Считай до десяти

Пролог

Он стоял под проливным дождём, не двигаясь, будто сам не знал, зачем пришёл, и что именно хотел сказать, но понимал, что если не скажет — потеряет навсегда.

Вокруг давно стихли звуки — ни голосов, ни шагов, ни даже ветра, только редкое шуршание воды по асфальту напоминало, что мир всё ещё двигался, в отличие от нас, застывших в этой точке, где всё было либо слишком поздно, либо ещё возможно.

Я смотрела на него, молча, пытаясь понять, почему сердце всё ещё билось слишком быстро, хотя разум давно поставил точку, и почему дрожь внутри становилась всё сильнее именно в тот момент, когда, казалось бы, уже не осталось ни иллюзий, ни сомнений.

— Я просчитался, — произнёс он, наконец, почти беззвучно, но так, что каждое слово будто проникало сквозь кожу, потому что в них не было больше игры, не было даже попытки оправдаться, только чистая, сдержанная правда, которую он, возможно, хранил все эти дни.

Он медленно поднял взгляд, словно искал во мне то, что сам давно потерял, и, выдохнув, добавил:

— Я думал, что всё получится, как всегда. Надеялся, что справлюсь. Ты показалась мне удобной мишенью, тихой, холодной, предсказуемой. И я хотел победить. Просто ради спора.

Он шагнул ближе, не дожидаясь разрешения, и голос его зазвучал чуть тише, но твёрже:

— Но ты оказалась тем, о ком не забывают. Не потому, что ты другая, а потому что с тобой не хочется притворяться.

Я молчала, не потому что не знала, что сказать, а потому что любые слова в тот момент казались пустыми, недостаточными, неуместными рядом с тем, что происходило внутри — с этим странным, тёплым, пугающим ощущением, которое я не могла и не хотела отрицать.

Я слишком долго жила по правилам, где всё было под контролем, где ни один шаг не совершался без расчёта, и где любовь, если она вообще существовала, была не более чем лишним отвлечением от цели, но сейчас впервые поняла, что есть вещи, которых нельзя спрогнозировать, нельзя вписать в график или вычеркнуть из головы.

— Считай, — прошептала я, чувствуя, как дыхание перехватило прежде, чем я смогла закончить мысль.

Он не понял.

— Что?

Я подошла ближе, настолько, чтобы видеть, как у него дрожат пальцы, и как во взгляде появляется осторожная, затаённая надежда.

— Считай… — повторила я, стараясь не дать голосу сорваться. — До одного.

И, не давая себе времени подумать, прижалась губами к его, зная, что если бы не сделала этого сейчас, то не сделала бы никогда.