Счастливчик Финт. Король дорог

11.

Государь задумался.

— Если проиграешь, я, пожалуй, спущу на тебя собак. Или своих лучников. Они возьмут самые мелкие стрелы и устроят весёлую охоту. Смысл в том, чтоб ты немного побегал по лесу, лентяй! Но, как я уже упоминал, сегодня я добр и щедр на милости. Ты можешь спастись, если попросишь помощи того, кого я совершенно не ожидаю. Дело не в том, знаком я лично или нет. Но если ты призовёшь на помощь, к примеру, любую птицу… или белку… согласись, это меня не удивит. Принимаешь?

Финт стрельнул глазами, оценивая свои шансы.

— И каким образом тот, кого я позову, сможет спасти меня от охоты?

— Это уж тебе решать, Счастливчик. Зови того, кто имеет силу помочь.

— А если это существо очень далеко, где-то за границей леса, как его… сюда?

— Я дам тебе зеркало связи и открою через него переход, если помощник согласится тебя спасать.

— Я могу позвать только одного помощника или нескольких?

— Хоть всё братство! Но, увы, я могу этого ожидать.

— Принимаю! Если получится, ты дашь почётное гражданство моим помощникам?

— А у них ещё нет?

— Видишь, ты уже удивлён, — рассмеялся Финт. — Что ж, я тогда пожелаю… если ты не сумеешь честно ответить на мой вопрос, ты обежишь на четвереньках свой дворец! Нынешнюю резиденцию, она невелика. Твои лесные архитекторы сегодня поленились строить что-нибудь существенное, — Финт обвёл глазами просторный тронный зал со стенами из ровной колоннады «королей леса». По приказу придворных сильваров южные дубы и клёны сами сошлись и выстроились с равными промежутками, устроив стены, и сплелись ветвями, сделав ажурный купол, пропускающий тонике лучи солнца, при этом дающий прохладу и тень в полдень.

— Я хотел, чтобы мы играли в скромной обстановке, дабы не смущать тебя нашей роскошью, — с ядовитой тонкой улыбочкой ответил государь.

— Отличная идея. Тогда обежишь зигзагом, вокруг каждой колонны. Идёт?

— Ты забываешься, Счастливчик! — вспылил государь леса, чуть побледнев от гнева.

— Не-а. Не хочешь, не принимай заклад. Я выиграл по первому туру, до свидания! — Финт сделал круговой росчерк кистью возле виска, выставив ладонь, что означало у него ироничный салют.

— Стой! — голос государя леса отдался по всем уголкам поляны, так что невидимые слуги и стража, если таились по кустам, присели от страха. Лесные народы мастерски умели владеть голосом. Только на внутренней врожденной магии посылали шепот на любые расстояния, придавали словам любую громкость…

В эпоху старых королей на турнирах все лучшие герольды были из лесных, и неспроста. Да и Лесное Братство — древний предок Братства Дороги, росло не на пустом месте. Артистизм, тщеславие и самолюбование у лесных принцев в крови. Древние игриски переплавили это в артистизм для публики, но не будь в их голосах настоящего волшебства и проблесков предвидения, чем им было так заворожить публику, что некоторых до сих пор помнят?

Финт обернулся. Молча ждал, пока заносчивый владыка перебесится.

— Принимаю, — сквозь зубы грозно процедил всеобщий государь леса. Зло сузив глаза, уже прицеливался, как отомстить. — Но когда ты проиграешь, а ты теперь несомненно проиграешь, я тебя не пожалею!

— Ага, я не сомневался. Но теперь я хоть постараюсь найти надёжного защитника, если вдруг что… Готов отвечать?

Государь леса кивнул, раскинул мантию, точно крылья, и уселся на троне, окопавшись там, как барсук в норе, готовый защищаться от любых нападений.

Судья, безмолвный и недвижимый, как деревянная статуя, щёлкнул по краю бокала. Второй вопрос. Очередь Финта.

— Даже не знаю, что спросить, чтобы ты не соврал, — Счастливчик тоже вернулся на своё низкое сидение. Терпеть не мог сидеть без опоры, откинувшись на воображаемую спинку, обхватил одно колено, чтобы сохранять равновесие. — Мне кажется, тебе любой вопрос покажется настолько сложным… Мне даже трудно выбрать. Ладно, напомни, сколько у тебя законных деток?

— Трое, — государь леса опустил глаза и сжал челюсти.

— Ты этого совершенно не заслуживаешь, но я тебя пожалею, не стану расспрашивать, кого из них ты больше любишь. В игре ты должен отвечать сам за себя. Поэтому вопросы будут о преемнике власти. Извини, что на больную мозоль, но ставки растут. Ты можешь вечно сидеть на этом троне, и живым тебя отсюда не стащат даже на аркане, но однажды тебе всё-таки надоест править… Ты уже думал об этом?

— Да.

— Ты хочешь, чтобы это случилось раньше или попозже?

— Хоть завтра, — надменно глянул на Финта правитель.

— Ха-ха, храбрец! Знаешь, что до этого далеко, а желать можно что угодно! Ты мог бы предать корону добровольно?

— На это украшение не так много желающих, — государь коснулся изумруда в венце, — но, да. Найдись достойный преемник, я бы охотно уступил главный трон.

Хрустальное эхо подтвердило его слова.

— Хм, достойный… в этом всё дело, — задумчиво сказал Финт. — Достойный это тот, кто тебя самого устроит. А если будет мятеж, борьба за власть? Ты можешь признать лучшим государем того, кого выберет твой народ, а не ты?