Сбежавшая жена. Хозяйка лавовых полей

Глава 4

Убийца стоял за дверью. Книга упала на пол. Человек бьется, стараясь сбросить веревку с шеи, но она лишь затягивается сильнее. С пальцев рвутся разряды тока, но нападающий их словно не чувствует, продолжает душить. Вскоре человек затихает, осмысленные движения прекращаются, начинаются судороги. И тут стук в дверь, убийца напрягается, опускает на пол обмякшее тело. Но все стихает, тревога оказывается ложной.

Но жертва еще жива, дышит и даже почти очнулась, когда давление веревки ослабло. Убийца завязывает узел на веревке, вешает ее на торчащий в стене крючок, засовывает голову жертвы в петлю и уходит. Снова судороги, босые ноги скребут по стене, лицо синеет.

– Ваша светлость, а можно поти… А-а-а-а! Дуняша! Дуняша, проснись!

– Надежда, я закончил…

Нет, теперь уже я вцепляюсь в шар, хочу досмотреть: его же спасли? Правда, спасли? Колдун ругается у меня над ухом, но все-таки открывает путь, и я вижу… слышу…

Человек на полу, он живой. Шею освободили, но воздуха все равно не хватает, врачи дают вдыхать кислород. Сознание спутанное, полиция безнадежно пытается узнать, кто напал, но с обкусанных губ пострадавшего чуть слышно слетает лишь одно имя: Ольга, Ольга.

И что-то про Толстого и дуб.

– Что… что это было? – спрашиваю я, отдышавшись. – Я… я видела, как человека душили.

Мокрый от пота, уставший колдун щелкает пальцами, и ко мне подплывает чашка с питьем. Хватаю ее и делаю глоток – и только потом приходит мысль, что питье может быть отравлено. Но стоит мне с ужасом воззриться в чашку, как она выскальзывает из моих пальцев и летит к колдуну.

– Это зелье для восстановления сил. Не хочешь – не пей, – хрипло говорит колдун и делает глоток, но потом снова возвращает чашку ко мне. – Ты спрашивала, что это было? Замещение. В нашем мире есть заклинание, разработанное специально для таких случаев, после, скажем так, фиаско с принцем Бродом. Оно работает только если человек пережил свою казнь. Мне нужно было заглянуть в твою память и просмотреть воспоминания, чтобы понять, кто ты. Ты должна была видеть собственную казнь на виселице, но это слишком тяжелое, травмирующее воспоминание. Поэтому я немного изменил заклинание, чтобы оно показало тебе другого человека.

– Почему? Не верю, что ты меня пожалел!

Колдун вытирает пот со лба, в темных хищных глазах мелькает что-то странное, почти личное. Но потом оно исчезает, сменяясь усмешкой:

– Умная девочка. Я понял, что ты не из этого мира, и решил просмотреть воспоминания сразу двоих, и души, и тела. И Нади, и Дары. А если бы ты смотрела сцены своей казни, этого бы не вышло. Поэтому я изменил заклинание так, что оно подсунуло тебе нечто похожее на то, что переживала ты, но с другим человеком. Видишь, его тоже душили и тоже спасли, но не у нас, а где-то в одном из других миров. Был риск, что ты вырвешься и я не смогу погрузиться, но ты, умничка, прониклась и все досмотрела.

Усмешка на губах колдуна выглядит усталой… и в то же время пугающей. Мне очень хочется глотнуть еще зелья, но я боюсь, что там все-таки яд. Хотя зачем? Ему не нужно меня убивать, достаточно просто сказать регенту, что я не из этого мира.

– Не бойся, Надежда, я ничего никому не скажу, – колдун ухмыляется так, словно прочитал мои мысли. – Вернее, скажу, что ты лишилась памяти после виселицы. Я скажу, что веревка Брода не врет, это не мошенничество, и ты невиновна. А о том, что ты попаданка, я промолчу. Более того, я смогу передать тебе воспоминания Дары. Медариэны. Не все, конечно, а то ты рехнешься, но того, что есть, хватит, чтобы ты могла ориентироваться в этом мире. Но, дорогая моя, это будет не просто так. Я хочу кое-что взамен.

___________________

Друзья, если кому интересно, колдун случайно наткнулся на события из моей книги "Первая. В тени государевой": https://litnet.com/shrt/lQus