рыжика Веню, который всё-таки принёс мне ужин. Я без энтузиазма поковырялась в тарелке, волнение напрочь отбило у меня аппетит.
Сон не шёл. Я лежала, глядя в потолок, и прислушивалась к разным звукам: внизу все еще слышались громкие голоса, за стеной кто-то храпел, на улице лаяли собаки. Одиночество терзало меня как никогда. Я готова была отдать все богатства мира за то, чтобы Дин сейчас был рядом. Я сама не заметила, как привязалась к этому мальчишке. Он придумал легенду о нашем родстве и не предполагая, что я уже отношусь к нему как к брату. Кто бы еще так обо мне заботился. Слёзы медленно стекали по щекам, увлажняя подушку. Ох, Дин. Только бы с ним было всё в порядке. Измученная мыслями, что роем жужжали в голове всю ночь, я уснула лишь под утро. Мне снилось, что я спешу на помощь своему другу со шпагой в руке верхом на слоне, который, кстати, оказался герцогом Россенгардом. В хоботе он держал кнут, которым собирался меня перевоспитывать, а люди вокруг кричали «горько».
Проснулась я в холодном поту. Мне понадобилось время, чтобы вспомнить, где я нахожусь. Дина всё также не было. Я рванула вниз, узнать, не видел ли его Пират, хотя уже предполагала ответ.
— Доброе утро, — снова на ариаркском обратилась я к хозяину.
Тот мимолётно улыбнулся, видимо, я опять сказала что-то не то, но вскоре нахмурился и начал нервно теребить тряпку, которой протирал бутылки.
— Мой брат не появлялся? — с надеждой спросила я.
— Ох, госпожа Фиона, не было. Век моря не видать, приключилась с вашим братом беда. Вы бы написали-то своим, а я уж отправлю.
Да. Действительно. Вдруг Дин не успел отправить наши письма. Нужно скорее написать отцу и ждать здесь, когда за мной приедут. Но чем платить за комнату и еду? Сколько будет идти письмо? Неделю?
— Я напишу. Конечно, вы правы. Скажите, а могу я остаться в комнате? Отец заплатит, когда приедет.
— Я бы рад, госпожа Фиона, — стушевался Пират. – Но ярмарка на носу… скоро постояльцев прибудет.
Да уж. С чего ему мне верить? Может, я аферистка, решившая погулять по ярмарке недельку и смыться, что поминай как звали. Наверное, и такое на его веку бывало. Можно было бы продать вороного жеребца, но, во-первых, Дин, скорее всего, поехал в город на нём, так что коня на постоялом дворе уже нет, а Снежку я продавать не собиралась. А во-вторых, я сама до ужаса боялась выйти за ворота. Лучше уж дождаться помощи здесь, а там решу, как помочь другу.
— Ну хорошо. Может, тогда у вас найдётся какая-нибудь работа для меня? – придумала я решение.
— А что ты умеешь, девонька?
— Я? Эм… Умею играть на рояле и на арфе.
— Как видишь, ни роялей, ни арф в моём заведении не имеется, чтоб мне утонуть, — мужчина огляделся, словно ища опровержение своим словам. — Стирать, готовить умеешь?
— Готовить! – радостно воскликнула я. – Кашу. Правда, я только один раз её варила. Точнее, помогала. А ещё я рыбу чистить умею.
Хозяин харчевни лишь поцокал, качая головой.
— Подавальщица мне нужна ещё одна. Как ярмарка начнётся, народу будет не протолкнуться. Тошка одна не справится.
— Хорошо, — согласилась я. Уж донести поднос с едой до столика мне не составит труда. Правда, с Тошей этой совсем не было желания пересекаться. Но угроза остаться на улице стала весомым аргументом в пользу моего решения.

