Сбежавшая сирота, или Друзья по несчастью. Книга 1.

Глава 4. Черный маг из рода Блэквудов.

1.1.
- СЭАРЫ ИЗ РОДА БЛЭКВУДОВ - послы-представители древней расы Тёмных магов!!! Назначены Советом магического сообщества парламентерами в наше Царство и приглашённые лично Её Величеством королевой Лейрилин! - громкий голос церемониймейстера оповестил о приходе новых и необычных гостей.
Элита Светлого двора встрепенулась, переглянулась, вопросительно посмотрела на свою Королеву и мигом расступилась, забыв о танцах и сплетнях.

Элегантные, но жуткие в своей чёрной ауре, на яркий ковёр из лепестков цветов ступили маги. Старый и молодой...
А важные, надменные и невероятно красивые в своих полупрозрачных, изящных нарядах феи обоих полов жадно разглядывали колдунов.

Вот это неожиданность! Скандал!!!

Почти все уже слышали новость о том, что принцесса Флоратиедель впустила через портал Марморефлоса чужаков и что они были Тёмными магами. Только мало кто знал, что им разрешено посетить первое торжество Бала. Это ведь в любом случае неспроста!

Кругом разносился лёгкий, быстрый шёпот:
... И это точно ни к чему хорошему не приведёт! ... Много веков от Чёрных колдунов только одни неприятности ... и … смерть…
...Королева... Она... Так нельзя....

Сразу после представления особых гостей в Главной Зале дворца наступила гробовая тишина.
Могущественные фейри-вельможи и менее знатные феи - мужчины и женщины, настороженно, нервно шевеля своими острыми ушками и сверкая зеленью раскосых глаз, провожали взглядами Тёмную Делегацию, которая с гордым видом шествовала мимо.
И даже королева Лейрилин, сияющая на своем троне, как утреннее солнце, отбросив важное безразличие царствующих особ, с любопытством рассматривала вальяжно приближающихся к ней Диаваля и Акулеуса.

Старый Блэквуд величаво вышагивал между враждебно настроенными фейри, высоко подняв голову и смотря своими жгучими глазами лишь на королеву.
Диаваль же, наоборот, во все стороны вертел головой и рассматривал окружающих его фей, феечек и Пикси разных родов и положений. Верховные ослепляли постоянно меняющей цвет кожей и шикарными нарядами, а остальные удивляли своим количеством и разнообразием. Казалось, что они с отцом идут по волшебному, цветочному полю, которое постоянно колышется и мерцает.

Ощущение невероятности происходящего усиливалось ещё и тем, что маг был в восторге от красоты и изящества убранства Залы. Юноша восхищался необыкновенными огромными букетами неизвестных в их Лесу цветов. Растения стояли в старинных больших вазонах и одаривали всех приятным, сладким ароматом. Треснувшие от времени в некоторых местах ёмкости были укреплены у каждой монументальной коллоны в виде фейри-воинов, удерживающих на руках свод главной Залы Дворца. Эти каменные изваяния казались живыми, так они были умело вырезанны древними мастерами из частей скал священных гор. Лишь только густая сеть вьющихся растений доказывала, что эти великаны недвижимы. Лианы вились вверх к самому своду, объединяясь там в невероятно красочный орнамент из зелени и свисающих крупных соцветий, который рассеивал повсюду яркий солнечный свет, пробивающийся через стеклянную мозаику потолка.
На узорчатых золотых балконах, между каменными воинами-коллонами, неподвижно вытянулись в полной боевой готовности настоящие Воины, Стражи - Фейри. Они несли дозор, и их острые взгляды сейчас не отрывались от Чёрных магов. Недалеко от них, на специальных террасах, расположились десятки крохотных музыкантов- феечек Пикси. До появления Тёмных с террас лилась чарующая, весёлая мелодия, но затем она оборвалась. Пикси, как и все остальные, замерли в ужасе. Позабыли свои крохотные флейты и скрипки и опасливо жались друг к другу и следили за таинственными чужаками- парламентёрами своими круглыми, чёрными глазками.

Диаваль, заметив это напряжённое недоверие вокруг, смутился, вздохнул и опустил глаза себе под ноги. Его очень расстроила такая реакция фейри, народа его любимой. Юноша перестал восхищаться окружающим великолепием и, сжав в раздражении пальцы в кулак, последовал за отцом.
Жгучаяя боль от хлыста Мракора поутихла, связь ослабла, и он опять стал собой, но, увы, до поры до времени. Чувствовалась невидимая нить, которая держала его волю в своей власти. Он не мог предупредить об отце Флору и её мать, язык не слушался его больше, а внезапная, удушающая злость путала мысли. Пока восхищение владело мыслями Диаваля, эта нить почти не ощущалась, но лишь он почувствовал негатив, всё вернулось и даже усилилось.

