Сборник рассказов

Глава 9

Подбегаю к ограде и замираю как вкопанная. Калитка исчезла!

Видимо, коловерша закрыл за собой, испугавшись леснявок. И что мне теперь делать? Как её искать?

Ещё и шорох в кустах за спиной пугает, кажется, что большеротые нечистики щёлкают своими острыми зубами, и от этих звуков мороз по коже.

«Так, не время дрожать! Нужно попасть в замок! — мысленно убеждаю саму себя. — Ничего, сейчас что-нибудь придумаю. И коловерша не такой дурак, что бросать меня в лесу, это ведь ему нужно избавиться от призраков, значит, ждёт где-то поблизости».

Эти думы слегка успокаивают. Да и чего мне, собственно, бояться? С леснявками я не ссорилась. Правда, если не выведу к ним домашнего духа, они могут осерчать. Но об этом подумаю позже.

Подхожу ближе к каменному забору и принимаюсь внимательно его разглядывать. На вид это цельная стена без единого зазора. Странно! Где же калитка?

Начинаю шарить свободной рукой, второй же, придерживаю объёмный пучок трав, завёрнутый в подол понёвы. Вот только найти ничего не получается. Ладонь ощущает лишь холод камня. Монолит, а не стена. Никаких калиток и в помине нет!

— Эй, коловерша! Впусти меня, пожалуйста, — зову тихонько.

В ответ тишина. Лишь кусты шелестят всё ближе, будто сами собой подступают к ограде. А оттуда сверкают глазами и щёлкают острыми забищами лесные жители.

Ой-ой-ой… Надо что-то делать!

Решаю идти вдоль забора, ища вход. Может, я в другом месте вышла из леса? На другую тропинку свернула? Мало ли…

Бреду дальше, на всякий случай постукивая кулаком по стене.

— Эй, девица! Долго будешь копаться? Выполняй обещание, мы ждать устали! — раздаётся зловещее шипение из кустов, и лесная нечисть начинает выползать из своего укрытия.

— Ой, батюшки светы! Чур меня! — восклицаю, прижимаясь к стене.

Неожиданно она куда-то проваливается, а следом за ней падаю навзничь и я.

— Ой-ой-ой! — кричу, стукаясь спиной о землю, и зажмуриваюсь, ожидая, что зубастые твари вопьются в плоть, и растерзают меня на мелкие кусочки.

— Чего визжишь? Режут, что ли? — раздаётся совсем рядом ворчливый голос коловерши.

Распахиваю глаза, оглядываясь по сторонам. Я лежу в саду, а от леса и его нетерпеливых обитателей меня отделяет высокий забор. Домашний нечистик стоит рядом, потирая свои пушистые ладони.

Фух… Так-то лучше.

— Ты чего меня бросил? Эти леснявки чуть было не сожрали!

— Чего сразу бросил? Караулил сидел, задремал чуток. Но вовремя спохватился. А это самое главное, когда вовремя.

— Ладно, чего уж теперь…

Поднимаюсь, собираю в понёву рассыпавшиеся травы. Руки немного трясутся, но это ничего, сейчас пройдёт. Ишь, пугать меня вздумали! Нечистики окаянные!

— Ну идём, ритуал проводить.

Шагаю вслед за коловершей к замку. Чтобы попасть туда, необходимо пересечь весь сад. Но как только я сворачиваю на одну из тенистых дорожек, мне навстречу выходит вчерашний котяра.

Коловерша мигом ныряет в раскидистый розовый куст, растущий поблизости. Похоже, ему не особо хочется встречаться с опасным зверем.

Баюн замечает меня и прищуривает огромные, круглые глазищи.

— Хороший котик… — бормочу, вспоминая его зубы и когти в тот момент, когда он шипел на молодого Кощея.

Пушистая морда принимает умильное выражение, будто бы улыбается. Хищная зверюга медленно и бесшумно переступая лапами, приближается ко мне.

— Ты где, там Баюн? Я один, что ли, искать должен? — голос Гордея заставляет кота остановиться.

— Тю, ты! Леший его побери! Вот явился на мою голову! — зло бормочет кот. — Так, ему и дадутся в руки денежки папаши! Как же! Старый хрыч заклятье на клад наложил, от таких вот наследничков!

— Правда? А что за заклятье? — во мне живо просыпается любопытство.

До жути люблю истории про таинственные, заколдованные клады.

— Да уж такое, что сыночку богатства не видать. На чистую душу, — отвечает Баюн, усаживаясь на задние лапы и потягиваясь.

— Надо душу невинную загубить? — выдыхаю, прижимая руки к груди.

— Да, нет. Можно и не губить. Просто человек с чистой душой может отыскать этот клад. А у Гордея с этим неважно. Гордыня, знаешь ли, дело такое. А за ним и другие грехи имеются. Список немалый.

— Ах ты паршивец пушистый! Ты чего тут на меня напраслину наводишь! — сын Кощея неожиданно появляется из-за раскидистой яблони.

Кот, видимо, не желая, чтобы ему опять подпалили хвост, живо вскакивает и ныряет за розовый куст, усеянный крупными, душистыми цветами.

При свете дня Гордей выглядит ещё внушительнее. Высокий, статный, чёрные волосы, гладкие как дорогой шёлк, синевой отливаю на солнце.

Хорош! Ничего не скажешь.

Краснею и отвожу глаза. Негоже девушке на молодца так смотреть. Но, похоже, он замечает моё внимание.

Я живо предпринимаю попытку исчезнуть, да только ничего не выходит.

Темноволосый молодец с грацией хищного зверя подходит ко мне и преграждает путь.

— Ты ещё здесь, красавица?

Протягивает руку и приподнимает моё лицо за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

— Здесь… — шепчу испуганно.

Что-то не нравится мне его внимание. Знаем, проходили! Чувствует сердечко, что до добра оно не доведёт.

— Не послушалась, значит, ягодка сладкая, не ушла… Что же… Так лучше, — склоняется прямо к моему лицу, опаляя дыханием кожу.

Замираю, не в силах сдвинуться с места. Необычные чувства различаются по телу, заставляя его наливаться тяжестью, непривычной, тягучей, сладкой… Что это со мной такое? Никого ведь такого не было…

– Да, так лучше… А идём-ка на лавочке посидим, я тебя яблочном наливным угощу, – сильные пальцы аккуратно, но крепко обхватывают мою руку, и Кощей увлекает меня вслед за собой.