Сдаётся каморка под лестницей

Эпилог

И у нас закипела работа. Шутка сказать – собрать праздничный стол. Для этого надо было переделать кучу работы. Предаваться грустным мыслям мне было некогда. К полуночи я еле таскала ноги, забыв даже про Винка. Зато ночью он наверстал упущенное, опять внаглую рассевшись у нас во внутреннем дворике. Даже Марика прихватил со Светланкой. Садист!

С раннего утра я была опять на кухне. Пекла, жарила, месила, тёрла и резала. К трём часам мы почти всё закончили. Осталось одеться. Вот когда мне пригодилось синее платье. Всё-таки спасибо пане Баре! Я в нём была очень даже фигуристой. Быстро сделала причёску и побежала к гостям.

В пять все были в сборе, столы накрыты. Ждали храмовника, который должен был прийти с приходской книгой, дабы записать акт регистрации брака. Он почему-то задерживался. Тётушка нервничала, а ей нельзя, а потому я быстренько надела жакет, нацепила беретку и выбежала на улицу, поторопить опаздывающего.

Там никого не было. С неба начал сыпать небольшой снежок. Он ложился на дорогу, деревья, дома, покрывая всё праздничным нарядом. Я подняла голову и посмотрела вверх. Если так стоять и смотреть, через минуту начинает казаться, что летишь где-то высоко между звёзд.

Постояв, решила пойти навстречу храмовнику. Дошла до площади, что была недалеко от нашего дома, и остановилась. У нас тоже стояла красивая ёлка, и даже огни на ней были. Не такие, конечно, как на столичной, но тоже красивые. Неожиданно на площади затормозила большая чёрная карета. Я с интересом рассматривала её, всё равно служитель культа где-то задерживался. Через мгновение распахнулась дверь, и на снег из неё выпрыгнул худенький мальчик. Сердце пропустило удар, настолько ребёнок был похож на Марика.

– Светланка, – крикнул мальчуган кому-то внутрь, – ну где ты там, давай скорей!

Я замерла, забыв, как дышать, и отказываясь верить в происходящее. «Разве бывают такие совпадения?» – спрашивала сама у себя.

Тем временем маленькая девочка соскочила весело с подножки, и дети, взявшись за руки, смеясь, побежали к ёлке, а я на полусогнутых ногах пошла за ними следом. «Может, их кто-то уже забрал? – спрашивала сама у себя. – И они здесь проездом?»

Я уже не видела, как следом за детьми спрыгнул ещё один пассажир, всё моё внимание было приковано к двум маленьким, худеньким фигуркам. Они добежали до лесной красавицы в мерцающих огоньках и стали бегать вокруг неё, радостно крича и прыгая. Теперь, подойдя ближе, я уже точно видела, что это действительно Марик со Светланкой. Неожиданно мальчик заметил меня и резко остановился, маленькая девочка, не рассчитав, врезалась в него сзади.

– Марик, ты чего? – не поняла девочка, с удивлением обегая замершего брата.

– Тётя Мирослава, – закричал мальчишка и бросился ко мне. Я, раскинув руки, поймала его и закружила.

– Тётя Мирослава, тётя Мирослава, – прыгала вокруг нас Светланка.

Я опустила мальчугана и бросилась к ней, потом схватила их двоих в охапку, плача и целуя. От нереальности происходящего кружилась голова.

– А ещё говорят, что чудес не бывает, – произнёс за спиной знакомый мужской голос. – Только с этой минуты я почти уверен, что перед Новым годом они всё же случаются.

– Винк? – моё несчастное сердце в который раз ухнуло вниз, я повернулась к нему, ещё до конца не веря в происходящее. – Винк, – закусила губу, чтобы не зареветь в полный голос. И так, наверное, всё лицо залито слезами и нос картошкой.

– Да обнимешь ты её когда-нибудь? – раздался голос паны Любомиры, и самый невозможный в мире эльф, наконец-то, прижал меня к себе.

– Выходи за меня замуж, а? – прошептал он мне на ухо. – Прямо сегодня, чтобы никто в мире не посмел забрать у тебя кондитерскую. А то вдруг я останусь без вкусных булочек?

Я отстранилась и заглянула в его глаза. Там в серой глубине скакали весёлые смешинки.

– Готов сделать официальное предложение, – серьёзно проговорил он и опустился передо мной на колено. – Я, лорд Дэниэль Обран Винк де Гайян, прошу тебя, пана Мирослава, стать моей законной женой. Ты согласна выйти за меня замуж?

– Ты что, лорд? – мои глаза округлились, теперь понятно, почему ему грозит родня.

– Не пугайся, Славка, – хихикнула пана Любомира, – он умудрился сделать всё, чтобы стать таковым только на бумаге.

– А я и не боюсь, – гордо заявила я, – гномы не привыкли склонять головы перед трудностями.

– Я ж тебе говорила, Винк, что она не испугается.

– Я согласна, – быстро произнесла я, пока никто не передумал. – И не из-за кондитерской и дома, Винк. А из-за того, что просто очень люблю тебя. А трудности, я думаю, мы преодолеем.

Он поднялся, притянул меня к себе, и я утонула в таких любимых серых глазах. Его губы нежно коснулись моих.

– Наконец-то, свершилось, – вздохнула старушка, – а то я думала, что так и помру, не дожив. Молодёжь, вы бы поторопились, а то я не вечная, могу и отправиться к высшим на небеса, не дождавшись вас.

– Пана Любомира, – бросилась я к ней и обняла, – спасибо вам.

– А мне-то за что? Я только вот этому остолопу мозги как следует вправила, как ты уехала, а дальше он сам уже побежал. А то представляешь, оказывается, он вздумал ревновать тебя к этому упырю пану Георгу.