Оказывается, в обязанности подавальщицы входила не только транспортировка еды от кухни до столика клиента. С утра меня ждало множество «увлекательных» занятий, таких как помощь на кухне или уборка общего зала и комнат. Получалось у меня из рук вон плохо, хотя я старалась. Особенно не давалась мне чистка овощей. Я два раза умудрилась порезать палец, а кухарка заметила, что убытков от меня больше, чем пользы. Я уже начала подумывать над тем, что лучше бы мне добровольно сдаться разбойникам, чем продолжать калечить себя и продукты, но хозяин решил сжалиться надо мной, велев караулить посетителей за стойкой. Эта работа получалась у меня намного лучше. Я даже разговорник прихватила поизучать, ведь вечером мне предстояло общаться с ариаркцами.
Последний оплаченный день я жила в нашем номере, но со следующего утра должна была переселиться в комнату второй подавальщицы. От этой мысли меня слегка потряхивало. Неизвестно, чего можно было ожидать от озлобленной девицы. Оставалось надеяться, что отец не сильно задержится, а там уж мы найдём способ, как помочь Дину.
В течение дня заезжали одинокие путники. Заказы принимали Тоша или Веня, а я только подносила еду. В первый раз я чуть не опрокинула на усатого толстяка его же яства, но вовремя среагировала и лишь звонко стукнула подносом о стол. На моё ариаркское «простите» мужчина выпучил глаза, и я, поняв, что сморозила явно что-то не то, поспешила скрыться с его глаз.
В обед народу немного прибавилось. Так что у меня была хорошая возможность потренироваться перед вечерним наплывом клиентов. Я уже не шла от кухни как черепаха, опасаясь пролить похлёбку, и даже на мои заученные фразы люди почти всегда реагировали адекватно. Но вот что такое настоящая работа подавальщицы я узнала вечером, когда шумные компании начали заполнять все помещение обеденного зала харчевни. Мужчины громко и эмоционально общались друг с другом, звонко стукались глиняными кружками, много пили, кричали, что нужно повторить, и я несла следующую порцию выпивки. Они что-то говорили мне, подмигивая, после чего дружно гоготали. В этот момент я благодарила пресветлого, что не понимаю их язык.
Когда начало темнеть, большинство шумных компаний покинуло заведение, но подошли пара новых.
— К этим не подходи, Тошка сама обслужит, — предостерёг меня Пират. – Вон лучше к тем, что поодиночке сидят.
Я вняла предупреждению и старалась не подходить к компании, которая действительно вела себя довольно развязно. Они то и дело старались залезть Тоше под юбку, но та грозно гаркала на распоясавшихся мужчин, а один раз даже дала одному из них ложкой по лбу.
Время шло, а весёлая компания всё не хотела расходиться. Кроме них, в зале уже практически никого не было. Пират тоже отлучился. Тоша подлетела ко мне и начала жестами объяснять, что ей нужно идти мыть посуду, а клиенты остаются на мне. Не иначе как решила устроить мне пакость. Я попробовала возразить, но та прикрикнула на меня так, что я лишь подавилась собственным возмущением. Ну что же, у меня имеется даже опыт общения с разбойниками, а тут всего лишь подвыпившие мужики… ну ладно, сильно выпившие мужики.
— Хей, — услышала я со стороны злополучного столика. Главный заводила подзывал меня жестом.
— Желаете повторить? – спросила я заученной фразой, когда подошла поближе.
После моих слов в помещении воцарилась мёртвая тишина, лишь кто-то из посетителей закашлялся, а в следующий миг компания разразилась диким хохотом.
— Простите. Я знаю, вы не очень меня понимаете… — попыталась оправдаться я.
И снова тишина, но только мужчинам уже было не до смеха. Заводила выхватил длинный кинжал и направился ко мне с далеко не дружелюбными намерениями.
— Простите. Я не знаю, что сказала, но могу вас уверить, что имела в виду совсем другое, — пыталась я исправить ситуацию, используя в своей речи уже слова обоих языков.
При этом я медленно пятилась назад, не сводя глаз с мужчины, который с каждым моим словом разъярялся всё больше. Он уже стал весь красным, и, казалось, сейчас из его ушей и ноздрей повалит дым. Компания его дружков тоже не сидела молча. Резкие выкрики явно имели цель поддержать своего товарища. Я продолжала двигаться, пока не почувствовала, как мои бёдра упёрлись в соседний стол. Я нервно сглотнула, когда кинжал сверкнул совсем рядом. И тут я решила, что клин клином вышибают, и вспомнив, как перевёл мою давешнюю фразу Пират, резко выкрикнула «Доброго вечера!», указывая пальцем в сторону окна. Все присутствующие как заворожённые повернулись туда в надежде увидеть дохлую ворону, а я воспользовалась моментом и метнулась к стойке, за которой находилась спасительная дверь в хозяйственные помещения.
