Сборник рассказов

Глава 4

Вздрагиваю, когда многопудовые ворота из толстой древесины, обитой железом, в один миг захлопываются. Их явно двигает невидимая потусторонняя сила, а вовсе не люди. Человеку, пусть и наделённому значительно силушкой, не поднять такую махину в один миг.

Хотя чему удивляться? В замок старого колдуна пришла, тут и не такие чудеса можно увидеть. Во всяком случае, внутренний голос мне подсказывает, что это именно так.

Вздыхаю и несмело топаю дальше по гладким камням, которыми вымощен двор замка. Вокруг тишина. Лишь ветер шумит, да журчит вода в фонтане. Даже яркие птицы перепархивают с ветки на ветку совершенно бесшумно.

Встречать меня никто и не собирается. Ну что делать, придётся идти самой. Пересекаю двор, направляясь к массивным каменным ступеням, чтобы войти в Кощеевы палаты, но в последний момент передумываю.

А что, если из сада можно убежать? Вдруг там калитка неприметная где-то имеется, или стена в некоторых местах невысока, так что я смогу на неё забраться? Нужно попробовать поискать, а в лапы к старому развратнику завсегда успею.

Решаюсь. Постаравшись придать себе как можно более независимый вид, топаю тихонечко в сад и двигаюсь вдоль высокой стены, окружающей его, вроде как просто гуляю. Ну а что? Попытаться-то можно? А если наткнусь на Кощея или его прислужников, скажу, что сад решила посмотреть, уж больно красив.

Вот только к моему разочарованию, никаких калиток или чего-то подобного обнаружить не удалось. Сколько я ни бродила по ухоженным дорожкам, посреди усыпанных плодами деревьев, ничего даже отдалённо похожего на выход так и не нашла.

Делать нечего, придётся идти сдаваться на милость старика. Тем более что небо темнеть начинает, солнце к самой земле укатилось, вот-вот скроется из виду.

Возвращаюсь к каменным ступеням и медленно поднимаюсь по ним. Останавливаюсь у двери и некоторое время собираюсь с духом, чтобы потянуть на себе кованое кольцо. Неудобно как-то. Вроде как без спросу в чужой дом врываюсь. С другой стороны, не сама ведь я сюда заявилась, Кощей потребовал девицу в уплату долга.

Вновь вздыхаю и отворяю тяжёлую дверь. Она легко поддаётся, как будто кто-то подталкивает её изнутри. Но к моему удивлению, в просторном зале, куда я попадаю, переступив порог, никого нет.

Здесь светло от множества светильников, развешенных на стенах, и пусто. Потолки такие высокие, что теряются во мраке, полы каменные, в резные оконца видно потемневшее небо, а стены расписаны растительными узорами.

– Эй, хозяин! Есть кто дома? – робко подаю голос.

Он разносится по замку гулким эхом, заставляя меня невольно поёжиться. Пусто и при этом тихо, как в склепе. Неужто старик действительно умер? Если так, то кто же тогда отворил мне ворота?

Шагаю дальше. Сердце заходится в скачке от дурного предчувствия. К тому же я не знаю, куда идти, да и зачем это делать, тоже пока непонятно.

Впереди сводчатыми арками меня встречают всё новые и новые залы, такие же пустые и гулкие, отличающиеся друг от друга лишь росписью на стенах, да количеством светильников: в одних их много, так что глаза режет от света, а в других почти нет, поэтому приходится пробираться в полутьме.

Блуждаю по замку долго, пока окончательно не выбиваюсь из сил, но так и не встречаю ни единой живой души. Мне бы отдохнуть, да и есть очень хочется, но в этом проклятом месте присесть можно разве что на каменные плиты пола, а уж о съестном и речи нет.

Отчаявшись, решаю вернуться в сад. Там беседки, на деревьях спеют яблоки и груши, всё лучше, чем ничего.

Отправляюсь в обратный путь и вновь долго-долго бреду по каменным залам, вот только они никак не заканчиваются. Вроде бы уже должна выйти к входной двери, а её и след простыл. Лишь новые и новые залы, теперь уже даже без окон.

– Да что за напасть?

Ноги гудят от долгой ходьбы, живот сводит от голода, но к этому состоянию я привычная, больше тревожит окружающая обстановка, уж очень мрачно и тоскливо в этом каменном царстве. Вот только сил идти дальше, у меня нет.

Совсем уже было решаюсь опуститься на холодный пол, прижаться спиной к стене и переждать до рассвета, или хотя бы немного отдохнуть. Неожиданно замечаю в стене неприметную дверцу, которую ещё минуту назад в упор не видела.

– Что за чудеса? – выдыхаю удивлённо.

Оглядываюсь по сторонам, вдруг ещё что-то изменилось? Но нет, вокруг всё по-прежнему. Боязно делается, но любопытство берёт верх. Подхожу, легонько толкаю дверь и осторожно заглядываю в приоткрывшуюся щёлку.

А за дверью – опочивальня богатая. В углу кровать с множеством перин и подушек, под бархатным балдахином. На стенах вышивки искусные, на полу пушистый ковёр. У оконца столик резной, а на нём яства разнообразные, напитки в кувшинах, столовые приборы разложены на одного едока.

Даже от двери чувствую запах жареного мяса, свежего хлеба и травяного взвара с мёдом. Бедный живот мой скручивает от голода, но войти и попробовать еду не решаюсь. Никто ведь не приглашал, да и не для меня стол накрывали, а уж палаты точно не по мне.

Прикрываю дверь, чтобы сладкими запахами не дразниться, и усаживаюсь на ледяные плиты полу напротив входа. Подожду здесь, авось хозяин явится в свои покои и скажет, наконец, куда мне отправляться на ночлег.

Вот только сидеть приходится долго. Устала, замёрзла, но так никого и не дождалась. Время уж за полночь перевалило, а хозяина опочивальни всё нет.

«Может, это для меня приготовили? Я ведь теперь вроде как невеста Кощеева?» – всё чаще начала посещать настойчивая мысль.

В конце концов, умаявшись окончательно, толкаю дверь и вхожу в комнату. Здесь всё так же тихо, свечи на столе горят, от еды пар идёт, будто бы её только что приготовили, а между тем времени прошло довольно много.

В углу умывальник резной стоит, над ним вышитое полотенце. Иду первым делом к нему, умываюсь, да руки мою, перед тем, как сесть за стол. А потом усаживаюсь на краешек лавки и принимаюсь за еду.