Сбежавшая невеста, или Вы любите цветы, милорд?

Глава 8

Я все больше склонялась, что карета принадлежала даме. И словно подтверждая догадку, где-то у крыльца раздались крики и брань:

– Мерзавка! Сплетница! – не своим голосом вопила Лилиан, как будто была торговкой на рынке. – Склочница! Вон! Убирайся!

– Гадина! Змея поганая! – не менее яростно кричал ей в ответ другой женский голос, более молодой и звонкий.

– Спускайте собак!

– Ты еще поплатишься за обман! Я тебя оскандалю и со свету сживу!

– Быстрее сама ядом своим захлебнешься!

Они так кричали, что кучер, услышав брань, подскочил на месте и нахлобучил шляпу на глаза. Кажется, он узнал голос своей хозяйки.

А у меня душа почти отлетела от страха.

Никогда не слышала, чтобы Лилиан так бранилась! Это же как она разъярена!

Страшно представить, что она сделает со мной, когда найдёт.

О, Светлая! Помоги!

Пока кучер напряженно прислушивался и пытался понять, как лучше ему поступить, я, гонимая страхом, что меня уже ищут, стала пробираться к карете.

Очень рискованный шаг, но иного выхода я не видела.

Мне не удрать, не спрятаться. Если упущу этот шанс, другого не будет.

Подкравшись почти бесшумно со стороны кустов, я тихонько забралась на подножку, приоткрыла дверь и забралась внутрь.

Забившись в угол просторной нарядной кареты, оббитой алым и белым бархатом, я попыталась слиться с обивкой.

Я поступаю скандально, но… Может, меня тут не станут искать?

Если же найдут, то мне нечего терять. При свидетелях закричу, что меня насильно заставляют выйти замуж, чтобы объявить сумасшедшей.

Я почти успела подобрать кружевной шлейф, как на аллее раздались цокот каблучков и капризный женский голос:

– Маар! – властно прорычала незнакомка. – Гони! Я хочу гонки и ветра. Мне… – Она едва не всхлипнула. – Мне так тоскливо.

– Да, госпожа!

Я ещё отчаяннее забилась в угол, готовясь выпалить объяснение.

Дверца открылась, карета накренилась под весом владелицы, и вовнутрь села красивая, разъяренная блондинка с красными от слезами.

Увидев меня, она нахмурилась, скривила чувственные, пухлые губы, однако… не стала никого звать. Только застыла, рассматривая меня с непередаваемым выражением лица – смесью брезгливости, ненависти и злости.

– Умоляю, не выдавайте меня! – взмолилась я, складывая руки на груди в мольбе. – Помогите мне сбежать!

– Со своей свадьбы? – незнакомка вскинула подкрашенную изящную бровь.

– Я не хочу её! Умоляю!

– А как же любовь и страсть? – усмехнулась красивица.

– Это всё глупости. Разве вы сами не понимаете этого?

– Очень даже понимаю. Глядя на тебя, любви точно не может быть. На тебя невозможно смотреть без отвращения… – Она задумчиво постучала пальцем с идеальным коготком по губам. – Но ты все равно хочешь сбежать со свадьбы? – Зачем-то уточнила она.

– Хочу! – отчаянно кивнула я и, потеряв равновесие, упала на сидение.

Блондинка брезгливо поджала губы.

– Куда? К кому?

– Мне некуда бежать, – отчаянно призналась я. – Я совсем одна.

– Тогда… Я отправлю тебя за море? Что скажешь?

– Согласна! – воскликнула я.

Карета уже выезжала за ворота, когда на аллею вышел Адриан. Я ощутила его взгляд даже через лакированные стены кареты. За ним выбежали слуги и, нервно галдя, разбрелись по саду.

– Хм, кажется, тебя ищет дражайший жених, – зло выдохнула незнакомка, высунулась в окно и крикнула слуге: – Маар! Гони!

Кучер щёлкнул кнутом, зычно прокричав:

– Н-но!

Карета резко дёрнулась. Я слетела с сиденья на пол, устланный ковром, и оказалась у ног светловолосой красавицы.

Она даже не попыталась помочь мне подняться. Ей нравилось, что я валяюсь перед ней на коленях.

Ладно. Я переживу это. Главное, не оказаться в руках Лилиан.

Я не верила, что у меня получилось сбежать, пока карета не помчалась по дороге, ведущей через холмы и дубовую рощу к городу.

– Спасибо! – смиренно прошептала я, склоняя голову. От усталости и накатившего бессилия.

Незнакомка довольно усмехнулась, скривив губы.

– Знаешь, почему я решила тебе помочь? – вдруг спросила она.

Думает, я не только уродлива и глупа? Нет. Это не так.

– Потому что вы влюблены в Адриана.

У блондинки изогнулась бровь.

– А ты не дура. Так что в твоих же интересах убраться с моей дороги и уплыть как можно дальше, – она оскалила белые мелкие зубки.

– Я уеду. Хоть сегодня. Хоть куда! И никогда не вернусь.

– Что ж… Маар! – она постучала по стеклу, обращая внимание слуги. – Мчи в порт!

И мы помчались.

Я так перенервничала, так устала, что остальной побег проходил как во сне.

Влюбленная в Адриана блондинка привезла меня в порт. Пока кучер договаривался о моем отплытии, она сорвала с меня кружевное свадебное платье и, увидев, как я выгляжу без одежды, изобразила тошноту.

– Какая же ты уродина! Прикасаться противно. Вдруг ты заразная?

– Ради Андриана, – напомнила я ей. – Вы это делаете ради него.

– Точно!

Она помогла мне натянуть грубую сорочку, поношенное платье какой-то простолюдинки, которое тоже раздобыл Маар. Закутала в колючий шарф, всучила мне в руки кошель и, буквально за руку, потащила в кораблю, покачивавшемуся у пристани.

– Не вздумай возвращаться, или я тебя собственноручно утоплю, – бросила она напоследок, толкая меня к узкому, деревянному трапу.

– Не вернусь. Никогда, – поклялась я, опираясь на борт «ласточки».

Сил у меня идти не было, и до каюты меня дотащил какой-то матрос.

Я упала на не свежую кровать и просто уснула. Так крепко, что мир перестал для меня существовать.

_____________________________________________________________

У нас еще одна сбежавшая невеста Полины Мироновой

"Аленка, беги! или Попаданка шьет счастье"