Сбежавшая жена дракона. Хозяйка заброшенной таверны

Глава 7

— Как долго я спала? — спросила я, пытаясь сесть.

Каждая мышца моего тела болела и ныла, но озноб, к счастью, прошёл.

Мой голос прозвучал хрипло, будто я не разговаривала целую вечность.

— Уже как второй день, — ответила девочка, её огромные глаза смотрели на меня с любопытством и толикой страха.

«Второй день?» — промелькнуло в голове. Наверное, меня вовсю уже ищут.

— Я Фиона. А как тебя зовут? — бодро спросила я, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей.

— Лили, — тихо ответила она.

— Спасибо, Лили, что позаботилась обо мне. Ты тут одна?

Девочка кивнула.

— А вы кто? — спросила она. — И как вы сюда зашли?

— Я думала, что ты мне открыла, — удивилась я её вопросу.

— А как вы зажгли камин, а? — понизив голос, спросила она.

Чем дальше, тем страннее.

— Я думала, это ты зажгла….

Я с недоумением смотрела на Лили, пытаясь осмыслить происходящее. Кто зажег камин? Кто открыл дверь? Вопросы роились в голове, но ответов не было.

Возможно, девочка решила надо мною подшутить. Не самое удачное время для такого. Но я ведь совершенно не знаю этого ребёнка.

— И ты не помнишь, как я вошла? - спросила я, внимательно наблюдая за реакцией Лили.

Она покачала головой.

— Нет. Я просто... вдруг увидела вас на полу.

Что-то здесь было явно не так.

— Наверное, дверь была не заперта? — предположила я.

— Нет, такого не могло быть, — упрямо поджал губы ребёнок. — Это просто невозможно!

— Лили, — мягко продолжила я, — расскажи мне, как давно ты здесь живёшь?

Девочка нахмурилась, словно пытаясь что-то вспомнить.

Морщинка, вылезшая между бровей, придавала ей не по годам серьёзный вид.

— С начала весны, пару месяцев как.

Ох, и не нравится мне всё это. Ребёнок, явно, в беде.

— А где твои родители?

Девочка насупилась, её губы задрожали. По щекам потекли слёзы, оставляя блестящие дорожки на бледной коже.

Ох, видимо, задела больную тему.

Сердце сжалось от сочувствия к этому маленькому, одинокому человечку.

— Лили, милая, не плачь. Прости, я не хотела тебя расстроить.

Ладно, надо сначала оглядеться. Я медленно повернула голову, осматривая комнату. Старая мебель, потёртые ковры, запах пыли и дерева.

И поесть бы не помешало. Сама голодная, как волк, да и девочка явно давно не ела. Желудок предательски заурчал, напоминая о себе.

Поедим, познакомимся, глядишь — и оттает, сама всё расскажет.

Я прокашлялась, пытаясь прочистить горло, и мягко обратилась к девочке:

— Давай-ка лучше придумаем что-нибудь поесть? Я умираю с голоду, да и ты, наверное, тоже проголодалась.

Девочка шмыгнула носом и повернула голову, растирая слёзы ладонью.

Возле камина были развешены мои вещи. Лили принесла мне их, и я переоделась в сухое.

Я с трудом поднялась на ноги, чувствуя, как ноют все мышцы. Комната немного покачнулась перед глазами, но я устояла.

— Ну-ка, покажи мне, где тут у вас кухня, — сказала я, стараясь говорить бодро и уверенно.

Лили повела меня через зал таверны. Мы прошли мимо старой, покрытой пылью стойки, за которой когда-то, должно быть, стоял пузатый бармен, разливая эль шумным посетителям. Теперь же здесь царила тишина, нарушаемая только нашими шагами и скрипом половиц.

Кухня оказалась просторной, с большой печью, закопчённой от длительного использования. На полках стояли пустые кастрюли и сковородки, покрытые слоем пыли. Пыль, пыль! Везде и всюду!

— Лили, а где ты берёшь еду? — спросила я, оглядывая пустые полки.

— Иногда нахожу в лесу ягоды и грибы, — тихо ответила девочка. — А иногда... — она замялась, — иногда беру немного в деревне. Как бы в долг.

Я прекрасно поняла, что она имела в виду, но не подала виду.

Сейчас не до воспитания, важнее было найти что-нибудь съедобное.

— Ладно, давай посмотрим, что тут есть, — сказал я, начиная открывать все шкафчики подряд.

— Можете так не стараться! Ничего тут нет, я уже везде смотрела, — вздохнул ребёнок.

Я залезла на табурет и дотянулась до самого верхнего шкафчика. Тут она явно не смотрела. Не добралась бы, ух!

— Вот бы найти, хоть что-нибудь… — пробубнила я себе под нос.

Ага! Есть! Что-то нащупала.

К моему удивлению и великой радости, там обнаружился полупустой мешок с мукой. И банка с засахарившимся мёдом. Это уже было что-то.