Счастливчик Финт. Король дорог

12.

Государь леса глубоко вздохнул, глядя на солнце, пробивающееся сквозь плетение ветвей над тронным залом.

— Да, это на самом деле трудно признать. Но государя выбирает не народ и не высший круг магов, и не провидцы. Его выбирает судьба из всех лесных правителей, от самого мелкого удельного князька какого-то медвежьего угла, до самых могущественных королей эльфов. На жребий я бы согласился. Главный вопрос, что жребий могли бы проводить снова со мной или без моего участия… Ну что ж, судьбе виднее. Я бы согласился в любом случае, ты знаешь, я азартный игрок.

— Как все эльфы! — хмыкнул Финт, слыша, как звонко запела рюмка правды. — Кстати, ты ведь не чистокровный эльф, глаза-то серые. Кто у тебя такой особенный в предках? Ты ведь не дэйк и страшно гордишься коренной лесной кровью.

— Какое это имеет отношение к моему преемнику? — чуть усмехнулся государь, но втайне рад был ненадолго увильнуть в сторону от скользкой темы. — Прабабка была лесной принцессой. Прапра, соответственно, были феи. Светлые глаза это от них. В лесу такой котёл, тут многое перемешалось в родословных.

— Лесные принцессы никогда не находят пары в коренных народах, уж это всем известно. Кто ж был твой прадед? Пастух? Лесоруб? Бедный селянин, которого завлекли ночью в хоровод?

— Понятия не имею, — равнодушно улыбнулся государь леса, никак не ответив на укол в область фамильной гордости, — они ушли жить за границу… Одного из их детей потом похитили феи. Лес потребовал свою жертву. Это был мой дед.

— Гордишься этим знаком судьбы? Их просто выследили и взяли дань. Надеюсь, хотя младшенького, а не первенца. Иначе лесная принцесса могла устроить ба-альшой скандал.

— Не знаю, как было. Но да, горжусь и благодарен предусмотрительности предков. Мне не хотелось бы пасти коров где-то на хуторе, — государь презрительно поморщился. — Где тебе понять, что значит благородная родословная, у тебя никакой нет. Черная кровь! Никогда не пойму, как можно махом отказаться от всех поколений своих предков. Неужели там не было хоть одного, кем стоило гордиться? Впрочем, раз их наследник вырос безродным бродягой, туда им и дорога!

Финт засмеялся, нечувствительный к таким шуточкам.

— Знаешь, если бы я остался послушным наследником своих предков, то вряд ли играл бы в глупые вопросы с государем леса и говорил ему «ты». Я горжусь нынешней родней в братстве и званием короля дорог, мне этого хватает. Продолжим? Среди твоих подданных есть некто, кого ты видишь своим преемником на троне?

Государь опустил глаза и кусал губы, не зная, как ответить. Когда пауза затянулась, хрустальный кубок выжидательно загудел, грозя расколоться.

— Если ответить, не называя имени и примет, то есть, — поспешно сказал праправнук феи.

— Один или несколько?

— Один. Но… Финт, ты понимаешь, я не могу предвидеть будущее…

— Разве? — красноречиво удивился бродяга.

— Гм, ну да… возможно, иногда могу, но никаких видений и предчувствий о преемнике у меня пока не было, — быстро уточнил ответ государь леса.

— Я не потребую называть имя и даже кровь, — усмехнулся Финт. — Но какую-то примету ты сказать должен. Да, понимаю, всё это моментально разлетится лесным эхом, и все передерутся, гадая, кого ты имел в виду, а мне не жалко! Назови любую особую примету того, о ком мы говорим. Одну.

— Это женщина, — тонко по-эльфийски усмехнулся государь. — Поэтому мне трудно представить, что мои мечты могут сбыться. За тысячи лет существования Большого леса как всеобщего государства, жребий ни разу не выпал женщинам. Возможно, потому, что лесные принцессы не участвуют в круге… но, она не лесная принцесса.

— Проклятье! Дьявольская хитрость! — Финт в шоке потёр лоб, слушая, как победно звенит рюмка правды, словно смеется над ним. — Признаю, этот тур я проиграл. Но я возьму реванш в гонках! Даже не мечтай, что я сам буду бегать по лесу и прятаться от твоих охотников!

— Не прячься, — раскатисто смеялся государь леса. — Стой на месте и превратишься в дикобраза и кость для моих псов! Эй, лучники и егеря! Готовьте охотничий отряд!

— Минутку, а мой защитник? — напомнил Финт.

— Неужели ты думаешь, Счастливчик, что выберешь того, кого я совсем не ожидаю тебе в помощники?

— Да, чёрт возьми! Ты же сумел назвать того, о ком я даже не… Впрочем, одна мысль у меня была, но я решил не спрашивать ничего такого, — Финт сделал государю призывный знак, наклониться ближе. И шепнул ему на ухо два слова: «Твоя дочь?»

Лицо смуглого эльфа потемнело, как ночь. Глаза метали молнии. Он схватил Финта за горло, точнее за воротник плаща. Счастливый плащ очень вовремя подвернулся под руку разгневанного государя:

— Только попробуй!.. Никогда!.. Никому!.. Иначе…

Финт рассмеялся горловым смехом.

— Ну, так и проиграть не жаль, — бесшабашно ответил он. — И всё же, пусть тебе ещё сильней хочется разорвать меня на куски, у меня есть право на помощь друга. Делай связь.

Государь нехотя отпустил его и хлопнул в ладоши. Двое светловолосых юношей в жемчужно-серых камзолах, подчеркивающих их идеальную стройность, прошли в зал снаружи, между колоннами. Принесли гладкое золотое блюдо, совсем круглое и плоское, как зеркало с двумя ушками, и кувшин родниковой воды из солёного источника.