Сборник коротких рассказов

Пока жизнь не разлучит нас

Ты был со мной со дня моего рождения, когда я только родилась. Ты незримой тенью шёл за мной, оберегая от напастей. Ты защищал меня и любил. А я тебя ненавидела, желая хоть день пожить без тебя. И, знаешь, когда ты исчез из моей жизни, то… Я ощутила, что мне так сильно тебя не хватает. 

Клаус, я скучаю.

Мне нужна была тишина. Немного чёртовой тишины, чтобы понять, как сильно я к тебе привязалась, чтобы осознать, что ты часть меня. И понять, что когда ты исчез, от меня словно оторвали часть меня, часть моей души и сердца.

Клаус, молю, вернись.

Но ты не услышишь этого немного крика. Ты дух, который сопровождал меня всю жизнь. Мой ангел-хранитель. Мой спутник навеки.

И, знаешь, Клаус, хоть ты и был до чертей надоедливым спутником, ломающим чужие жизни, я всё равно любила тебя и ненавидела. Но, твою мать, любовь была сильнее ненависти.

Спасибо тебе за всё.

Кэролайн Форбс, девчонка с голубыми глазами и золотистыми волосами. Девчонка из семьи, в которой отец и мать ссорятся каждый день. Девчонка, в доме которой творятся необычные вещи.

Меня боялись во дворе. Ведь любая игра, после которой я плакала тихо в доме, оборачивалась поджогом или удушением, не смертельным, для обидчиков.

Кэролайн, девочка-ведьма. Мисс Форбс, у которой есть хранитель. И имя ему Никлаус. Клаус, бестелесный дух, который так часто был со мной, когда мне было одиноко. Клаус, который оберегал меня от ночных кошмаров. Тот, кто рассказывал мне сказки перед сном, играя со светом ночного фонарика. Тот, кто рисовал губной помадой на зеркале забавные рисунки, когда мне было одиноко.

Я помню нашу с тобой первую встречу. Кажется, в сентябре. Опавшие листья ковром застилали землю возле озера, а я сидела на каменистом берегу и кидала мелкие камешки в воду. Другие дети боялись играть со мной – никто не знал, как обернётся в следующий момент игра. Жизнью или смертью. Даже я этого не знала, хотя ты тихо шептал мне на ухо, что будет дальше. Показывал будущее. И тогда я увидела тебя в блеске воды: насмешливый взгляд зелёных глаз, немного кудрявые, каштановые волосы. И улыбка, которая вызывала дрожь в коленях и невольную покорную улыбку. Улыбка, вызывающая благоговение. Знаешь, ты был похож на психа или маньяка. 

Но…Что-то внутри мне говорило, что меня ты не убьёшь. Ты не сможешь.

Я от воды тогда шарахнулась, испуганно вскрикнув. А ты, мне помнится, присев рядом со мной и приобняв за плечи, как родитель, выложил своё имя из красных листьев: «Меня зовут Никлаус. И я покажу тебе весь мир, милая Кэрри»

А помнишь, как ты появился у меня в ванной, в отражении большого зеркала? Я примеряла новое платье, а ты появился на секунду за моей спиной. Но тогда ты успел шепнуть, что не видел девушек красивее меня. А на зеркале помадой вывел Sweetheart.

И в ту ночь же, когда парень, Дэймон, грубо снимал с меня это платье, был груб со мной в постели. Он стягивал платье, растягивая тонкую ткань, сдирая бисерные вставки. Властно кусал меня за шею, не обращая внимания на мои слёзы и страх. Не внимал моим молитвам прекратить. Я помню его грубые пальцы в себе, а потом и член. Мне было смертельно больно. Но мне показалось, что так и должно быть. Я заслуживаю такого. Мисс Форбс, блондинка-ведьма из Нового Орлеана.

И даже тогда ты тоже видел всё это, хотя я просила тебя не влезать.
«Не убивай его. Не на моих глазах», – прошептала я тогда, смотря куда-то в потолок, пока Дэймон возился сверху, запутывая пальцы в моих волосах и держа меня за руки над головой.

И ты выполнил мольбу. Не на моих глазах. Как я и просила. Ты убил его на кладбище, рядом с могилой древнего вампира. Разорвал сердце внутри груди. Как тебе это удаётся с таким каменным спокойствием? Ты же чувствуешь, я знаю. И ты будешь за меня убивать. Это страшно, знаешь?

Помнишь того извращенца-преподавателя? Который зажал меня в углу аудитории. Кажется, ты убил его ножницами в почку.

«Спасибо» – обессиленно тогда прошептала я. Мне казалось, что ты сидел рядом со мной и обнимал так, как никто в жизни меня не держал. Нежно, сильно и заботливо. Крепко и властно. В твоих объятиях, Клаус, я чувствовала себя спокойно и защищённо. Я бы так хотела поцеловать тебя в губы, чтобы ощутить твою близость. Но, alas.

Кстати, Клаус, ты как-то обещал показать мне весь мир. И что же? Ты слинял и не выполнил обещания. Ты растворился в зимнем утре, словно тебя и не было. Это было много лет назад. С того времени много зим сменилось. Кажется, сорок. Мне тогда было тридцать.
Я всё это время была одна. В душе была болезненная пустота, которая росла с осознанием того, что ты ушёл за Грань мира живых.

«Ты же знаешь, Клаус, что я навеки твоя?»

«Да, Кэрри. Я знаю».

И сейчас, когда мои часы тикают втройне быстрее, сейчас заканчивается моя жизнь. Это последнее мгновение, когда живу, дышу старческими лёгкими, умирая в одиночестве…

… Мои ноги касаются пушистой травы, что заставляет всё моё тело трепетать от счастья.
«Это рай, Клаус?» – я шепчу одними губами, с удивлением смотря на всё вокруг. Такое живое, яркое и неземное.

«Нет, Кэрри, это наш с тобой мир», – твои руки касаются моих плеч. Я тебя ещё не вижу, но чувствую тебя рядом. Мне кажется, что если шевельнусь, то сгоню это волшебное мгновение близости. Не тела — души.

От тебя веет уверенностью и силой. Я чувствую, как ты целуешь меня в волосы и крепко-крепко обнимаешь. Прижимаясь к тебе, позволяю себе отдохнуть и вновь почувствовать связь с тобой
«Love, я же обещал тебе показать весь мир?» – твой голос тихий и чуть хриплый. – Пошли. Наш мир ждёт нас».

И ты берёшь меня за руку, ведя в свой мир. Мы идём, а под нашими ногами расступается земля, оголяя живых.

Мы идём вместе. Навеки. Пока жизнь не разлучит нас.