Счастливая семья или муж-невидимка

20. Запретная любовь

 Мирослав сидел в коридоре, дожидаясь врача. Волнение и страх сковали тело. Он ехал из дома к друзьям, переваривая в себе речь своей сестры. Алла сказала:

- Мир, оставь свои надежды. Лада на любовь не способна. Ты так и останешься во френдзоне. Ей же никто не нужен, не обольщайся.

Он и сам понимал, что сестра права, но слышать это было неприятно. Размышляя, не сразу заметил, как на дорогу девушка выскочила, прямо под колеса.

- Ты что же счеты с жизнью решила свести, дуреха? – говорил он, выскочив из автомобиля, но девушка не отвечала, лежала без сознания, проверил пульс – живая…

Увез в больницу, хорошо, что рядом. Плохо, что праздник, медперсонал гуляет.

Теперь сидит, волнуется. «Что теперь будет? Наехал на человека. Но она сама виновата. Там камеры стоят, выскочила внезапно в неположенном месте… Хоть бы все обошлось» - думал Мирослав.

- Доктор! Что с ней?

Доктор уже слегка хороший, ответил с улыбкой:

- Жить будет. Сотрясение и перелом ноги. Напрасно девицы каблуки носят.

- А к ней можно?

- Можно.

- Спасибо, доктор…

Он осторожно заглянул в палату.

- Здравствуй. Как себя чувствуешь?

- Ничего… Ой! А я Вас знаю. Вы – Слава, муж Лады Викторовны?

Мирослав криво усмехнулся.

- А Вы… ее коллега, наверное?

- Да, я Настя – тридцать три несчастья – кивнула головой девушка – только я могла оказаться на больничной койке в новогоднюю ночь. Простите меня, испортила Вам праздник.

- Да уж… Хотя у меня и так настроение непраздничное было, а тут еще девушка под колеса кинулась. Мало хорошего. Будете заявлять на меня за причинение телесных повреждений?

- Нет… Что Вы… Сама виновата. Видимо, и наступивший год будет не лучше предыдущего – вздохнула она грустно.

- Не переживайте так, Настя…

***

Закончились длинные выходные, и люди вернулись на работу. Офис ожил. Всеволод провел праздники с дочерью, развлекал ее, как мог, покупал подарки. Марта уехала от них первого числа, позволив дочери провести время с отцом. Несколько раз Всеволод звонил на номер Насти, но никто ему не отвечал.

Лада провела несколько дней с сыном на базе отдыха. Новогодняя елка, праздничные мероприятия, катание на лыжах и санках. Время пролетело незаметно.

- А где наша Настя? – поинтересовалась Лада у Лидии Петровны, как только пришла на работу.

- Так ведь она на больничном, наша Настя – тридцать три несчастья.

- Что с ней опять? – заволновалась Лада.

- Ногу сломала…

- Вот не повезло.

- Как всегда…

***

Настя вышла с больничного и приступила к своим рабочим обязанностям, при этом вела себя, как-то необычно тихо.

- Что с тобой, Настя? Какая-то ты не такая. Как ты умудрилась, ногу сломать? – спросила Лада.

- Поскользнулась, упала…

- Очнулась, гипс – хихикнула Лидия Петровна.

Настя кивнула головой.

- Примерно так.

При этом невезучая девушка боялась смотреть в глаза своей начальнице. Ведь Слава просил не расстраивать Ладу и не говорить, что он является причиной ее травмы. Настя обещала. Пока лежала в больнице, молодой человек регулярно посещал ее, приносил фрукты, подолгу беседовал с нею, шутил, расспрашивал о ее жизни. «Почему он делает это? Боится, что я жаловаться на него буду, так вроде договорились, претензий нет. Сама дура. Бежала сломя голову» - думала она, все больше привязываясь к нему. Каждый его приход ожидала в трепетном волнении. Потом ее выписали, и мать забрала невезучую дочку домой, причитая и охая, ругая дочь на чем свет стоит. Мать почему-то решила, что произошло это по пьяни – напилась, упала посреди дороги…

А Слава уехал на север, обещал писать, и потому Настя чувствовала себя предательницей: она сама того не ожидая влюбилась в мужа Лады Викторовны.

Всеволод Иванович попытался поговорить с ней, объясниться, но Настя избегала этих разговоров. Ей казалось, все в офисе обсуждают ее, вспоминают новогодний банкет. 

- Что-то мне подсказывает, Настя, что наш финдир неровно к тебе дышит – заявила Лидия Петровна.

- Мне это не интересно – буркнула Настя.

- Что так? Мужчина хороший, все при нем, свободный пока. Будешь за ним, как за каменной стеной.

- Он не в моем вкусе.

- Ох ты какая! А на новогоднем банкете танцевали, даже целовались…

- На брудершафт можно… Я девушка свободная, танцую и целуюсь с кем хочу – ответила Настя с вызовом, надоела эта Лидия Петровна с намеками своими.

- И правда, Лидия Петровна, не цепляйте Настю. Если не нравится ей финдир, что такого? Он для нее староват – заявила Лада. А Лидия Петровна глаза вытаращила: Всеволод Иванович стоял за спиной Лады.

- О чем это Вы, Лада Викторовна? Для чего я староват, по-Вашему?

Настя залилась краской стыда, а Лада, повернувшись к начальнику, улыбнулась мило и сказала:

- Всеволод Иванович, Вы так незаметно вошли, не иначе подслушивали наши женские сплетни?

- Ну что Вы, я не специально, просто Вы мое имя назвали. А вообще, мне нужны плановые показатели на год. Будьте добры, зайдите в мой кабинет, обсудим…

Он с интересом посмотрел в сторону Насти, та только ниже опустила голову, погрузившись в свои расчеты. После больничного она вышла на работу в своем привычном образе: очки, конский хвост, белая блузка на все пуговки застегнута, черные брючки, ботинки на сплошной подошве. Но теперь все знали: за серой личиной офисной мыши прячется эффектная привлекательная девушка. Свободные мужчины: юрист и программист стали оказывать ей всяческие знаки внимания.  

В кабинете финансового директора Лада положила синюю папку с показателями на стол Всеволода, и он принялся изучать цифры.

- Вы присаживайтесь, Лада Викторовна, в ногах правды нет – сказал он и Лада послушно уселась на стул, готовая комментировать представленные цифры, сама криво ухмыльнулась. «Мог бы изучить все это в электронном виде… Не для этого он меня позвал»