Сбежавшая невеста или Хозяйка Избы красоты

Глава 22

Смотрю во все глаза в густую ночь, и сердце колотится в горле. В нескольких метрах от порога посередине двора стоит мужчина, тот самый, который спас меня от взбесившейся лошади, когда я бежала с собственной свадьбы.

Высокий, широкоплечий, с сильными руками и ногами, в белой сорочке, коричневых штанах, высоких сапогах, он стоит и молча смотрит на меня. Его длинные волосы до плеч развиваются на ветру, прямые, красивые черты лица, высоко поднятый квадратный подбородок, острый взгляд, чуть хмурые брови говорят о его аристократическом происхождении.

Я, как завороженная сижу, смотрю в ответ, и подняться нет сил. Над головой кружит взъерошенная Шаня, которая дико напугала меня своим криком, а на запястье жжет отметина, которая еще больше окрасилась в цвета красного дракона.

– Ария, поднимайся! – голосит Шанечка, и я принимаю совет.

Мужчина, от которого веет энергией дракона, следит за мной взглядом, затем осматривает дом, двор, и я вижу, что это не человек, это неплотный, чуть с рябью дух или душа, или еще что-то от дракона.

Руки дрожат, пячусь назад и захлопываю двери.

– С ума сошла? – налетает Шаня, а под потолком слышен писк ее птенцов. – Ты перед кем дверь закрыла? А ну, отвори быстрее!

Все еще не могу прийти в себя, смотрю на обеспокоенного фамильяра, на свое запястье и на закрытую дверь.

– Кто это? – хриплю я. – Я помню его, он спас меня, но я забыла, кто это. Мы тогда, словно мысли прочитали друг друга, но все выветрилось из головы.

Шаня садится на край стола и склоняет голову набок.

– Ничего не скажу, – звонко щебечет. – И так заставили рассказать много.

С Шаней разберусь позже, а вот с драконом во дворе что делать?

Подхожу к окну и осторожно выглядываю. Мужчины не видно, но справой стороны от избы доносятся звуки, а потом и песнь топора.

Господи, а если убить пришел? Проверяет остроту стали, а потом всю избу и меня порубит.

Захлопываю ставни, задвигаю засов, бросаюсь к двери и делаю то же самое.

Тело колотит нервная дрожь, забираюсь на лежанку, которая является самым дальним углом от входа и, вооружившись кочергой, во все глаза смотрю на дверь.

Звуки во дворе то стихают, то снова появляются, а я, оттого что ничего не происходит, немного успокаиваюсь.

– Шаня, ты, где была? Я беспокоилась за вас.

– К мужу перемещались. Вызвал. Да и дети соскучились.

– Перемещались? – на автомате повторяю я, а сама прислушиваюсь к работе топора.

– Ну да, порталом.

– Предупредила хоть бы, я испугалась.

– А ты, я смотрю, всего подряд боишься, – фыркает Шаня.

– А как тут не бояться? То птица заговорит, то мужик в саже придет, то сейчас вот этот... Во дворе. Не человек же. Как так-то?

– Это у тебя надо спросить, как так? Ты сама знать должна.

– Но я не знаю. Не понимаю, – развожу руками.

– Значит, время не пришло. Будешь готова, все в черепушке по полочкам ляжет.

– Как же все сложно, Шанечка. Неужто сложно объяснить?

– Объяснить несложно, воспринять трудно. Слова бывают и лишними, сердце не включается. Да и вмешиваться в ход природы тоже опасно, откат можно получить. А у меня трое детей, вообще-то, мне нельзя нарываться.

– Ясно, многодетная мать ты моя. Значит, ничего не скажешь? Ни намека?

– Не скажу. Или... Уф, Ария, ты сказала, что знаешь его. Вот ложись спать и подумай, кто, откуда и куда.

– Очень помогла, конечно, – уже спокойнее говорю я. – Как мужа-то повидала? Кто там тебя что заставлял?

– Нормально все, что с ним будет. Это я в лесу живу, детей тяну как могу, а он там, в замке живет, орехи клюет, да клюквенный морс пьет.

Я не выдерживаю острого язычка Шаги и начинаю смеяться.

– Бедная, выживает, деток тянет. Так, а обидел там тебя кто?

Шаня внезапно отводит глаза и боком ко мне садится.

– Ша-аня-я, так-так, что натворила уже?

– Ничего не натворила. Заставил о тебе рассказать. Ну, как заставил, сболтнула я мужу, что моя блудница, наконец, заявилась, теперь дел невпроворот. Вот и стал расспрашивать, как выглядишь, как одета, какая речь, нет ли отметки дракона. А я что? Ну что я? Я с мужем по-родственному. А он как взлетит, как помчится к своему хозяину. А я сюда. А тут уже дух этот. Все смешалось и закрутилось.

– Ох, Шаня-Шаня, – журю я, а сама не могу на нее злиться по-настоящему. – Усложняешь ты мне жизнь.

– А ты что скрываешься от кого-то или что важное украла?

– Шанечка, ты же и сама все знаешь. Зачем делаешь вид, что это не так?

– Потому что это не так, – хохлится моя синичка. – Есть у меня знания, да, но не полные и не обо всем. Так что не надо.

Вижу, что мой фамильяр обидеться вздумал и решаю пресечь это.

– Ладно, не обижайся. Я сначала за тебя испугалась, потом за себя, а теперь этот дух во дворе. Не привыкшая я к таким качелям.