Счастливчик Финт. Король дорог

25. Коронация шута

.

Перед закатом склон Светлой дубравы весь залит золотыми лучами. Вокруг грозового трона — широкого пня с высокой спинкой от недавно сожженного молнией дуба, собралась толпа знати из всех краёв, стран и уделов Большого леса. Крылатые гонцы несколько часов разносили личные приглашения от государя, а всех граждан лесной страны оповестили через «лесное ухо» — внутреннюю связь, где рупоры сделаны из кривых грибов-трутовиков, в виде широкой воронки с тонкими краями. Голоса герольдов объявили, что на закате в Светлой дубраве, возле нового грозового трона состоится важное событие — коронация. Кто желает участвовать, приходите, остальные непременно слушайте! Новость касается каждого жителя Большого леса.

Чья коронация, герольды не сказали. Учитывая огромное количество разных больших и малых территорий, входящих в Большой лес по всем мирам, все удивилась, как коронация князька какого-то овражка или лужайки может коснуться всех? Но, кроме официальных новостей, по лесу на крыльях и резвых лапках неслись другие слухи, где говорилось о временной передаче власти, и не секрет — кому. Так что в целом лес уже был в курсе дела. Поверить было трудно, но многие пришли из любопытства, рассчитывая выслужиться перед временным государем.

Когда герольды трижды протрубили, и государь, став возле трона, простёр руку, и к нему из круга зрителей вышел вольный бродяга Счастливчик Финт, все ахнули, убеждаясь, что творится небывалое.

— Слушайте все граждане Большого леса! — провозгласил государь, и голос его гремел над дубравой и по всем самым отдалённым уголкам, через «лесное ухо». — Сегодня на закате я добровольно передам свою верховную власть над всеми странами Большого леса и над всеми его правителями человеку, который достоин быть в лесу… разве что шутом! Счастливчик Финт, наш гость, хорошо известный многим своими фокусами, вроде сегодняшних гонок, по моей воле станет вашим государем… на одни сутки! С момента, когда сегодня зайдёт солнце и до тех пор, пока оно не зайдет в следующий раз!

Вся власть судить, разбирать тяжбы других правителей, решать конфликты между территориями лесной страны, даровать и отнимать гражданство, казнить и миловать, принимать иностранные посольства, решать, где рубить лес, все мои полномочия на время переходят ему. Все вы должны присягнуть слушаться его, как вашего законного государя, на всё время его правления. Весь почёт, уважение, оказываемые мне, теперь будут оказаны ему! И горе тем, кто нарушит верность государю!

На смену власти не надейтесь, я всего лишь временно слагаю с себя венец правителя… — зрители ахнули, ведь государь действительно снял старинный золотой венец с изумрудом и держал в руках. — Не ужасайтесь, это ненадолго. Я не родился государем и помню, что до коронации я жил обычным королем эльфийского края, а прежде, до первой коронации, меня звали просто Вересцвет. Тут многие ещё помнят то время. Теперь я даже не король, ведь я больше не правлю родовым краем. Всё нынешнее действо задумано только, чтобы проверить вашу верность моим приказам. Возможно, лесу вовсе не нужен всеобщий правитель? Посмотрим, сможете ли вы обойтись без меня хоть день, и сможет ли человек, настолько далекий от политики, как вольный бродяга, править вами!

Зрители пораженно шушукались. Те, кто только слышал происходящее, затаив дыхание ловили каждый шорох ветра в Светлой дубраве, пытаясь представить, как всё происходит.

— Я объявляю шутовскую коронацию! Мантию! — государь призывно махнул свободной рукой.

Раздался дружный мелодичный щебет. Сотня крошечных корольков и малиновок — королевских глашатаев среди крылатых курьеров леса, слажено несли в лапках широкую багряную мантию, цвета осенней кленовой листвы, просвеченную солнцем. Легкий шёлк был для пташек тяжелым, но они старались, летели к Финту и щебетали на лету.

— Не-не, благодарю, у меня своя, — бродяга вцепился в свой счастливый плащ. — Если без мантии никак, возьмите эту!

Государь кивнул. Птички послушно разом уронили шелковый наряд и подняли в воздух другой из дорожной ткани. Пыльно-серебристый плащ был таким возмутительно мятым, что государь не выдержал, щелкнул пальцами, расправив ткань, сделал магическое покрытие, которого хватит на ближайшие сутки. На удивление, длинный балахон с широкими рукавами и пелериной, мгновенно принял вид роскошного серебряного одеяния. И его оттенок — матового, словно покрытого туманом серебра, очень ценился в лесу. Местные ювелиры и оружейники делали такое напыление на всех белых металлах, когда хотели подчеркнуть их благородство и свою искусную работу.

Пташки опустили плащ на плечи Финта, бродяга запахнулся плотнее и по знаку Вересцвета уселся на троне из грозового пня.

— Венец власти! Корону государю! — скомандовал отставной правитель.

Другая стайка корольков принесла и возложила на голову Финта зеленый венок из клевера с крупными трилистниками и одним четырехлистным по центру — символ удачи. Едва корона коснулась волос Финта, она сильно потяжелела. Вместо венка возник настоящий золотой венец с гравировками каждой прожилки на листках клевера и зеленой эмалью на четырехлистнике.

— Воцарись, Счастливчик Финт! — провозгласил Вересцвет и передал преемнику свой настоящий посох, символ власти государя леса — простую крепкую палку в человеческий рост, с искусной резьбой, но без позолоты и украшений. Финт крепко сжал её, отполированную до него множеством ладоней за тысячелетия правления лесных государей.

— Славьте нового государя! — Вересцвет первым подал пример, преклонив голову и одно колено перед бродягой. За ним все присутствующие прошли вереницей, так же кланяясь Финту. Его разбирал смех, но Счастливчик сохранял серьезность.