Старый маг же в это время шёл к своей цели упорно, безмерно веря в свои магические силы, хитрость и умственные способности беспринципного учёного. Даже близкие люди, его семья были отданы в жертву Заклятию Демона.
«Здесь,- думал он.- На земле ничтожных, слишком уж самоуверенных фейри находится последний недостающий компонент для того, чтобы исполнить мечту всей моей жизни. Мечту, на которую я потратил всю молодость, зрелость... Столько хитроумных планов, низменных поступков, и да, что уж таить, многих неудач. Таких, как, например, его ничтожный, неблагодарный отпрыск, который хоть и был сильным одаренным магом, о каком и мечтал отец, но оказался слабым сердцем. Этим он точно пошёл в свою мать и неугомонную бабку. Да, не учел, старый я дурак, что отличный по силе экземпляр (настоящий сосуд со Светлой и Темной магией) окажется слишком возвышенным в плане морали, доброты и тяги к Любви.
Эх! Что он только не делал для того, чтобы выбить из Диаваля эту дурь, но ничего не получилось. Свет сливался с Тьмой, прогоняя Зло. Но ничего, он, Акулеус Блэквуд, нашёл, наконец, способ снова влиять на сына. Хлыст поможет Блэквуду заставить парня сыграть свою роль на этом представлении. Кстати, и Любовь, которую Акулеус презирал всю свою жизнь, даже помогла ему в этот раз. Взаимное чувство Диаваля и этой девчонки - принцессы оказалось как нельзя вовремя, оно ведь для него стало даром - правда, вряд ли с небес!
Что ж, и это большая удача!"
Все эти мысли роились в голове у старого Блэквуда, пока он приближался к Золотому трону поприветствовать Властительницу Фей. Для пущей важности своей персоны и для того, чтобы ещё больше шокировать разноцветную, полную презрения публику вокруг, он вальяжно щёлкнул пальцами левой руки и, усмехаясь, тихо произнес несколько слов.
В то же мгновение около него, испугав даже Диаваля, давно привыкшего к выкрутасам своего отца, из закрутившейся с пальцев воронки черной дымки появились два жутких зверя. Они грозно рычали, скаля свои жёлтые клыки, и прижимались в лютой ярости к земле. После нового приказа послушно пошли рядом с хозяином. Звери постоянно поглядывали на Акулеуса, показывая всем свою верность и подчинение воле мага, а он улыбался и сверлил Лейрилин нахальным взглядом, где читался вызов.
Жуткие существа походили на шакалов, но их огромный размер и непроницаемые чёрные глаза, не давали усомниться Королеве и испуганным фейри, что звери настоящее порождение Тьмы и что они были очень опасны.
- Сэар, для чего вы вызвали шаатов,- нервничая, телепатически спросил отца Диаваль.- Не нужно провоцировать агрессию у этого народа, наоборот, нам просто необходима их дружба!
- Невежда! Ты разве не понимаешь главного? Чтобы появилась, как ты выразился «дружба», сначала должны возникнуть «страх» и «уважение», – так же ответил ему маг.- Для первого, я заранее приготовился - сейчас у этих ушастых в мыслях только: «Как он смог обмануть Охранную магию??? Что еще от них ожидать??? О чем же думала королева Лейрилин, приглашая этих Тёмных! Как же наша безопасность?!!!!».
Диаваль, продолжая следовать за отцом, должен был признать, что он прав. Волшебная, чарующая музыка, тихо заигравшая было вновь, внезапно опять смолкла. Совсем маленькие с крохотными крылышками как у стрекоз феи-слуги, Пикси и другие невысокородные волшебные существа куда-то быстро исчезли, а знатные фейри вокруг были возмущены, расстроены и очень испуганы. Правда, старались не подавать виду и уже с ненавистью воззрились на них с отцом, стараясь отступить к выходам. Многие, особенно мужчины-фейри, старались обступить Властительницу и её фрейлин, другие прикрывали женщин и юных особей.
Увидев это, старый маг захохотал. Презрительно и жестоко. Его звери- шааты в ответ ощетинились и завыли.