Сбежавшая попаданка, Вернуть невесту дракона 2

Глава 12

Ужин проходил довольно спокойно.

Сиятельный оказался личностью немногословной и, как мне показалось, сдержанной. Во всяком случае, он не был обвешан золотыми побрякушками и не вел себя как тот, кто уверен, будто мир крутится исключительно вокруг его золото-чешуйчатой персоны.

Он даже учтиво отказался от предложенного ему места во главе стола.

Опять же, привет уже хорошо известному нам Ираклейну. Правила разработанного им этикета прямо-таки лебезили перед всеми, кто мог за пару секунд облачиться в тело гигантской ящерицы.

Но, к чести приезжего, гость не страдал от звездной болезни. Или же делал вид, будто данная зараза не коснулась его статного тела.

Он ограничился скромным местом по левую руку от отца и вел вежливый диалог на самые общие темы.

Красноречие определенно не являлось его сильной стороной. Рои Сагури предпочитал короткие и емкие фразы, без лишней воды. Задавал вполне невинные и дежурные вопросы. И не пытался никого уличить в обмане.

Но было кое-что, что все же смущало меня. И этим чем-то был взгляд сиятельного. Я ощущала его на себе, даже не поднимая головы. Явственно чувствовала, как начинало покалывать кожу на лице. Затем исследующий огонь неспешно спускался к плечам и легкими касаниями скользил по рукам.

Мне оставалось продержаться еще немного, пока не закончится ужин. А потом, я в любой момент могла сослаться на недомогание, подняться в свою комнату и выдохнуть, оставив высший свет его драконейшества в обществе родных.

Тщетные попытки по запихиванию в себя маленьких кусочков еды прервал смех рои Сагури.

Он умеет смеяться?

Никогда бы не подумала…

Сэйгарда позабавила шутка отца, связанная с прошлогодней ярмаркой и я, все это время непрерывно смотревшая в тарелку, как на самый интересный после пола предмет, поддалась искушению.

Звук чужой радости заворожил. Прозвучал чересчур приятно. Знаю, звучит, нелепо. Совершенно нерациональное объяснение. Но все же его искренний смех заставил меня исподтишка поднять на него глаза...

И немедленно пожалеть о содеянном. Потому что в ту же самую секунду, стоило мне убедить себя в том, что я исключительно незаметно понаблюдаю за мистером ящером, он поймал мой взгляд.

Синие глаза сверкнули. В них таилось нечто обжигающее и вместе с тем пленительное. Он словно подталкивал меня в теплую волну предвкушения, а затем накрывал стыдом разоблачения.

Я чувствовала себя застигнутой за бесстыдным преступлением прямо средь бела дня.

Сиятельный перестал смеяться. Мужественное лицо вновь стало серьезным. А потом он вдруг улыбнулся мне уголками губ. И легонько кивнул.

Ираклейну следовало бы прописать еще парочку пунктов и запретить золотым драконом улыбаться. Во всяком случае одной мужской особи уж точно. Улыбка делала Сагури до невозможности совершенным.

Мои щеки примкнули к сторонникам свекольных оттенков и как бы не гипнотизировали синие глаза, насколько бы прекрасны они не были, я все же заставила себя вернуться к разглядыванию бесспорно вкусной котлеты, которая все еще находилась в целости и сохранности.

Стол ломился от разнообразия блюд и ароматных подливок. Сиятельный не упустил случая сделать комплимент хозяйке поместья.

– Матушка, и правда, очень вкусно готовит, – не остался в долгу Товли, умело ковыряющий в тарелке картошку, словно собирался перемолоть ее в пыль.

– У тебя, наверняка, есть любимые блюда? – обратился к нему дракон.

– Конечно! – оживился малыш, – Матушка делает лучшие кругляши из кабачков. А еще я обожаю ее сдобные сладости. Кстати, Эли тоже их любит. Чтобы вы понимали, рои Сагури, они настолько вкусные, что сестрица порой за раз может съесть сразу три булочки. – меня сдали сразу. С цветастыми потрохами. Без зазрений совести.

Пришлось снова оторваться от созерцания обожаемой тарелки. Только теперь я предупредительно смотрела на того, кто сидел напротив меня.

«Младший брат, немедленно замолчи, иначе тебя ожидают неприятные последствия» – именно так расшифровывался мой взгляд.

Потом мельком перевела глаза на мужчину рядом с ним.

Мистер драконейшество с еще большим интересом поглядывал на дочь Бурегунов. Должно быть, оценивал и мысленно прикидывал, могут ли в меня уместиться разом три булочки. Но озвучивать ничего не стал. И в лице не поменялся. Ни одной эмоции. Ни насмешки, ни ироничных ухмылок. Плюсик ему в карму.

Они продолжили беседу с Товли.

Сиятельный разговаривал с малышом, как с равным и тот, видимо, совсем потерял голову от оказанного ему внимания и чести, потому что к тому времени, как ужин приближался к своему логическому завершению, мелкий облачился в свое любимое амплуа умудренного жизнью многовекового старца и, пылая искренним любопытством, спросил:

– А вы… ваше сиятельство… Позволите ли поинтересоваться… Случается ли так, что, когда вы превращаетесь в дракона… то в свободные от государственных дел часы… катаете на спине маленьких мальчиков?

– Товли! – немедленно шикнула на него матушка. – Что за вопросы!

Братец сразу сдулся под нашим тройным осуждающим взглядом. Вжал голову в плечи и, стараясь не смотреть на представителя золотых драконов, очень тихо произнес: