Сбежавшая невеста, или Вы любите цветы, милорд?

Глава 6

– А если я упаду? – мой голос прозвучал слабо, почти шёпотом. Я лежала на софе, утопая в мягких подушках. Рассеянный свет играл на позолоте рам и тёмном дереве мебели. Но из-за того, что окна занавесили, чтобы от яркого света у меня не началась мигрень, мне казалось, что я уже заперта в мрачной больнице для душевнобольных.

Лилиан вздохнула, её пальцы с аккуратными, отполированным ногтями, легли поверх моей руки.

– Кто-нибудь из гостей мужчин проводит тебя до алтаря. Или я это сделаю. Мы ведь родные.

В тёмных глазах мачехи заблестели слёзы. Раньше я бы подумала, что это от радости или волнения. Но теперь я знала – это лишь искусная игра. Она ждет не дождется, когда выдаст меня замуж, и исполнит свой коварный, подлый план.

Но должна ли я слепо подчиняться судьбе?

Да, я немощная, слабая, но неужели даже не попытаюсь ничего изменить?

– Хорошо, милая Лилиан. Ты права, – я заставила себя улыбнуться, чувствуя, как дрожат уголки губ. – Думаю, если я немного подремлю, мне станет лучше. Я ведь, если честно, так ждала этот день.

– Не сомневаюсь, дорогая Ами. Адриан – потрясающий жених. – Её пальцы мягко погладили мою руку. – Уверена, тебе завидует вся столица. Но что же я болтаю? – Лилиан встала. Её платье зашуршало о паркет. – Тебе надо отдохнуть. Но только немного, чтобы не проспать своё счастье.

– Боюсь, я не дойду до спальни, – я похлопала влажными ресницами, изображая полное бессилие. На самом деле, я отчаянно пыталась остаться на первом этаже, чтобы хотя бы немного увеличить свой шанс на побег.

Мачеха нахмурилась.

– Скоро прибудут гости. Что они подумают, если увидят тебя тут?

– Могу отдохнуть в дальней музыкальной комнате. Мы же её никому не показываем.

– Конечно, нет. Ремонт еще не окончен. Но, Ами, тебе там будет неудобно.

– Главное – набраться сил перед церемонией, – настаивала я, чувствуя, как тревога сжимает грудь и не дает мне дышать.

Лилиан поджала губы, её глаза сузились, заскользили по моему лицу.

– Хорошо, – нехотя согласилась она и протянула мне руку. – Обопрись на меня.

Она помогла мне подняться. Я взялась за неё и буквально повисла на ней.

– Ох, Ами, что с тобой?

– Это от волнения слабость. Я очень волнуюсь, – прошептала я, опуская глаза.

Мы медленно прошли по длинному коридору, уставленным вазами с цветами.

Дойдя до дальней комнаты, Лилиан достала ключ, прикрепленный к изящному шатлену, и отперла дверь музыкальной комнаты.

Помещение было мрачным. Рояль, покрытый пылью, стоял у стены, стулья в чехлах были аккуратно расставлены вдоль стен, будто ожидая гостей. А у шторы стояло кресло.

– Здесь же пыльно! – возмутилась Лилиан, проводя пальцем по поверхности рояля.

– Не страшно, – я опустилась в глубокое кожаное кресло у окна – то самое, в котором любил сидеть отец.

Мачеха велела служанке принести плед и пуф для ног. Когда всё было исполнено, она собственноручно укрыла мне ноги, изображая материнскую заботу, и проворковала:

– Только не помни наряд. Сегодня твой день, и ты будешь в центре внимания.

Уходя, она наклонилась и коснулась губами моего лба.

Мне сразу вспомнились ее мерзкие слова, что мои прикосновения ей неприятны, но я ничего не сказала. Лишь прикрыла глаза, желая, чтобы меня оставили одну.

– Побыть с тобой? – вдруг спросила Лилиан, обернувшись.

Я едва не вздрогнула. Неужели она что-то заподозрила?

– А гости? Кто будет их встречать? – напомнила ей.

– Ах, я забыла. Ох, уж эти хлопоты! – она всплеснула руками. – Не дают мне побыть с моей девочкой. Ладно, Ами, отдыхай. Скоро я вернусь.

Дверь закрылась. Я замерла, прислушиваясь к шагам. Однако прежде чем Лилиан ушла, раздался тихий, но отчётливый щелчок замка.

Сердце упало. Она заперла меня?!

Я заставила себя подняться. Добрела до двери, нажала на позолоченную ручку и… убедилась, что так и есть.

Отчаяние сдавило горло. Я прислонилась спиной к двери, уже готова была съехать, завыть от бессилия, как взгляд упал на тяжелую атласную штору.

“Что ж… – пришла шальная мысль, не иначе как от отчаяния. – Заперли дверь? Выберусь через окно!”

С трудом отодвинув занавеску, я распахнула створку. Свежий воздух ударил в лицо.

До земли было невысоко, но для меня, ослабленной болезнью, прыжок мог оказаться рискованным. Даже смертельным. К тому же предстояло это сделать в пышном платье.

Переодеться мне было не во что, и пока расстегну все крючки и пуговицы, истрачу последние силы. Что ж…

Дотолкав пуф, я ухватилась за оконную раму, поднялась и поставила ногу на подоконник. Платье мешало, его пышные складки цеплялись за всё подряд, я задыхалась от усилий, но другого варианта у меня не было.

Сев на подоконник, я свесила ноги, набралась духу и, начертав на груди защитный знак, прыгнула. И тут же ощутила резкий рывок…

Ох! Кажется, я зацепилась юбкой за что-то на раме! И повисла в воздухе, не доставая до земли ногами.

– Да что же это, а? – я отчаянно пыталась высвободиться. Увы, кружевная ткань зацепилась намертво и не желала рваться.

Вот и весь мой побег.

Это так обидно и горько, что слезы потекли по щекам.

Я дергалась, брыкалась. Но ничего не могла поделать.

Я совсем ни на что не годная. Ни на побег. Ни на то, чтобы стать нормальной, полноценной женой. Ни на что, чтобы кто-то мог меня полюбить.

Драгоценное время уходило, а я так и болталась с задранной юбкой, зареванная, несчастная, обтирая спиной и ногами стену особняка.

– Светлая! Ну помоги! Пожалуйста! – взмолилась, понимая, что попала в ловушку.

И если обычно до моих мольб Светлой прежде не было дела, то в этот раз она услышала меня и решила исполнить мольбу. Но очень иронично, потому что иначе объяснить то, что случилось дальше, как насмешкой судьбы, было невозможно.

– Надо же! – раздался знакомый бархатный голос. Из-за куста жасмина вышел Адриан. Его взгляд скользнул по моей беспомощной фигуре, и в уголках его красивых губ дрогнула усмешка. – Моя невеста намерена сбежать?