Но не успела я ворваться в кухню, как следом, рыча от негодования, появился и мой потенциальный убийца. Он оглядел комнату, в которой кроме меня, находилась только ошарашенная Тошка, и пробулькал что-то грозно. Видимо, это было «всех зарежу» или что-то вроде того, потому как уши сразу заложило от истошного визга девицы. Я снова воспользовалась замешательством противника и, нащупав под рукой ящик с овощами, принялась ловко метать ими, стараясь попасть в перекошенное яростью лицо. Огурцы легко насаживались на выставленное вперёд острое лезвие, и изумлённому мужчине понадобилось время, чтобы избавиться от импровизированного шашлыка. Он с размаху ударил им по деревянной столешнице, так что ровные зелёные половинки полетели в сторону. Эх, подставить бы салатник, да можно сразу подавать. В столе, кстати, осталась глубокая щель, да уж, Пират по головке не погладит. В этот момент подключилась переставшая наконец-то орать Тошка, у которой под рукой оказались более весомые снаряды. Нет, она не собиралась получать выговор за убытки в виде разбитой посуды, но вот увесистые кабачки были как нельзя кстати. Одним из них она даже попала в голову обидчику, сбив его с ног. Мужчина не сразу пришёл в себя после удара, а когда снова сфокусировал свой взгляд, получил подарочек в виде сотейника по лбу уже от меня. Тот не был пуст, и вскоре по лицу и одежде расползался густой томатный соус, создавая страшную картину. Брр, со стороны могло показаться, что бедного пьяницу до крови избили хулиганы. Я бы даже пожалела его, если бы сама не была причиной такого вида. Казалось бы, полученный отпор должен был охладить пыл задиры, но правду говорят, что пьяного ничего не берёт, так и наш вредитель лишь потряс головой, словно стряхивая наваждение, а может, и соус тоже, и снова ринулся в бой. В его безумных глазах горел огонь ненависти.
К слову об огне. За моей спиной оказалась большая каменная печь, которая в данный момент не использовалась, но зато очень к месту пришёлся увесистый ухват, заботливо оставленный здесь кухаркой. Я вовремя успела схватить теперь уже предмет самообороны, так как в следующий миг надо мной был снова занесён кинжал.
— Мамочки… — взвыла я, отбивая удар.
Интуитивно я решила обезопасить себя, уткнувши рогатиной ухвата в шею мужчины. Тот так же продолжал размахивать кинжалом, стремясь достать до меня, но длинный черенок обеспечивал мне необходимое расстояние, чтобы остаться в целости и невредимости. Затуманенному алкоголем разуму не приходила идея, что совсем несложно вывернуться из этой ловушки, и, признаться честно, выглядело это со стороны весьма забавно. Однако в силе я уступала здоровенному детине и долго удерживать бы его не смогла, поэтому недолго думая я сама пошла в наступление. Резко толкнув мужчину, я сразу же выбила оружие из рук, и для верности нехило приложила его по голове. Тело, распластавшееся на полу, прекрасно дополняло вид художественного овоще-соусного беспорядка. Только глядя на эту картину, я смогла наконец-то перевести дух. Правда, ненадолго, так как следом пришла жуткая мысль: «О нет, кажется, я сама его прикончила. Отлично, теперь мне светит тюрьма в чужой стране. Интересно, сколько тут дают за неумышленное убийство?» Но протяжный стон поверженного позволил мне вздохнуть с облегчением. Значит, живой.
И вдруг откуда-то сзади послышались скромные аплодисменты, точнее, даже одиночные хлопки.
— Браво, леди Кэтрин. Вижу, мои уроки не прошли впустую, — о, этот голос был мне хорошо знаком. И вот уж точно никогда не думала, что буду так рада его услышать.