Счастье придёт весной. Песнь белого Волка

Глава 1.1

Глаза волка были прямо напротив моих. Смотрели мне в самую душу.

Я не смела пошевелиться. Оцепенела от страха. Даже дышать перестала.

— Не может того быть… — послышались шепотки другой черни. Они все стояли на коленях и лбами в деревянный пол. Так должно было стоять и мне, да только не теперь, когда Волк-Вожак остановился напротив. Его массивные лапы с черными когтями были слишком близко.

Он шевельнул носом, обнюхивая меня. Словно пытаясь разобрать среди запаха копоти и пота, которыми я пропиталась, то, что он искал и хотел почуять.

Я же сама не знала, чего хочу больше. Чтобы он ошибся и ушел, чтобы все это оказалось недоразумением. Или чтобы он подтвердил свой выбор. Выбор, с которым никто не решится спорить.

Два удара моего сердца, но этот миг растянулся в целую вечность.

Волк фыркнул. А после задрал голову и коротко взвыл.

Мне захотелось зажать уши ладонями.

— Ой, что теперь будет…

— Ярл ее убьет, не позволит…

— Вожак ведь выбрал!

— Ведьма, наверное.

— Тише вы!

Я слышала обрывки фраз за своей спиной, и они перекликались с моими же мыслями.

Не должно черновой девке, чужачке, взявшейся из ниоткуда, становиться женой Арвида, сына Танвальда, великого ярла Стеклянного Фьорда.

Не должно, но Волк-Вожак стоял напротив меня. И его проникновенный вой обозначил выбор.

Арвид возьмет в жены чужачку. Ту, что собирались продать на невольничьем рынке, едва сойдет по весне снег и даст дорогу через перевал к землям великих равнин. Ту, чье лицо покрыто сажей, а одежда изорвана.

Ту, что прежде падала на колени и не смела поднять даже взгляда на великого ярла и его семью.

Двери в дом черни были открыты. И в проходе стоял старейшина — высокий сухой мужчина в длинной бесформенной робе. Свидетель случившегося. Глаза его были обведены черной краской, а седые волосы собраны во множество косиц со звонкими монетами.

— Вожак сделал выбор, — огласил он людям, которые стали подходить следом. И среди них, к своему ужасу, я увидела ярла Танвальда и сына его, Арвида.

Впервые я смотрела на Арвида открыто. Впервые он сам поймал мой взгляд.

И, похоже, теперь его презрение станет моим каждодневным спутником.