Сбежавшая жена. Хозяйка лавовых полей

Глава 20

– Мне кажется, в последние дни перед казнью она уже ничего не хотела, только поесть досыта, – говорит колдун. – А ты больше всего на свете мечтала быть стройной. И вот вы поменялись телами. Теперь она кушает досыта, а ты – стройная.

Да, у бывшей Дары в моем теле все хорошо. Я видела ее глазами и чувствовала, как она счастлива. И не одна, а с соседом Борисом, надо же! Помню этого Борю, он действительно был любителем женщин в теле, но кто бы мог знать!

Фландора успокоилась. Она уже не смотрит на меня ни волком, ни засушенной мумией волка. Немного улыбается даже, когда предлагает помощь и деньги. Сдержанно, но вполне искренне.

Я не отказываюсь. Деньги на восстановление Лавового замка не помешают. Мне бы только до следующего сбора налогов продержаться, прокурору-то я их больше не отдам. Интересно, как он там? Привык к новой прическе? А к прическе своей любовницы? Фландора шипит, что он пожалеет, и очень серьезно, и я склонна ей верить. Но это, конечно, не означает, что она помчится мстить прямо сейчас. Нет. Месть будет взвешенной и обдуманной.

– Пожалуйста, постарайся не испортить отношения между королевствами, – осторожно напоминаю я. – Для Нади это было важно. Уж это я прекрасно помню!

– Разумеется, – голос Фландоры снова становится сухим, сдержанным.

Ее вечно шатает от сухости до резкости, а живого тепла маловато. И не только в отношении меня. Корин шипит мне на ухо, что у сестры всегда так. Ее тяжело назвать душевным человеком, а тех, кто испытывает к ней искреннюю привязанность, по пальцам можно пересчитать.

А когда я спрашиваю, откуда такая информированность насчет дел королевской семьи Елье, колдун начинает ехидно смеяться. Да так, что я понимаю все без каких-то дополнительных уточнений.

Потому что настоящего шпиона Елье прокурор как раз проморгал.

Правда, колдуна все равно потом вышвырнули, так что цель, можно сказать, была достигнута.

Фландора и Корин вернутся в королевство Елье завтра, а сегодня они еще гостят у меня. Всем моим домашним велено не высовываться. Сначала мы с гостями гуляли по Лавовому Замка и вели долгие, местами неловкие разговора, а теперь расположились в пристройке, прогнав с кухни кухарку. Я пеку сочники по любимому рецепту, Фландора молча за этим наблюдает, а Корин крутится рядом, заглядывает в печку и поминутно спрашивает:

– Когда это можно будет есть, Дара? Ну когда?

– Скоро первая партия, – говорю я.

Сочники – это легко и быстро. Даже в местной странной магической печке, к которой я до сих пор привыкаю. И ингредиенты самые простые, без заморочек: сметану, масло, творог и яйца мы покупаем в деревне, с содой тоже проблем нет, и только белую, высококачественную муку пришлось везти из города – на Лавовых Полях пшеница не растет. Рецепт тоже легкий: сначала тесто на соде и сметане, потом начинка из творога с яйцом и сахаром. Свернуть тесто в шарик, раскатать, положить на одну половинку немного начинки, прикрыть второй, не защипывая края – и в духовку. То есть в печку. А вот с эклерами я, конечно, вчера намучалась. Домашним, конечно, понравилось, но, на мой взгляд, их уровень – это жуть в колодце кормить. Все же тут и продукты немного отличаются, и технологии. С другой стороны, когда-то же надо привыкать.

Вкусив сочники, колдун любезно соглашается посмотреть жуть в колодце. Хотя и добавляет, что не просто так. Но он еще не придумал, что конкретно за это возьмет.

– Что это за мелочность?! – шипит Фландора, когда мы подходим к колодцу. – Корин! Поставил ценник на все?!

– С Фильмурзином будешь так разговаривать, – фыркает колдун.

Но все-таки наклоняется над колодцем, всматривается. Потом протягивает руку, и я вижу, как его пальцы скрючивает, как в судороге. Синеватая паутинка вен на миг становится золотистой, а потом гаснет. Колдун лезет в карман, достает мешочек с вышитой буквой К, запускает руку и вытаскивает… нечто, больше всего похожее на маленькие макароны в виде букв из моего детства. Только не желтые и сухие, а темно-синие.

Три тщательно выбранные буквы летят в колодец. Корин снова смотрит туда, прислушивается и словно даже принюхивается. Ведет рукой над колодцем и наконец серьезно констатирует:

– Там кто-то есть.

Я даже фыркаю от разочарования – а то мы не знали! – и колдун, недовольно взглянув на меня, продолжает:

– Что-то есть, но словно едва ощутимое. Удивительно, что я не чувствую мощной магии. Даже странно. От сильных магических тварей прямо-таки разит магией, а слабое создание не выжило бы в колодце три года. И… и еще оно будто связано с замком. Очень странно.