Сбежавшая жена. Хозяйка лавовых полей

Глава 10

Длинный кинжал из булавки я использую для того, чтобы вскрыть секретер и забрать оттуда документы. Память говорит, что их никто не трогал, всем просто было не до этого. Паспорт – в этом мире тоже есть паспорта, откуда же им не быть – забрал прокурор, передавая дело в суд, но все остальное осталось, и, думаю, это вполне подойдет, чтобы доказать жителям замка в Лавовых полях, что я никакая не проходимка.

Я не была взломщиком ни в одном из миров, и ковыряться кинжалом в замке секретера приходится долго, но в итоге он поддается. Кроме документов я забираю и драгоценности. Укладываю все в дорожный мешок с лямками, обнаруженный в шкафу, надеваю простую строгую дорожную одежду: шерстяное платье, непромокаемый плащ, ботинки какой-то странной, непривычной моды. Запасную одежду тоже убираю в мешок. Деньги, выданные колдуном, так и лежат на столике вместе с картой, пропал только золотистый компас – мрачно шучу, что придется ориентироваться по мху на деревьях. Собрав все, вешаю мешок на спину – неудобно, но вроде терпимо.

Теперь нужно как-то выйти из комнаты. Вот как можно было додуматься поселиться в покоях с замком, не открывающимся изнутри? Но Дару все устраивало, увы. Она до последнего смотрела в рот своему супругу. Пока не стало поздно.

Пока я вскрываю кинжалом замок, выясняется еще один неприятный нюанс: если вот так встать у двери, можно услышать томные стоны из соседней комнаты – там, где спальня супруга. Похоже, любовники приступили к играм далеко не сразу.

Стоны тихие, приглушенные, доносящиеся как минимум через две двери, но все-таки слышные. В особо интересных местах рыжая вскрикивает, а герцог издает хриплые звуки, отдаленно напоминающие рычание. На очередном «о да, Гарн, глубже» замок поддается, и я чуть не роняю кинжал от напряжения. От моих усилий дверь выглядит зверски расцарапанной, словно они заперли внутри огромного кота.

Затихаю и решаю выждать. Заснут? Разойдутся по своим комнатам? Вспоминаю, что у рыжей ее и нет – она никогда не наглела настолько. А, может, напротив, наглела, потому что вместо покоев проводила ночи в прокурорской спальне, буквально в нескольких метрах от комнаты его несчастной жены.

Знать бы еще, сколько у меня времени! Часов почему-то тут нет, и это ужасно неудобно.

Я так и стою у двери, мрачно прислушиваясь к звукам из спальни моего прокурора. Как же это все-таки унизительно! Даже мой супруг с Земли, с которым мы разбежались на почве моего лишнего веса, никогда не позволял себе подобное! В последние месяцы перед разводом я знала, что у него есть любовница, и даже подозревала, кто именно, но, если бы она хоть раз заявилась в наш дом – ха! Они огребли бы вдвоем с моим неверным супругом.

Жгущая душу обида не утихает вместе со стонами рыжеволосой шмары. И даже когда они с прокурором затихают окончательно, укладываясь спать, я все еще злюсь.

На всякий случай я выжидаю еще полчаса. Выскальзываю в коридор, закрываю дверь в собственную спальню… и понимаю, что дверь к прокурору приоткрыта, и из комнаты доносится сопение.

Осторожно заглядываю: прокурор. Спит, раскинувшись на кровати, абсолютно голый и ураганно красивый.

Вторая половина кровати пуста.

Из ванной доносится плеск. Она у нас с прокурором вроде как общая, но вход из коридора, а не из комнат, что было бы логично.

Я понимаю, что это любовница – все-таки проморгала! – и что сейчас она увидит меня, и торопливо укрываюсь в прокурорской спальне. Вытаскиваю из ворота снова уменьшенный до размера булавки кинжал – я не смогу воткнуть его в живого человека, но можно же пригрозить! – но взгляд падает на туалетный столик. Туда небрежно брошено платье любовницы, и я вспоминаю, что в кармане у нее была маленькая коробочка с обездвиживающим порошком. Тем самым, чье действие я испытала на себе!

Что, если?..

Не додумав мысль, шагаю к платью. Света из коридора достаточно, чтобы видеть, куда я иду. Обшариваю карманы, и вот она, табакерочка как из сказки. Помню, она брала порошок не руками, а платком.

Хватаю тонкий комочек ткани, обматываю пальцы, запускаю руку в шкатулочку и обильно посыпаю спящего прокурора.

Он вздрагивает и застывает, одеревеневший. Но вроде дышит.

В коридоре что-то скрипит.

Схватив табакерку, я застываю у двери.

В спальню вплывает любовница в халате… и получает щепотку пыльцы в лицо.

Секундное замешательство, как у меня, а потом тело девушки деревенеет. Подхватываю, не давая упасть, аккуратно опускаю на прикроватный коврик.

Склоняюсь над ней, чтобы убедиться, что девушка дышит – я все-таки не хочу убивать ее – и ловлю взмах ресниц. Ага, ясно. Прокурор пойман спящим, а с любовницей то же, что и со мной – она просто обездвижена. Что ж, попробуем увеличить дозу, а то решит, как и я изобразить Беатрикс.

Трясу над девушкой куском ткани, посыпая ее пыльцой до тех пор, пока ресницы не застывают.

Отступаю, окидываю взглядом два неподвижных, застывших тела и убираю табакерку в мешок. Пригодится.

Ну все, пора и честь знать. Мне еще ехать в лавовые поля.

Выскальзываю из спальни… и взгляд падает на дверь в чулан. Вспоминаю, что его тут не принято закрывать, и захожу внутрь. Первая мысль – посмотреть, что может пригодиться в дороге. Но стоит мне увидеть набор инструментов…