Сдавайся, Рыжая

Глава 15

– Нечем дышать. Зола забивается в ноздри. Жар огня щекочет венки. Язык прилип к нёбу. Свет вижу в конце тоннеля… Пии-и-ить!

– Идиотка. – шепчет мне в ответ проводник на ту сторону. Верзила в черном плаще. С косой в руке.

– Да что вы… – смущенно тереблю волосы. А жнец симпатяга, личико то смазливое. Улыбаюсь кокетливо. Поворачиваю голову. – Черви! Они жрут меня!

Подскакиваю. Сижу, стряхиваю песочек с лица.

Черт. Опять болтала во сне. Заснула прямо на грядке.

Лучи от солнца через парник слепят глазки. Жара тут песец. Мажорик примостился рядом на чистенькой досточке с телефоном и лейкой в руке.

Этот придурошный поджег мои ноги. Поднял дрожащее девичье тело над костром, нашептывая на ушко гадости. Ботинки задымились, я заорала, так что гланды сорвало. А теперь сидит как ни в чем не бывало и озадаченно пялится в черный экран своего смартфона.

– Козлина, – шепчу доверительно, обращаясь к нему, – кажется, ты нанес мне психологическую травму. И что теперь делать? Как лечить будем?

– На, попей, – поливает мне лицо из лейки, совершенно не глядя в мою сторону. – Может полегчает.

Встаю, задыхаясь. Тепленькая вода стекает по подбородку и волосам.

– Такое фото классное угробила. – недовольно цокает языком. – И как теперь восстановить?

Ах, да. Телефон в сугробе замерз и не включается. Надеюсь, на этот раз навсегда.

– Зачем тебе мои прелести? – взираю на него исподлобья.

– Чтобы заниматься рукоприкладством.

– К кому?

– К нему.

– М, – краснею, опуская глаза туда, куда он их опустил. В область его паха. – Что это значит?! Ты избиваешь свои штаны? Извращенец.

– Идиотка, – тычет мне пальцем в сырой лоб. – Тебя аист, что-ли, в детстве уронил?

– Не понимаю, на что ты намекаешь.

– А. – снова утыкается в экран. – Я и не сомневался. Мозговая активность у тебя, как у кактуса в Антарктиде.

Нет, я понимаю. Мажор снова все опошлил. Но на самом деле моя грудь в этом смысле ему совершенно не сдалась. У него девчонок немерено. Хоть по две, хоть по три за раз. Фотомодели на побегушках, все сделают, что он пожелает. Просто фотки мои пикантные опять собрался закинуть в чат универа. Ага, щас. Не позволю. Через мой изъеденный труп!

– Чем займемся? – смущенно тереблю песочек ножкой в белом носочке с прожженной дыркой на пятке.

Тут так хорошо. Жарень немыслимая. Кругом огурчики, недозрелые помидорчики, зеленые листочки. Парит. Как будто на море приехала. Из зимы прямиком в лето. Ну, знаете, огромные, протянутые вдоль рядов трубы, вентиляционная система, обогреватель и все такое. А он у Джо очень мощный.

Зимняя теплица на пятьдесят квадратов. Красота. Как будто отель все включено в Хургаде. Мне почему-то захотелось надеть легкий сарафан. Жаль, у меня его нет. Приходится стоять в маечке и стремных штанах. Кстати, Джо оказался Жорой. Почти угадала.

С улыбкой вздыхаю. Так приятно дышать свежей зеленью и компостом.

Псих странно косится на меня. Кажется, обиделся из-за телефона. Ну и что сбежать с его картой хотела, наверно… Жмот.

– Я тебя что, развлекать должен? Иди дальше дрыхни в своей гномычьей норе, – на примятый песочек на грядке указывает. – Тебе там самое место, храпанутая.

– Сам храпатун, – отбиваю я, шмыгая носиком. До сих пор насморк мучает. Я заболела. Обидно-то как. Еще и убежать не получилось. Почему я вообще тут обязана торчать?

Мой рабовладелец сказал, что мы должны в здешних районах немного перекантоваться, а потом он отвезет меня трудиться на плантации.

Мне тут понравилось, тепло. Я не захотела после развлечения на костре ночевать с ним в домике. А он меня не отпустил в отдельный. Странный какой-то придурок. Явно что-то скрывает.

– Такое утро доброе! – иду по рядам, улыбаясь овощам и сладко потягиваясь.

А где тут выход?

– Попробуешь опять удрать, не только пятки тебе подожгу, но и все остальное.

– Да я и не думала. – останавливаюсь. Мне кажется, он читает мысли.

Подозрительно на него кошусь. Если я подумаю о чем-нибудь постыдном, эта козлина узнает?

Ах, какие у тебя смазливые губки, Матвеюшка. Так бы и присосалась…

Прикладываю ладошки к разрумяненным щечкам. Я правда об этом подумала? Фу. Хулиганка.

– Иди к помидорам присосись. Хватит мучиться от безделья.

Ну, блин.

Прохожу между ароматными веточками. Залипаю на милую зеленую помидорку. Кстати, я сейчас не уверена, это было совпадение или…

Снова на него подозрительно гляжу. Владеет легилименцией? Но он очень занят. Нашел отвертку, отвинчивает болтики от смартфона. Хмурится, глядит в самое недро.

Ладно. Итак, помидоры. Я действительно не прочь перекусить. Здоровая пища на завтрак.

В шестнадцать лет я училась целоваться на персиках. Так и не научилась, они твердыми были. Потом Гришка Зверопалов, мой одноклассник и по совместительству сосед из дома напротив. Еще тот проныра, подглядывал за мной через окно. Реально ведь притаскивал лестницу, чтобы подняться до окна моей спальни… Этим он меня и покорил. Безбашенный тип. Но целоваться с ним было хуже, чем с недозрелыми персиками. Благо, он со своей семьей куда-то внезапно исчез прямо посреди учебного года. Так никто и не понял, канули будто в Лету. Я немного тогда слезки лила, ну, около пары месяцев, или больше. Да. Хотя, подождите… Кажется, я очень страдала.

Но потом меня зацепил Женька, наш отличник и призер юношеской сборной по шахматам. Он вообще-то тоже из нашего класса, не понимаю, почему я раньше его не замечала, а только в универе заприметила. Думаю, целуется он отменно. А губы у него аппетитнее этой мягкой томатной кожурки.

– Ммм… – присасываюсь. Ну просто рай. При поцелуе с возлюбленным моя ножка должна взлететь? Я в романтическом фильме видела.

– Ненормальная.

Вздрагиваю. На меня псих бессовестно палит. Руки сложил на груди. Стоит почти впритык.

– Сгинь. – прошу вежливо, глядя на него снизу-вверх. – Я целуюсь со своим парнем. Ты нам мешаешь.