Сборник "Взгляд в темноту"

Всё и сразу

Некто сзади аккуратно снял черную повязку с глаз Валеры, и он обнаружил, что находится в просторном зале с высоким сводчатым потолком и толстенными колоннами. Прямо как в каком-нибудь соборе в Италии или Англии, внезапно пришла мысль. Хоть Валера там никогда и не был, но представлял древние религиозные сооружения именно так.

В центре зала друг напротив друга стояло несколько массивных кресел, которым позавидовал бы даже трон императора Российской Империи. От смешанного чувства восхищения, изумления и страха во рту Валеры пересохло. Он бы так и стоял и смотрел на все это, если бы один из сидящих в ближнем кресле мужчина – невысокий и полноватый, с блестящей проплешиной на макушке – не окликнул его:

– Что же вы стоите, уважаемый?.. Прошу, проходите, не стесняйтесь. Занимайте свободное место.

С большим усилием Валера заставил себя сделать первый шаг, помешкал секунды три и почти крадучись направился к единственному свободному здесь креслу. В остальных «царских тронах» уже восседали люди – мужчины разных возрастов, разодетые в какие-то свободные светлые то ли хламиды, то ли рясы. Пока Валера неуверенно шагал к свободному месту, вслушиваясь в отражающиеся звонким эхо стуки своих шагов, он буквально ощущал, как его всего насквозь прожигают многочисленные взгляды присутствующих. Он чувствовал себя актером театра, впервые вышедшим на большую сцену и от волнения забывшим текст.

– Вот вы и здесь… – произнес тот же самый мужчина, что предложил ему сесть.

Валера вымученно улыбнулся и кивнул. Осторожно оглядел всех присутствующих, и его взгляд тут же примагнитился к полу. Он остро ощутил, как его щеки обожгло румянцем, а сердце от волнения стало отбивать монотонный ритм, отдающий точно в уши. И зачем он сюда приперся?.. Вот же придурок!

– Ну что же ты, Филипп… Разве так приветствуют новеньких? – развел руками другой мужчина – худой, широкоплечий, с жидкой темной бороденкой.

Тем временем Валера приказал себе поднять взгляд и снова осмотрел присутствующих. Выглядеть набедокурившим школьником, которого привели на суд учителей в директорский кабинет, ему совершенно не улыбалось. Чтобы отвлечься от тревожных мыслей, он начал пересчитывать собравшихся тут мужчин. Их оказалось двенадцать. Все по-прежнему смотрели на него. Без особого интереса, даже скучающе.

– Как ваше имя, молодой человек, – прозвучал строгий голос еще одного из присутствующих – мужчины, вольготно запрокинувшего ногу на ногу и раскинувшегося в кресле так, будто весь мир принадлежал ему одному.

– Валера… Валерий, – ответил «молодой человек», которому уже давно перевалило за сорок, и кашлянул в кулак. Мысленно похлопал себя по щекам, резко зажмурился и распахнул глаза. Как и всегда, проделанный десятки раз финт помог взбодриться. Чем бы все это не закончилось, отступать и паниковать уже поздно. Он уже здесь, и он пойдет до конца.

– Валерий… замечательно! – кивнул мужчина. – Рады приветствовать вас в нашем узком кругу. Вы так отчаянно стремились попасть к нам, что мы решили вас принять в свои ряды.

«Неужели это правда?! Неужели я не сплю?!» – вонзилась в мозг Валеры острая как кончик ножа мысль. Рассылая свои письма, он и не надеялся на подобный исход. Но вот он здесь, перед ними… перед избранными мира сего.

– Чувствуйте себя как дома, – произнес мужчина, которого назвали Филиппом, и провел ладонью по воздуху, словно указывая на все окружение сразу.

– Мы перед вами, и мы вас слушаем, – снова произнес «вольготный» мужчина.

Валера тихо откашлялся в кулак, облизнул губы и с ужасом и подкатывающим отчаянием понял, что его голова абсолютно пуста. Сотни раз он фантазировал, как попадет на подобный прием, представлял, с каким самозабвением будет говорить и говорить. И вот этот час настал, но все мысли из его головы вымело как после хорошей уборки.

Отщелкивали секунды его жизни. Он открывал и закрывал рот, как немой оратор, но слова не хотели выходить из его рта. Румянец прожигал кожу, пот, медленно скатываясь, щекотал щеки, а в голове по-прежнему было ни пылинки мысли.

– Господа, – развел руками худой и широкоплечий мужчина, тот самый, с жидкой бороденкой. – Вижу, что наш гость сильно волнуется. Давайте не будем давить на него.

– Никто на него не давит, Симон. Валерий хотел увидеть нас и что-то рассказать. Мы здесь и готовы слушать, – сказал «вольготный» мужчина.

Валерий ощутил, как внутри него что-то щелкнуло. И вдруг… нахлынуло. Мозг стал стремительно и с грохотом заполняться мыслями, как пустой резервуар – водой.

– Да! Я хотел вас видеть! – громко и с вызовом вырвалось у Валеры. И он сам удивился, с каким пылом подался вперед, едва не соскочив с «трона». – Я – устал! Мне сорок три года, но все, чего я добился в жизни, – это купил комнату в коммуналке и старенький Форд Мондео с трехсоттысячным пробегом. Я много где работал, и всегда старался на полную катушку, выкладывался по полной, но все, что мне досталось – это букет кредитов, общей стоимостью в два миллиона. Трижды я пытался создать бизнес, но каждый раз прогорал. У меня не получилось создать семью, не удалось найти хороших друзей и обрасти связями. Чтобы хоть как-то справляться с выплатами, мне приходится подрабатывать извозом в такси и просиживать штаны сторожем, охраняя всякий хлам. Я достоин большего – я чувствую и знаю это! Но… я устал, и руки опускаются что-либо делать. Мне нужна помощь!

Все это Валера высказал на одном дыхании, словно выдул партию в тромбон. Разумеется, не все, сказанное им, прозвучало так, как задумывалось, но общий посыл, как ему казалось, он передать все же смог.